Чтение онлайн

***

— Вот она, эльфийская помощь, — проворчал гном. — Бросил меня одного с этим бешеным конем, который меня скинул.

Вот уже несколько минут Гимли распинался о «вероломном предательстве остроухого», который, во время сражения с варгами, оставил гнома одного верхом на коне.

— Гимли признайся, лошади это не твоё, — усмехнулась Сули. — Гномы намного опаснее, когда стоят на двух ногах.

— Что верно — то верно, — рыжебородый взял в руки свою секиру. — А ты нашла себе мечи или будешь по старинке?

Сули вздохнула и вытащила из ножен едва ли заточенный одноручный меч из второсортной стали. Гном взвесил его в руке, окинул придирчивым взглядом, чуть прищурившись, и с протяжным «О!» положил на стол.

— Может лучше тогда по старинке? — оборотень прыснула от его сочувствующего тона. — А ещё говорят, что люди не так плохи в кузнечном ремесле.

— Не так уж он плох.

— Не так плох? Да таким мечом и масло по хлебу не размажешь!

— А сам-то с кольчугой разобрался? — гном махнул рукой.

— Куда уж там. Так пойду, что делать?

Сули была готова просидеть тут с Гимли хоть до самого утра. Давно они так не болтали. Первым делом гном и оборотень рассказали друг другу, что произошло за те пару дней с момента их расставания и до воссоединения у порога Золотого чертога.

— Бегу я изо всех сил, и что ты думаешь? Остроухий оборачивается ко мне и кричит: «поднажми, Гимли!», — сын Глоина заурчал от возмущения. — Поднажми, Гимли. Ух!

Девушка же хвасталась тем, что кости на её руке окончательно срослись. Теперь ей одна дорога — в бой, плечом к плечу с людьми, другом-гномом, старым оборотнем и… соулмейтом-эльфом.

«Просто знай, что ты вся в свою мать» — так сказала Ралис. Да, Сули и прежде слышала эту фразу, но теперь она приобрела новый смысл. Соулмейтом Бодиль был эльф, так же как и у неё. Знать бы только кто это был. Быть может Элронд? Эта мысль закралась неожиданно, но так же быстро темноволосая отмела её: соулмейт королевы оборотней был мертв.

Решив, что при следующем удобном случае, она расспросит об этом Ралиса, оборотень откинулась на спинку стула и вернула меч обратно в ножны.

— А где твой оборотень ошивается? Давно его не видел, — Гимли сосредоточенно набивал трубку табаком из кисета.

— Не знаю. Может его уже и в крепости нет. Он не особенно любит такие масштабные битвы, — гнома такой ответ явно не устроил; Сули решила так из-за того, что бурчал рыжебородый теперь куда дольше обычного.

— И вот от него-то ты сына родила? — сын Глоина покачал головой; одинокая струйка дыма потянулась к потолку.

Сули засмеялась так звонко и искренне как не смеялась уже давно. Так смешил её только Боромир, но нём вспоминать сейчас Сули себе запретила.

— Не такой уж Ралис и плохой. Наш Кайи очень на него похож, — она провела рукой по металлической рукояти меча. — Если подумать, то от меня в нём почти ничего и нет.

— Это не слишком радует. Такой же хвастливый сноб?

— Ралис не сноб, — а потом пожала плечами. — А вот с хвастливым это ты точно попал. Поболтать, а особенно о себе, он любит.

— Гимли! — в комнату вошёл рыжеволосый оборотень, а Сули усмехнулась всплеснув руками. Вспомнили, называется. Ралис с широкой, радостной, улыбкой направлялся прямиком к гному, — великолепно выглядишь, — сын Глоина в кольчуге, волочащейся по полу, ответил мужчине подходящим для этой ситуации взглядом и гномьим выражением. К несчастью (а может и к счастью) Сули кхуздул не знала и потому не смогла разобрать дальнейший разговор друзей.

В руках у Ралиса был лук и колчан со стрелами. Из всех оборотней, наверное, он был самым лучшим лучником.

— Что с тобой спорить! — воскликнул Гимли уже на всеобщем.

— Не ты один по-гномьи упрям, — улыбнулся Ралис.

Сули покачала головой, знать о чём они спорили совершенно не хотелось.

— Завела судьба так завела, — гном покачал головой. — На другом краю света в людской крепости спорю с оборотнем. Ох.

— Жизнь полна сюрпризов, друг мой, — сказала Сули.

Ралис протянул девушке на вытянутой руке бурдюк.

— Пей.

— Опять, — темноволосая тяжело вздохнула.

— Не упрямься.

— И чем ты её поишь? — спросил Гимли, и когда Сули было хотела ответить Ралис прервал её.

— Пей, а я расскажу, — воспитанница эльфов ещё раз вздохнула и сделала первый глоток. — Это отвар из трав. Для людей и гномов, наверное, он тоже будет иметь целительные свойства, но оборотням он помогает куда лучше. Благодаря ему, раны наши заживают быстрее, чем можно себе это представить. Пей или я силой тебя запихну в пещеры к женщинам и детям! — пригрозил Ралис, когда Сули задумчиво уставилась на бурдюк в своих руках. — Твоя рука ещё не до конца зажила, а времени мало. Йорун!

— Да, пью я. Пью, — и сделала ещё глоток. — Я за сегодня столько этого отвара выпила, что вместо волос скоро цветы на голове расти будут.

***

Первый, тёмно-бурый как небо над ними, волк вёл за собой преданных и верных ему собратьев; оборотни бежали по степи один за одним, вытянувшись в длинную линию.

Ортханк — неприступная крепость белого мага — осталась далеко позади. Под покровом ночи стая покинула пристанище, в котором нашла свой временный дом, сокрытая ото всех народов Средиземья тёмной магией своего покровителя.

Вождь завыл, протяжно и громко, подняв голову к безлунному небу — за тучами не было видно звёзд. Ему вторили остальные: Кайи, Эклесс, Тейран, Дейкил — все как один и вой их слился воедино заполнив пустующую, спящую степь вокруг.

Впереди их ждала Хельмова падь.

***

Гимли ушёл, оставив оборотней одних.

— Ралис, — протянула девушка. На столе подле неё лежал пустой бурдюк. — Как давно ты виделся с Кайи?

Мужчина нахмурился, припоминая.

— Кажется в начале этого тысячелетия, может и позже. Уж и не помню, — мужчина засмеялся, — смилуйся над моим возрастом и прости дырявую память.

Снаружи крепости послышались шаги людей и их приглушенные перешептывания. Где-то внизу, в кузнице, одинокий кузнец стучал молотком по очередному мечу. Он знал, что довести работу до ума не хватит времени, ведь мечей нужно сделать ещё много. Так много, что страшно представить.

— Просто я вспомнила, как однажды Кайи приходил ко мне. Тогда он сказал, что пытался встретиться с тобой. Обыскал все твои земли, но и следа не нашёл.

— Ах, ты об этом, — хмыкнул рыжий. Он вольготно развалился на стуле напротив подруги (на том самом, где ещё недавно сидел гном).