Чтение онлайн

– Конечно, конечно, Яночка. Да ты садись… – Он даже не успел нахмурить брови, а рядом уже появились двое слуг с мягким диванчиком, куда уселась горюющая принцесса.

– Только попробуй ещё больше её расстроить, – обратился ко мне король Эльдор, а я, увы, ничем не мог его обнадёжить. Мне предстояло расстроить Янку гораздо сильнее в надежде на то, что потом ей станет немного лучше. И очень, конечно, мешало, что придётся делать это прилюдно.

Я сел рядом с невестой и тихо сказал:

– Вижу, у вас горе, поэтому приготовил блюдо, которое может помочь с ним справиться. Считается, что пробуя его, мы провожаем умерших, но на самом деле, точно также можно попрощаться и смириться с любым постигшим вас разочарованием.

Я взял со стола тарелку, ложку и провёл ей, выравнивая поверхность.

– Здесь чёрный рис – это наши воспоминания и сожаления. Это всё, что мы теряем, когда понимаем, что никогда уже не достигнем цели или не встретимся с ушедшим от нас человеком.

Над двором разнёсся тяжёлый вздох, словно все, кто стоял рядом, горестно вздохнули.

– Сверху риса идёт слой лунных грибов, приправленных корнем боли. Лунные грибы светятся ночью, соединяя мир живых и мёртвых, также как и души ушедших продолжают светить нам после смерти. Но первое время любые мысли об этом сопряжены со страданиями, и мы не замечаем больше ничего. Корень боли символизирует испытания, которые ждут нас после утраты. Боль пропитывает наши воспоминания, как частицы корня проникают в рис, но лишь прочувствовав это, мы можем…

Янка смотрела на меня широко открытыми глазами, в которых застыли отчаяние, надежда, страх и потрясение. Сбоку всхлипнул и утёр слезу король Эльдор. Зарыдала какая-то женщина. Послышались и другие печальные стоны. Я не оборачивался, словно рассказывал всё только Янке, но слушали меня абсолютно все.

– …испытать… нет, не облегчение, но вернуться к воспоминаниям о радостных событиях, которые связывали нас с ушедшими. В первый миг такое воспоминание может показаться предательством, также как и ягоды гравилиса в этом блюде сначала кажутся чем-то лишним и неуместным, но совсем скоро лёгкая сладость начнёт скрашивать общую горечь и остроту.

По щеке Янки сбежала первая слеза. Король Эльдор уже утирал глаза рукой, забыв о платке и правилах приличия. Краем глаза я заметил пару фрейлин, сморкающихся в рукав. А где-то за конюшней один благороднейший пегас наверняка рыл копытом мне могилу. Кажется, я даже слышал этот звук в отдалении.

– Но ягоды не просто уложены на лунные грибы, а слегка присыпаны линной – травой, несущей успокоение душам ушедших и сердцам оставшихся. Никто не хочет мучить других несвоевременным уходом, и умершие страдают не меньше живых, когда видят, какую боль причиняют любимым. Линна позволяет всем смириться с произошедшим.

Если до этого кто-то ещё сохранял спокойствие, то на этих словах проняло абсолютно всех. Янка закрыла глаза, словно пыталась сдержаться, но слёзы лились и лились по её щекам. А мне оставалось озвучить последний ингредиент.

Я взял ложку, зачерпнул из стоящей рядом плошки мёд и полил его сверху.

– И только после всего этого к нам может вернуться сладость жизни. Как мёд через все слои рано или поздно доберётся до риса, так и новые желания и мечты проникнут вглубь боли, изменят её вкус и дойдут до воспоминаний и разбитых надежд, помогут принять невозможность их исполнения и позволят строить новые планы.

Непроизвольно я применил заклинание утешение, которое шло в комплекте с рецептом блюда, совершенно забыв, что колдовать мне сейчас не стоит. Но то ли всё сработало как надо, то ли заклинание превратилось во что-то с похожим эффектом – все присутствующие закрыли глаза, глубоко вдохнули и медленно выдохнули. А я почувствовал, как с этими выдохами их покидает боль утрат.

