Чтение онлайн

— Он ядро! — крикнула Лира. — Голографическое ядро в центре! Оно координатор!

— Спасибо, гений! — огрызнулся я. — А я думал, он так, для красоты мигает!

Но её подсказка была верной. Моё восприятие, обострённое шрамом и яростью, уже видело сложнейшую нейросеть в том голографическом ядре. Не искусственный интеллект. Скорее, искусственный психоз. Программа-страж, осознавшая бессмысленность своего долга, но не способная от него отказаться. Её код был аурой ярости и паранойи.

У меня всего секунда. Мозг работал на пределе. Страж — чистый логический процесс. Лира вывела его из равновесия импульсной EMP-гранатой. Ему нужно перекалиброваться. Он будет обрабатывать ошибки, вносимые помехой.

«Лом… — мелькнула мысль. — Он тоже ошибка. Живая и громкая ошибка».

— Лира! — рявкнул я. — Дай ему ещё одну шумную игрушку! Рядом с моим дроидом.

Она, не переспрашивая, метнула второй предмет. На этот раз взрыв был громче, искажённые волны побежали по воздуху. Страж сфокусировался на источнике помехи. Его осколки ринулись к месту взрыва и к обездвиженному Лому, пытаясь проанализировать и «очистить» аномалию.

А я в это время нырнул в сторону, к ближайшей полуразрушенной серверной стойке. Прижав руку с пылающим шрамом к открытой панели, где торчали пучки оборванных волоконно-оптических жил, я не стал искать конкретный код. Я сделал проще.

Я послал в систему самый примитивный, навязчивый и самый раздражающий сигнал, на который был способен. Вирус? Не-ет. Пинг. Бесконечный, повторяющийся запрос на установление связи с ядром.

Для сверхчувствительной, параноидальной системы это было как сунуться с паяльником в мозг.

Голографическое ядро стража дёрнулось, вспыхнуло багровым. Осколки на мгновение застыли, развернувшись в мою сторону. Логика требовала уничтожить источник назойливого сигнала. Но его протоколы уже были перегружены EMP-атакой и анализом «глючного дроида».

В этот миг ярость системы столкнулась с её же алгоритмами приоритизации. И дала сбой.

Я, не отрывая руки от стойки, усилил «пинг», вложив в него всю свою ненависть к этому месту, к этой ситуации, к этому тупому, бездушному механизму, который сломал моего единственного глупого питомца.

Ядро издало пронзительный, цифровой визг. Голограмма затрещала, распадаясь на пиксели. Осколки, потеряв управление, с грохотом посыпались на пол, превратившись в обычную, безвредную металлическую крошку. Синий свет погас. В зале воцарилась тишина, нарушаемая только шипением догорающей проводки и моим тяжёлым дыханием.

Я оторвал руку от панели. Шрам жёг огнём, но не опустошённо. Он будто… наелся цифрового белого шума и чужой системной паники. Отвратительное, но сытое чувство.

Почти синхронно с Лирой мы получили ещё по уровню. Это было так необычно для меня. Я получал опыт и становился сильнее. В каком-то смысле точно. Хотелось надеяться…

— Ну что, — хрипло сказал я, оборачиваясь к Лире. — Довольна спектаклем? Стоило того, чтобы тебе прострелили плечо, а моему новому другу — корпус?

Если она хотела пойти со мной или… Просто помочь, надо было так и сказать. Но она этого не сделала.

Лира сидела на полу, прислонившись к разбитой стойке, и давила ладонью на рану в плече. Из-под пальцев сочилась кровь странного, слишком тёмного оттенка. Она не обращала на мои слова никакого внимания, и я впервые испытывал странные чувства. Гнев, беспокойство и… мне было её жаль.

— Не нытик, — выдохнула Лира. — Твоему утюгу повезло. Пробило несиловые линии. А мне… поможешь? Или так и будешь стоять?

Я, не скрывая негодование, подошёл. Достал из сумки остатки почти чистой тряпки и свой запас «стабильного чая» от Гектора, как антисептик. Пить эту дрянь невозможно.

— Держи. И в следующий раз, когда захочешь поиграть в соло, предупреди. Я принесу попкорн и устроюсь поудобнее.

Пока я кое-как перевязывал рану Лиры, она вскрикивала и ругалась на древнем эльфийском наречии, что звучало подозрительно как «тупой гуманоид».

Я довольно долго провозился с Ломом, и он наконец подал признаки жизни. Корпус дёргался, из пробоин шёл дымок, но зелёный индикатор всё же моргнул, потом загорелся ровно.

— Диагностика… Критические повреждения: 12 %. Функционал сохранён. Восстановление двигательных систем… Завершено. Привет, Алвин. Я живой.

— Ты не живой, ты поцарапанный. Вернёмся в Таун, возьму паяльник и всё исправлю, — ответил я, но в голосе прозвучало невольное облегчение. — Теперь появилась дыра в боку, Лом.

— Придаст шарма, — не отрывая глаз от своего плеча, равнодушно произнесла Лира.

Пока Лом калибровал приводы, я обыскал зал. Среди хлама нашёл то, зачем пришёл. Несколько кристаллических носителей, защищённых толстым корпусом. На одном даже сохранилось едва читаемое название: «Лог событий. Сектор 7-Гамма. Последние 24 часа до инцидента».

Но главный «приз» висел в небольшой нише за пультом управления, словно в забытом гардеробе. Плащ. Не роскошный, а практичный, из плотной, тёмной ткани, похожей на грубый бархат с металлическим отливом. Я снял его. Он оказался на удивление лёгким.

— Эй, фея, — позвал я. — Что скажешь про это?

Лира подошла, всё ещё придерживая плечо. Её светящиеся глаза скользнули по плащу.

— Старое снаряжение обслуживающего персонала. Но… посмотри внимательнее.

Я активировал шрам, переводя его в режим поверхностного сканирования. Информация всплыла в сознании, и я фыркнул.

«Плащ техника-наладчика (глючная версия).

Физическая защита: средняя.

Свойство 1: Пассивная маскировка от низкоуровневых сканеров мусора (работает с перебоями).

Свойство 2: Карманы с искажённой геометрией (иногда вещи проваливаются в подкладку, иногда возвращаются).

Побочный эффект: Владелец периодически (шанс 5 %) издаёт тихий щелчок, сбрасывающий ближайшие магические иллюзии (включая собственные).»

— Вот же ж, — с неподдельным восхищением сказал я. — Да это шедевр! Маскировка, которая сама себя выдаёт щелчком. Карманы, которые воруют у тебя же. Идеально. Прямо символ моей жизни.

Я накинул плащ. Он сел по фигуре удивительно хорошо. В кармане я нащупал что-то твёрдое — вытащил забытый кем-то гаечный ключ. Засунул обратно. Ключ провалился сквозь ткань с тихим шелестом и упал мне на ботинок.

— Потрясающе, — констатировал я. — Ненадёжно, глупо, но с характером. Моё.

И в этот момент тишину серверного зала прорезал звук. Сверху, сквозь толщу бетона, донёсся отдалённый, но чёткий, механический гул. Как работающий гигантский механизм. И ещё… тонкий, высокочастотный писк, от которого зашевелились волосы на затылке. Писк сканирования!