Чтение онлайн

Зоя думала, что такое бывает только в фильмах. В момент, когда Владимир обернулся, словно по какому-то злому року, хотя красивее будет выразиться - по волшебству из подъезда выпорхнула счастливо улыбающаяся Олеся, держащая под руку какого-то лысого толстенького мужичка.

Парочка прошла к дорогому чёрному внедорожнику. Мужичек чуть ли не подпрыгивая от нетерпенья, открыл ей дверцу, таким образом, видимо проявляя галантность. И каким-то образом увернувшись, он умудрился смачно поцеловать запястье Олеси. Она засмеялась, что-то при этом говоря ему, а тот в свою очередь покрыл её руку от запястья до самого локтя легкими поцелуями, а затем быстро обошел машину и сел за руль.

Вторая парочка притаившаяся в кустах шиповника молчала, продолжая исправно выполнять роль партизан.

Девушка боялась что либо сказать. Всё пошло не по задуманному плану. Влад должен был увидеть не это.

Она рассчитывала, что он увидит Олесю в столь прекрасном образе, и сердце его вновь вспомнит те чувства, которые он испытывал к ней долгие десять лет назад.

Зоя видела, как вся его фигура напряжена, а глаза смотрят на Олесю и ни на кого больше. Не то чтобы там выражались какие-то чувства. Вновь непроницаемость какая-то.

Наверное так люди замирают, когда давно не видели старого знакомого. Просто стоят ( в нашем случае - сидит) и рассматривают каждый дюйм тела, таким образом отмечая и подмечая изменения кардинальные и не очень.

Неожиданно он резко отвернулся. Ладони упирались в колени, а голова была опущена вниз. Лица видно не было, да и если честно, то и Зоя особо на него не смотрела. Ей просто-напросто было ужасно стыдно за себя и свой поступок.

– Очень жестоко с твоей стороны, - упрекнул девушку Влад, вскинув голову, и окинул её колючим взглядом.

Она ожидала самых последних и грязных ругательств в свой адрес, но... это был простой упрёк!

– Что?- переспросила она, при этом слыша как тот самый внедорожник газанул и проехался как раз возле них, а затем скрылся за поворотом.

– Поступить так со мной, - он выделял паузами каждое слово.
– Не ожидал.

– Простите, - прошептала она.

Приподняв ковбойскую шляпу с широкими полями над макушкой, а в следующее мгновение вновь вернув её на голову, издевательский голос демона воскликнул: 'Адью, мусье!'

Олесе сидевшей в салоне автомобиля, вдруг сделалось дурно, сразу после того как их машина выехала со двора. Её спутник не мог этого не заметить, поэтому сразу же забеспокоился:

– Солнышко, что с тобой? Ты побледнела, - властный и холодный голос, абсолютно не вяжущийся с образом вот такого полноватого и не будем кривить душой мерзкого таракана. Такие голоса должны быть у политических деятелей, которые агитируют людей на какие-то деяния, а те в свою очередь слушают их с открытым ртом и не смеют не то что не подчиниться, а даже слово лишнее сказать.

Женщина лишь отмахнулась, и тут укорила себя за столь фривольный жест в присутствии этого жукообразного. С ним нужно действовать как можно аккуратней и вежливей, а то от последствий не отделаешься.

Она мило улыбнулась с лживым восхищением посмотрев на своего спутника.

– Показалось, наверное.

Он поджал губы. Первый признак того, что ситуация накаляется и нужно действовать, чтобы окончательно его не разозлить. Она знала о том как быстро он может разозлиться и прийти в бешеное состояние, а уже через пару секунд быть спокойным и рассудительным.

Такие люди ведь нередко встречаются. Люди, которые способны загораться как спичка, а потом резко потухать, забывая о причине своего гнева.

Опасные люди с таким характером - это как бомба замедленного действия и если она взорвётся, то эффект будет сравним со взрывом водородной бомбы.

Её рука дотронулась до мягкого плеча, облачённого в серый свитер. Она старалась выглядеть кроткой и нежной, но выходило наверное не очень, хотя... таракан вроде поверил и успокоился.

– Прохожий похож на одного знакомого, которого я давно считала умершим, - легко соврала она.

– Мёртвые иногда воскресают, - бросил он, выкручивая руль в левую сторону, да так лихо, что если бы не ремень безопасности, то Олеся упала бы на водителя.

Придя домой, Зоя сразу же ушла в свою комнату, и с разбегу упав на кровать и зарывшись лицом в подушку, она как маленькая девочка заревела в голос. Благо хоть подушка приглушала эти рыдания.

Ей было ужасно стыдно. Влад такой хороший, а она с ним так подло поступила...

Но ведь она не хотела! Вернее хотела, но... Откуда же она могла знать, что этот кавалер за ней заедет? Боже... Как она могла решить, что Олеся вся из себя такая красивая поедет на общественном транспорте?

Какая же она дура! Правильно говорят - не умеешь, так и не берись! Почему? Почему, она не одумалась?

Стоило ей прикрыть глаза как в памяти всплывал момент как, не прощаясь Владимир, встал со скамейки и ни разу не обернувшись ушёл.

А потом заморосил дождь. Кратковременный правда. Но как же это было символично.

Вот тебе и наступило бабье лето.

Кто-то как-то пошутил по этому поводу, мол, бабье лето по-мужски скупое на тепло, зато рыдает по-бабски.

Чувство стыда охватило её тогда с двойной силой, а потом ещё и предательство примешалось в эту ядрёную смесь для самобичевания.

– Что с тобой?
– спросил мамин голос, а её тёплая рука погладила Зою по спине.

Приподняв своё зарёванное лицо от подушки, она давясь рыданиями кое-как связно ответила:

– Я его обидела, - каждое слова некрасиво сипя выходило из её горла, а сама она тряслась, словно билась в истерике. Хотя, пожалуй всё именно к этому и шло.

Жанна Егоровна сразу вспомнила ночные события, и легонько улыбнулась, расценив ситуацию по-своему. Она посчитала, что её дочь просто поссорилась со своим мальчиком, с которым вчера гуляла до самой полуночи. Она даже не могла перестать улыбаться, потому что сразу же вспомнила и свою молодость, когда вот точно также убивалась по любому поводу.

– Кого же ты обидела?
– уклончиво спросила мама, желая вызвать таким ненавязчивым вопросом свою дочь на откровенность. Но откровенным разговорам, если и предстояло состояться, то точно не в этот вечер.

– Его, - ответила Зоя, словно мама и так должна была всё понять.
– Он меня не простит, - качала головой, заливая подушку чёрными от туши слезами.
– Никогда не простит!

– Боже мой!
– воскликнула добродушно Жанна Егоровна.
– Да что же такое непоправимое ты наделала? Скажешь ты мне или нет?