Чтение онлайн

– Меня зовут Сара Мартин. Я иностранка, между прочим, - деловито заметила я, продолжая восхищенно глазеть на маленькую рыжую копию друга. Это немного странно, ведь друг-то русый. Может, он красится?

– Сара Мартин, значит! Обалдеть! Ты как-то постарела, соседка, - рассмеялся друг и обнял меня свободной рукой. Малыш же попытался меня отодвинуть.

– Это мой папа, - напомнил он.

– Рада видеть. У тебя сын, обалдеть!

– Ага, - гордо подтвердил он отстраняясь.
– А ты чего здесь?

– Как чего? К маме приехала.

– Сюда?

– Так и думала, что она переехала, - горестно вздохнула я. – А квартиру она продала?

– Нет, тут мы с Катюхой и Никитосом живем пока. А она переехала в мажорный Истоминский домище. Пойдем, расскажу все. Твоя комната все еще ждет тебя.

Димка пустил нас внутрь, переодел сына, умыл и включил ему мультики.

Да, наша квартира сильно изменилась. Порядок чужой женщины сразу бросался в глаза. Только моя комната осталась прежней, хотя и напоминала что-то вроде музея. На двери висел замок, Димка его вскрыл, и я как будто попала в прошлое. Все по-прежнему. Кровать под тем же пледом, на столе закрытый старенький ноутбук, стакан с ручками, книги какие-то. Только кактуса нет. И небольшой слой пыли.

– Давно тут никого не было? – спросила я с ностальгической улыбкой проведя по спинке стула.

– Около месяца. Мама твоя раз в месяц в число твоего уезда приходит и прибирается здесь. Твой побег сильно ударил по ней. Каждый раз глаза на мокром месте. Хоть бы иногда звонила!

– Я была в бегах, - с улыбкой сообщила я, пряча повлажневшие глаза.

– Рассказывай, давай. Сто лет тебя не видел и умираю от любопытства! Где твой хахаль? Чего вернулись то?

– Да уж, а ты все такой же бестактный, - с укором покачала я головой и плюхнулась на кровать. Чувство в груди, как будто обняла старую игрушку. Я выросла из нее. Она кажется мне немного чужой. Громко чихнув я села и стянула с подоконника медведя, которого миллион лет назад мне подарил Иван. И надо скорей говорить, пока ком в горле не перерос в рыдания.

– Жили мы в Нанкине. Это Китай.

– Знаю я!

– Хорошо, умник. В общем, я училась в местном университете, почти получила диплом. От этого мен отделяла всего пара недель… А теперь я здесь, - нескладно закончила длиннющий рассказ о четырех годах своей жизни. – А ты сам-то как?

– Как видишь, - поджал губы Димка после минутного молчания, решив не углубляться в расспросы, видя мое грустное выражение лица. – Женился, Катька родила. Нам уже три года скоро.

– А она-то где?

– С подругами встречается, - закатил глаза он. – Сумасшедшие бабы.

– Ясно. Какие еще новости?

– Да как-то никаких. Работаю в шиномонтажке по-прежнему, машину вот недавно купил. Подержанный, зато мерс. Состояние отличное.

– Ничего себе, - улыбнулась я. – А Вадик что?

– О, он менеджер самого среднего звено, но детей и жены пока нет. Встречается уже около года с какой-то Юлей, я ее несколько раз видел, вроде нормальная. Наверное, тоже скоро женится.

– А Дашка?

– Дашка? – не понял сначала Димка, - А, безбашенная. Не знаю даже. Она как-то приезжала к теть Марине, та потом рассказывала, что вроде за ум взялась, учиться и фотографией начала заниматься. Мужиков перестала менять – главная новость.

– Завела одного-единственного? – удивилась я.

– Выше бери! В монашки записалась, - расхохотался Димка и я с ним.

– Надо с ней поскорее связаться. Кстати, дай позвонить? У меня телефон сел. О, ща я его на зарядку поставлю.

– Маме? Давай лучше я, а то ее удар хватит. Она должна на днях зайти, я ее сегодня позову.

На том и порешили. Пока я купалась и переодевалась, Катя вернулась. Узнав о моем приезде, она нисколько не обрадовалась. Я слышала их приглушенный разговор о том, что им теперь переезжать придется. Димка заверял ее, что я точно к маме перееду. А даже если нет, то я им не помешаю, у меня ж своя комната.

Сразу стало неловко. Почувствовала себя гостем в собственном доме. Немного даже обидно. Но действительно, где мне остановиться? С ними жить точно не хочется, а к маме можно ли переехать? Там тоже буду в гостях. А если снять свое жилье, то надо работу искать. Но в моем положении кому я нужна? Еще и без образования фактически…

– След, ты там скоро? – послышалось с кухни. Завязала волосы в пучок, надела джинсы и домашнюю кофту и пошла.

– Привет, Диана, - вежливо улыбнулась Катя. – А ты совсем не изменилась.

– Точно. Теперь ты опять соседка. А то приехала вся такая «я иностранка», - заржал Димка.

– Привет.

– Марина Сергеевна будет через час.

– Я ее заинтриговал сюрпризом. Уверен, она думает, что нас соседи затопили. Или мы бабку. – Димыч, иди есть! – гаркнул он вдруг, а я вздрогнула от неожиданности. Димыч – это Дмитриевич в смысле? Мило – улыбнулась я своим мыслям. У меня Иваный будет. Или Ивановна.

– Спасибо за еду. Я действительно проголодалась, - присела я в уголок. Димка сел напротив, а Катя с Никитой сели рядом. У малыша был специальный высокий стул.

– У вас очень милый сынок, - улыбнулась я с умилением наблюдая, как он старательно несет ложку с кашей ко рту сам, а Катя утирает посекундно пачкающиеся губки, ручки и стол.

– Весь в меня, - хмыкнул Димка и снова горделиво выпячился. Сразу видно, как он любит и гордиться сыночком. Глаза против воли наполнились слезами умиления. Дурацкие гормоны сведут меня с ума.

– Поверить не могу, что мой идиот-сосед станет таким замечательным отцом! – выдала я, утирая выступившие слезы.

– Не ругайся, - шикнул на меня он, но польщено покраснел.

– Простите.

Раздался дверной звонок. Все вздрогнули и переглянулись, не решаясь идти открывать.

– Мне пойти? – неуверенно посмотрел на меня друг.

– Нет, – глубоко вздохнула я и пошла на ватных ногах к двери.

Дрожащими руками снимаю цепочку, щелкаю замком и открываю.

– Здравствуй, мама, - выдыхаю тихонько я. У мамы глаза расширяются до невообразимых размеров, а рот комично открывается. Уж не хватил ли ее удар, как Димка предсказывал? Но мне совсем не смешно. Горло перехватывает спазм, глаза мгновенно вновь наполняются слезами.

– Доченька? – шепчет она и прижимает ко рту ладони. Я со всхлипом киваю и в слезах бросаюсь ее обнимать.

Я дома.

Глава 26

Глава 26

С мамой мы долго обнимались прямо на пороге и обе рыдали навзрыд от счастья, от тоски друг по другу, от нерассказанных новостей. Мы бы там еще долго простояли, но Димка нас затолкал в мою комнату и оставил наедине. Что говорить и с чего начинать - мы обе не знали. Посидим, полюбуемся друг другом, ахнем и снова обнимаемся.