Осторожно, бабушка
Шрифт:
– - Ну что ты застыл? Проходи, садись, пока блины не остыли, - бесцеремонно приказала бабушка.
Бросив на меня смущенный взгляд, он неловко примостился на стуле. Я хихикнула - уж больно смешно он выглядел, когда сидел, сложив руки, как примерная барышня. Он посмотрел на меня и слегка покраснел. Я едва сдержалась, чтобы не рассмеяться еще больше.
Уплетая вкуснейшие бабушкины блины за обе щеки, я старалась подробно ответить на бабушкины расспросы. Я поведала ей о знакомстве с Кассильдой, о Риане, о заговоре против леди Лангшмивары. Я думала, что бабушке понравится наша идея, но потом заметила, что по мере продолжения рассказа она все больше мрачнеет.
– - Да, внучка, вот уж не думала, что ты за такое короткое время изменишься в худшую сторону, - сурово сказала она.
– - Ты думаешь, что я неправильно поступила?
– - А разве ты сама так не считаешь? Впрочем, - она бросила взгляд на мужчин, - об этом мы с тобой поговорим позже.
Некоторое время мы продолжали пить чай в полном молчании. Преодолев некоторую неловкость, я стала расспрашивать о том, что произошло в селе за время моего отсутствия.
Я думала, что только в замке жизнь была очень насыщенна, а оказалось, что за время моего отсутствия в селе появилось довольно много новостей. Ну, во-первых, у Валиссы родилась дочь, вызвав у местных сплетниц волну слухов об отце новорожденной. У меня по этому поводу тоже были кое-какие мысли, но торопиться делиться ими с окружающими я не стала.
Во-вторых, умер мельник, отец Богдана и хозяин Кота, оставив завещание, согласно которому старшему сыну переходила мельница и дом, среднему все хозяйство, надо отметить, довольно значительное, а младшему оставался Кот. Для последнего условием освобождения от службы являлось устройство благополучия и семейной жизни нового хозяина в течение месяца. От этого известия у меня сразу же испортилось настроение. Я и раньше с трудом могла избавиться от знаков внимания этого увальня, а теперь, если к этому приложит руку Кот, то мне совсем житья не будет. Может, придумать себе какого-нибудь жениха? Нет, не поверят. Село у нас небольшое, вся личная жизнь его жителей как на ладони.
Две девушки с соседнего села после зимних праздников собирались выйти замуж и уехать в город. Егерь, погнавшись за медведем-шатуном, не заметил опасности и свалился в ловчую яму, им же самим и подготовленную. На счастье, он умудрился попасть между кольями и отделаться синяками, царапинами и ушибами. Но в яме ему пришлось просидеть до самого вечера, пока его оттуда не извлекли мужики, ездившие по дрова и случайно услышавшие крики о помощи.
А еще одной новостью стало письмо от некроманта. Господин Лутий писал, что он переговорил с деканом Академии, и тот согласился принять меня на факультет травоведения и зельеварения, правда, только без постоянного присутствия на уроках, а самостоятельно. Это значит, что в город я буду ездить только три раза в год на сессии и сдачу экзаменов. Далее он сообщал, что всегда готов помочь советами и нужными для обучения книгами в обмен на кое-какие травы. Теперь он ждал моего ответа с согласием, и тогда летом я уже смогу сдавать вступительные экзамены.
Прочитав письмо, я не удержалась и, размахивая им во все стороны, пустилась в пляс. Я была так счастлива, ведь сбывались все мои заветные мечты!
Бабушка смотрела на меня, не сдерживая улыбки. Да и мужчин такое поведение не удивило, они, видимо, уже были знакомы с его содержанием.
Засиделись за разговорами мы довольно поздно, далеко за полночь. Лишь когда я уже не могла сдержать зевка, бабушка довольно бесцеремонно выпроводила дядю Луку и Вульфа из дома, а меня погнала спать.
Засыпая, я вспомнила, что хотела расспросить ее о том, что дядя Лука и Вульф делают в нашем доме и почему они ведут себя так странно и по-хозяйски. Ладно еще дядя Лука, дом, в конце концов, принадлежит ему, а мы с бабушкой в нем всего лишь проживаем. Но Вульф?..