Я зачерпнул ложкой «Слёзы предков» и поднёс ко рту Янки. Она в изумлении приоткрыла губы, давая возможность себя накормить, как и следовало сделать по ритуалу. Что я и сделал. И только тут до меня дошло, что вокруг нас собралась немаленькая толпа, которая мало понимала в традициях Верлингарда… Во всяком случае, на это намекали шокированные выражения лиц собравшихся. Ну да, по их представлениям я просто кормил принцессу с ложечки.

Захотелось провалиться под землю, но этого мне было не дано. Внезапно на помощь пришёл Янкин отец.

– Дай-ка сюда.

Король Элдор взял у меня из рук тарелку, зачерпнул большой ложкой «Слёзы предков» и отправил себе в рот. Прожевал. Сморгнул последнюю слезу и передал миску дальше. Один за другим люди пробовали поминальное блюдо и отходили в сторону. За всем этим действом мой промах как будто даже забылся.

– Ты тут, похоже, всех уже похоронил. – Благороднейший подошёл так тихо, что я вздрогнул, когда его голос раздался прямо над моей головой. – И вообще, тебя не учили, что доводить кобы… девушек до слёз – дурной тон?

Я промолчал. Так же как и окружающие. Зато теперь всеобщее внимание было сосредоточено на пегасе. Который подошёл к столу и начал там всё рассматривать и обнюхивать, пока, наконец, не сунул морду в кастрюлю с напитком каридийского принца.

– Хоть кто-то тут понимает в развлечениях…

– Эй! А ну убери морду из котелка! – закричал тот. – Это благородный напиток!

– Ой, да если я в твой сок просто плюну, и то он ещё благороднее станет. А уж если выпью…

Вокруг все засмеялись, зашумели, и в этой суете потонул ответ пегаса, а с меня словно каменную плиту сняли – так, оказывается, тяжело мне было проводить этот ритуал.

Я посмотрел на Янку, но она о чём-то говорила с отцом, и вмешиваться в их диалог точно не стоило. А спустя несколько минут мейла Риалинн увела её в замок. Я остался один.

Вокруг шумели. Поодаль смеялись. Кто-то сунул мне в руки тарелку с лепёшкой, в которую завернули мясо с овощами, и стакан с каридийским национальным напитком. В воздухе ещё витала лёгкая грусть, но скоро от неё не осталось и следа. Всё шло так, как должно: смерть сыграла свою роль и ушла в тень, давая место жизни и веселью. Посланник смерти выполнил предназначение, теперь пришёл черёд дядек Морозов, которые уже вовсю веселились и не забывали развлекать толпу.

– А ты неплохо разбираешься в смерти, – сказал мой «сородич» и сел рядом. В руках он держал тарелку с таким же угощением, как и у меня, и кубок, пахнущий пряностями и летом.

– А ты неплохо разбираешься в хорошей еде, – ответил я и протянул свой стакан, радуясь, что хотя бы напитки у нас не поминальные.

С тихим звоном чаши соприкоснулись. Эльф отпил и спустя минуту, спросил:

– Тебе так нужна эта принцесса?

– Так нужна, – просто ответил я, не желая изливать душу постороннему.

– Знаешь, ты кое-что мне напомнил… – Эльф снова замолчал, и когда я думала, что продолжения не будет, он всё-таки закончил. – И я понял, какая у меня настоящая цель. Поэтому держи.

Остролист протянул ладонь, на которой закрутилась воронка локального портала, который свернулся в… мой снежный ирис с подчиняющим заклинанием! Лепестки цветка опали, искры устремились к небу, а ещё через секунду в руке у эльфа не осталось ничего, кроме кучки праха.

– На неё всё равно не действует – только и думает, что о своём некроманте. Так что… удачи.