Чтение онлайн

— Скажи мне, кто, блядь, рассказал тебе о моей сестре, или я заставлю тебя страдать так, как ты даже представить себе не можешь.

Слёзы жгут глаза, и его силуэт расплывается за водяной пеленой. Но не это уничтожает меня.

Я всегда чувствовала, что умру какой-то безумной, неестественной смертью, потому что от дьявола невозможно убегать вечно.

Рано или поздно он придёт за платой. И это будет ужасно.

Нет. Меня уничтожает то, что я доверилась. Впервые за долгое время я доверилась другому мужчине.

И ошиблась.

Так чертовски ошиблась.

— Мне стоило прислушаться к своим инстинктам насчёт тебя, — шепчу я дрожащим от слёз голосом.

— Мне тоже стоило прислушаться к своим.

С напряжённой челюстью он бросает взгляд вниз, затем назад, подхватывает мой рюкзак с пола и направляется к двери.

Всё, что у меня есть. Всё, что осталось от дома.

— Нет!

Я бросаюсь за ним, но дверь захлопывается прямо перед лицом.

— Нет!

Дёргаю ручку. Заперто.

— Выпусти меня!

Я колочу ладонями по дереву.

— Выпусти меня!

Я бросаюсь к самому большому окну над кроватью и распахиваю его, но оно открывается лишь настолько, чтобы могла пролезть рука.

— Помогите! Помогите мне!

Я кричу в надежде, что сумасшедшая старуха услышит.

Может быть, она позовёт помощь.

— ! Помоги мне! Помоги!

Паника поднимается к горлу, а туман головокружения застилает разум. Крепко зажмурившись, я делаю длинные глубокие вдохи. Только не потерять сознание. Только не сейчас.

Рухнув на кровать, я отчаянно пытаюсь справиться с приступом, который делает меня совершенно неустойчивой на ногах.

ГЛАВА 29

Тьерри

Откуда, блядь, она узнала о моей сестре?

Я достаю одноразовый телефон из сумки и открываю последний набранный номер. Затем хватаю ключи, отпираю нижний ящик стола и достаю оттуда ноутбук.

Ввожу номер. Появляется имя женщины. Габриэла Лозано. Аризона.

Никогда о ней не слышал.

Ради интереса я ввожу её имя в поисковик, и тот выдаёт ряд статей о пропавшем полицейском. Открываю первую. Лицо, появившееся на экране, бьёт меня под дых.

Кастелльяно.

Тот самый человек, которого несколько месяцев назад я перевозил сюда из Техаса.

Согласно статье, он был детективом из Финикса, расследовавшим дела о пропавших молодых женщинах и девушках.

Около семи лет назад он ушёл под прикрытие, что вполне совпадает с досье, которое мне на него дали, где также указывалась его связь с картелем примерно с того же времени.

Я смотрю на его фотографию. Аккуратный. В форме.

Совсем не похож на того мужчину в дорогом костюме и с отросшей щетиной, которого я знал. И этот ублюдок ни разу не сообщил мне, что он коп.

Даже тогда, когда остался последним выжившим, а я держал пистолет у его головы.

Он хотел, чтобы я отвёз его к Хулио.

Проводя рукой по лицу, я пытаюсь понять, зачем Хулио понадобилось тащить полицейского под прикрытием из Финикса аж в Луизиану. Да ещё и связанного с конкурирующим картелем.

И какого чёрта ко всему этому имеет отношение Селеста?

Захлопнув ноутбук, я хватаю её рюкзак со стола. Тот самый, который, очевидно, недостаточно тщательно проверил, когда она впервые здесь появилась — слишком сосредоточенный на том чипе.

Я вытряхиваю на стол одежду, немного косметики, дезодорант и прочие мелочи. Полностью выворачиваю рюкзак. В основном отделении ничего важного. Расстёгиваю передний карман и вытаскиваю сложенную фотографию.

Маленький светловолосый ребёнок, сидящий рядом со своей матерью. Знакомые лица.

И этот удар бьет куда больнее.

ГЛАВА 30

Селеста

Это немного, но мне всё же удалось найти гладкую стальную опасную бритву, спрятанную среди его принадлежностей для бритья. Тех самых, которые он, должно быть, проглядел, стараясь запереть от меня всё остальное.

Проведя большим пальцем по лезвию, я убеждаюсь, что оно такое же острое, каким выглядит, и способно нанести ровно столько вреда, сколько нужно, чтобы выиграть немного времени.

Когда в замке слышится возня ключа, я прячу бритву под подушку и подтягиваю колени к груди.

Тьерри врывается в комнату, сжимая в руке фотографию сына и жены Расса.

— Ты знаешь, кто это?

Сдержанная ярость в его голосе ясно даёт понять, что с прошлого раза он ничуть не успокоился.

— Кто дал тебе это?

Да пошёл ты.

Я не собираюсь рассказывать этому безумному ублюдку ни единого слова о семье Расса. Скорее всего, это просто уловка, чтобы заставить меня заговорить. Угрожать тем, кого, как он думает, я знаю, в обмен на признание, кто рассказал мне о его сестре.

— Кто они для тебя?

С каждым его шагом ко мне под кожей расползается страх.

Этот всплеск «бей или беги» мне слишком хорошо знаком за последние годы, но сейчас он ощущается ещё сильнее.

Этот человек убьёт меня.

Это предельно ясно в его тёмных глазах, напоминающих волчьи, пока он медленно приближается.

— Говори.

— Я не знаю их.

— Ложь!

Оскалив зубы, он бросается вперёд, и прежде чем я успеваю схватиться за лезвие, он перехватывает оба моих запястья, крепко прижимая меня к кровати.

— Ты расскажешь мне всё. Кто ты на самом деле и какого хрена знаешь этих людей.

Я брыкаюсь, извиваюсь, пытаюсь вырваться, но вся моя борьба бесполезна против этого мужчины, который наваливается сверху, оседлав меня, словно стальная глыба.

— Слезь! Слезь, мать твою!

Двигая бёдрами, прижимаясь ко мне, он утыкается лицом мне в шею, а его пальцы почти перекрывают кровообращение в кистях.

— Я и получаю удовольствие, mon chaton74. И если ты, блядь, не заговоришь, я получу ещё больше удовольствия от твоих криков боли.