Но время было позднее и, дав себе слово спросить об этом бабушку утром, я сладко заснула.
Проснулась я довольно поздно. Вставать было лень, и я валялась в постели, не торопясь вставать. Все-таки я разбаловалась за время пребывания в замке. Скупой зимний лучик скользил по одеялу, за окном слышался стук топора, кто-то колол дрова. Я прислушалась. Судя по звуку, кололи у нас во дворе.
Движимая любопытством, кто же это такой трудяга, я потянулась, встала и быстро оделась. Проведя пару раз по спутанным волосам, я быстро заплела косу, перебросила ее на спину и поспешила вниз.
– - Доброе утро, Верена, - поприветствовала меня бабуля, выйдя из кухни в переднике, с ложкой в руках. В приоткрытую дверь из кухни сочился вкусный запах гречневой каши.
– - Доброе утро, бабулечка, - я чмокнула ее в щеку.
– - Ты вовремя проснулась. Небось, запах еды тебя поднял?
– улыбнулась она.
– Ну иди мой руки, зови Вульфа, он там во дворе дрова колет, и идите кушать. А я пока стол накрою.
Я сразу же вспомнила, о чем хотела ее спросить.
– - Бабушка, а что тут Вульф делает?
– - Как что?
– притворно удивилась она.
– Мне помогает. Я, хоть сама и справляюсь с домашними делами, тем не менее женщина в возрасте, в некоторых делах мне требуется помощь.
– - Но...
– - Верена, он хороший мальчик. Без него и Луки я бы одна не справилась, - уже серьезно сказала она.
– - Почему ты не сообщила мне?
– с ноткой обиды спросила я.
– Я бы сразу приехала.
– - Не хотела тебя беспокоить.
– - Значит, чужого человека, то есть нечеловека, беспокоить можно, а меня..., - мне было обидно.
– - Верена, перестань дуться. Ты же не маленький ребенок, - рассердилась бабушка. Но потом уже мягче добавила.
– Ты не права, если думаешь, что я тебя не люблю. Я же прежде всего о тебе беспокоюсь. Мне хотелось, чтобы ты отдохнула от меня, от работы, пожила в обществе.
Я вздохнула. Ну как можно на нее долго обижаться?
Она тут же заметила перемену в моем настроении.
– - Зови Вульфа и садитесь кушать.
– Затем спохватилась.
– Ой, там же каша может подгореть!
Я надела полушубок и вышла во двор. Под ногами хрустел снег, легкий морозец защипал щеки. Свежий морозный воздух приятно бодрил, и я легким шагом пошла на стук топора. Уже почти дойдя до сараюшки, возле которой работал Вульф, я заколебалась. Остановившись, я неловко потопталась за углом, затем осторожно выглянула.
Вот уж чего не ожидала, так это частично голого Вульфа в такой холод. Он стоял ко мне спиной, размеренно занося топор. Рубашки на нем не было, но от тела шел пар. Следом за мерно опускающимся инструментом раздавался стук, и в разные стороны летели поленья. Не решаясь выйти, я наблюдала, как под кожей перекатывались мышцы. Присмотревшись еще, я увидела полоску серой шерсти, бегущей по позвоночнику и пропадающей за поясом. Вся спина была покрыта шрамами. Приглядевшись, мне удалось рассмотреть, что некоторые были от стрел, от удара меча и кое-где даже следы когтей. У меня вспыхнули щеки.
– - Добрый день, Верена. Как спалось?
– не оборачиваясь, поздоровался он.
– - Нормально, - буркнула я.
– - А что так не любезно?
– вопросительно поднял бровь Вульф.
Но я не стала отвечать, не желая поддаваться на провокацию. Я ведь заметила, что он явно хотел меня вывести из себя. Только зачем ему это надо?
Потом мне пришло в голову, что неплохо бы выяснить с ним отношения, пока бабушка не видит. Я резко остановилась и обернулась к шагающему следом за мной мужчине.