Чтение онлайн

Слёзы опять набежали на глаза, а зеркало именно в этот момент почернело и отразило меня, и это было так себе зрелище. Синяк на щеке рассосался, зато я сама стала напоминать покойника – бледная, с тенями под глазами и со страданием во взгляде. Не хватало только траурного платья. Но недолго. Потому что его я и надела.

В конце концов, вчера разбилась мечта. То, о чём я думала и во что верила долгих три года. Черепки её ещё хрустели под ногами и не давали нормально дышать. А мне ещё предстояло идти и смотреть на участников отбора, одному из которых придётся...

Фиби моего горя не разделила, за что я смертельно обиделась и отдала её подушечку одной из фрейлин, а не несла сама. Почему-то это предательство больше всех папенькиных слов уверило мне в том, что Вейн действительно украл артефакт. Уж если я свою улитку так плохо знаю, то что уж говорить про человеке, которого не видела три года?

В зале, где присутствовали участники отбора, мне стало совсем дурно. Мало того что они, как будто издеваясь над моей бедой, оделись дядьками Морозами, так ещё и смотрели слишком открыто, слишком по-хозяйски. Хотя, может, мне это только казалось.

Вздох и пару слезинок так и не удалось сдержать. К счастью, сегодня не надо было непрестанно наблюдать за женихами, и я удалилась на кухню, быстро сожгла свои гренки и ушла в комнату, где забылась беспокойным сном, в котором Вейн пытался меня обокрасть.

Проснулась я, чувствуя себя ещё хуже, чем до того, как легла спать, а необходимость выйти во двор и что-то там съесть виделась просто пыткой.

Не знаю, чем занимался папенька, пока я спала, но выглядел он едва ли лучше. Видимо, переживал, что изрийское будущее в моём лице помрёт, не оставив наследников. Поэтому, толком не дав привести себя в порядок, он повёл меня вниз, где всё уже было готово.

Нас встретили траурным молчанием, словно все вдруг догадались, что со мной случилось. И от этого стало ещё горше, но почему-то легче. Если бы здесь звучал смех, то я, наверное, не сдержалась бы и закричала. К счастью, никто не смеялся.

В этом море тишины мы с папенькой дошли до большого стола, где мне пришлось запихнуть в себя кусок мяса, кусок лепёшки, какой-то овощ и две истории про блюда. От вида еды и женихов мутило только ещё больше. И почему я настояла именно на таком задании?

Ещё и папенька расшумелся, потому что ему не понравилось то, что приготовил второй эльф. Великая мать, да мне было всё равно уже что съесть, лишь бы отпустили побыстрее. К счастью, папенька понимал моё состояние, и затягивать скандал не стал.

Я села на принесённый слугами диван и приготовилась вытерпеть последнюю на сегодня историю, но начало было таким, что я даже ушам своим не поверила:

– Вижу, у вас горе, поэтому приготовил блюдо, которое может помочь с ним справиться, – сказал второй эльф, а у меня задрожали руки. И душа тоже задрожала. Потому что можно держаться, пока все делают вид, что ничего не произошло, но совершенно невозможно, когда тебе сочувствуют.

Он сказал про умерших, разбитые мечты, разочарования и горечь, которая пропитываем воспоминания. И эта горечь разливалась во мне и отравляла мысли, как корень боли внутри чёрного риса.

Он сказал про души, которые продолжают светить после смерти, и про то, что радостные воспоминания в свете потери могут казаться предательством, а планы на будущее – изменой. Но боль проходит, остаются пустота и спокойствие. Утешение.

Он сказал, что никто из ушедших не хотел обижать оставшихся. И я поняла, что никогда не поверю в слова отца, и не буду думать о Вейне плохо, но приму факт, что больше мы с ним не увидимся. Пусть так. Светлые воспоминания у меня останутся, а будущее… Оно у меня будет другое.

– …как мёд через все слои рано или поздно доберётся до риса, так и новые желания и мечты проникнут вглубь боли, изменят её вкус и дойдут до воспоминаний и разбитых надежд, помогут принять невозможность их исполнения и позволят строить новые планы.

У меня не было времени ждать, когда утихнет боль и горечь, но я поняла общий смысл. Прошлое в прошлом. Всё изменилось, и нельзя цепляться за воспоминания.

И я посмотрела на эльфа совсем другими глазами. Он понял мои чувства и сделал то, от чего мне действительно стало легче. Сможет ли это стать залогом нашей счастливой совместной жизни? Пусть не сразу, но где-нибудь в будущем?

Внутри что-то болезненно оборвалось, но утешающая магия накрыла, словно тёплым одеялом, забирая тревоги и мучительные сомнения. А потом у меня во рту оказалась ложка с поминальным блюдом. И это было так неожиданно, что я проглотила всё, что было, и даже не заметила горечи тех ингредиентов, о которых говорил эльф.

Неловкую ситуацию замял папенька, съев огромную ложку «Слёз предков». Он вытирал глаза ладонью и тихо вздыхал. Я знала, что он тоже скучает по маме, но сейчас поняла, что для него эта утрата была даже тяжелее, чем для меня.

Плошку начали передаваться дальше, а я подошла к отцу и сказала:

– Знаешь, если мне так надо выйти замуж, то я выйду за этого эльфа.

– Замечательно, Яночка, – светло улыбнулся отец. – Ты отдыхай, мы завтра всё устроим. Третий тур всё равно надо провести, но это будет простая формальность.

Меня снова увела мейла Риалинн. По пути в башню она осторожно спросила:

– Ваше высочество, вы ничего не скажете насчёт того, что я взяла ваш дневник.

– Ничего. – Не то, чтобы мне не хотелось призвать на голову мейлы все возможные кары, но не было сил. Да и умение искать за мотивы людей за их действиями, не давали обвинять сгоряча. – Я знаю, вы хотели, как лучше. Думали, так я смогу забыть прошлого жениха, чтобы дать шанс новому. У вас получилось. Но это не значит, что я вас простила.

С этими словами я зашла в комнату и закрыла перед носом мейлы дверь. Потом села за стол и задумчиво посмотрела на листы дневника. Взяла пишущую палочку, обмакнула её в чернила…

«Дорогой дневник, это последняя запись. Мой план провалился, но, наверное, это и к лучшему. Я сделала выбор. В день середины зимы я выйду замуж за второго эльфа. Прости меня, Вейн, я не могу больше ждать».

На страницу упала слезинка, как будто точка, которую я так боялась поставить.

Рьяна Изрийская

От пёстрых платьев рябило в глазах – кажется, в комнату принесли всё, что пошили для меня за последние три года. Принесли и теперь пытались заставить меня выбрать наряд для встречи с женихами. Папенька и мейла Риалинн решили, что вечером будет бал, на котором я станцую с каждым из оставшейся троицы и скажу, кто станет моим мужем. Всё, конечно, было уже решено, но формальности должны были быть соблюдены.

– Это короткое… – голубое платье улетело в коридор, где его тут же подхватили служанки и унесли в гардеробную в моих прежних покоях. А мейла взяла новое платье, надела на меня и опять осталась недовольной. – Это слишком детское.