Чтение онлайн

Разделся и бухнул в море. Заплыл метров на пятьдесят, полежал на воде, попробовал нырять. Хреново, без маски одни солнечные блики и неясные тени. Пару раз слышал с берега вопли аги.

Когда вышел из воды и оделся, толстый уже сидел в шароварах и с развязанными руками, а Муха восторженно щёлкал Лёхиной зажигалкой.

– Ну чё? Потопали, а то жрать хочется.

– Пошли, у меня тоже к нему вопросов больше нет.

Обратно двигались в том же ордере. Впереди вновь обраслеченный турок в одних портках, следом мы с Команданте, сзади Муха на ходу примеривал экспроприированную шёлковую распашонку Ахметки. Возле лагеря нас встречали Пен с Димычем и Доктор.

– Антоша, продукты на обед выданы, скоро будет готов. Доктор вот настаивает, чтобы мы питались отдельно на борту.
– наябедничал Яша.

– Толян, нашёл какую-то бяку?
– встревожился я.

– Нет, ничего явного не заметил. Так. Большинство крайне истощены, психические депрессии. Но отойдут со временем. А бережённого бог бережёт...

– Мы решили оставить на берегу шесть автоматчиков, а остальных на борта.
– добавил Петя.

– Ну, быть по-сему. Только надо на берегу старшего назначить, того же Купу, что ли. Лёш, подсуетись, будь добр. И ещё пусть охрана особо за женщинами бдит и присматривает. Мало ли чё. Гребцы все "голодные" как бабуины. Сейчас отдохнут, откормятся - как начнут гормоны кипеть. Пусть турки тоже начинают своё корыто чистить и мыть. Кормить их "гребцовым пайком". Вечером их судить будем всем миром. Этого жирного туда же, к ним. Да, а кто старший над охраной?

– Драп вызвался, - ответил Димыч.
– сейчас поплыл за сухим пайком для себя и бойцов.

За несколько часов лагерь преобразился. Уже стояли четыре навеса: Маленькие над раненными и над "кухней", длинный над "столовой-спальней", средний над фабрикой "Большевичка". Чуть в стороне было поставлено ещё несколько кольев, наверное для фабрики "Скороход". По пояс в воде сидели турки "на жердях" в ошейниках. "Пляжники" вдоль берега мыли с "морским" мылом руки, а то и полностью обмывались.

– Приятного аппетита, православные!
– гаркнул я всем.
– Ну что, можем ехать.
– и полез на корму к румпелю. Следом столкнули шлюпку в воду и погрузились Пен, Димыч, Доктор и Лёха. В два десятка гребков докатили к трапу "Мануши". Поднялись на палубу.

– Яша, ты как насчёт того, чтобы после обеда смотаться в Балаклаву и по окрестностям на разведку? Ну там о наличии возможности закупить скота, мяса, фруктов-овощей и прочей гастрономии. Кормить-то нам эту ораву - я кивнул на берег.
– надо. А нам здесь сидеть ещё минимум неделю.

– А в чём проблема? Сбегаем, шеф.

– Тока, Димыч, нам сейчас кипишь не нужен. Переоденьтесь в турецкие шмотки с галеры, покрась бороду ваксой, ну и доспехи там, сабли, пищали, кольчуги. И осторожненько, поминая Аллаха, по местным базарам.

Димыч заржал: - Может ещё и обрезание сделать?

– Не, если нарвётесь, обрезание вам местные сделают, по самую шею.
– я не разделил его юмор.
– Согласуй с Пеном каналы связи за обедом и к темноте постарайтесь вернуться. Стараться непременно что-то купить не нужно. Так, по-быстрому разузнали "что-где-когда" и почём,, и слиняли без тяжких телесных повреждений. Закупится можно будет и завтра с утра.

– Понял, не дурак. Сбацаем. Пошли жрать!

Я взглянул на браслет. 13:45 - местного. И потопал в "адмиральскую" мыть руки. Нет, сперва залез под прохладный пресный душ, смыл соль. Потом одел свежую одёжу, - адмирал я, аль не адмирал? Тяпнул из мини-бара полстакана охлаждённой водочки, пока никто не видел, и вышел в кают-компанию... босым.

Ёбть!!! Я ж свои любимые мокасины ещё утром на берегу снял! Схватился за рацию:

– Дра-ап!!!

– На связи, командор.- почтительно отозвался он. Я заканючил подлизой:

– Вов! Я там на пляже, где-то недалеко от воды свои любимые шуи посеял. Будь другом, пошукай! А то эти робинзоны средневековые сопрут и в ближайшем шинке пропьют. А они мне дороги как память о Прысе.

– Ладно, нэ журысь, пошукаю. С тебя Метакса!

– Будет, буть спок, и лимончик в придачу!
– я выключил болтайку и присел босой к уже накрытому столу. Пен, Димыч и вобще вся кают-компания беззвучно ржала и угорала.

Я сделал "адмиральское" лицо: - Господа рыцари, предлагаю для начала тост за "Начало освобождения Крыма от татаро-турецкого ига и мусульманской оккупации". Предлагаю наполнить бокалы. Каждый налил себе, что хотел. Мы чокнулись и выпили.

– А мы чо, Крым будем освобождать?
– до Васи наконец дошло.

– Обязательно будем! Теперь, когда я посмотрел на эти бусурманские рожи и на то, што они здесь творят, освобождать будем всенепгеменно и безусловно. Хватит им по Руси полон собирать, сёла и города жечь. Я "там" читал, что за века своих набегов они около десяти миллионов русичей в рабство угнали. Всё это время они жили за счёт грабежа северных соседей. Своей экономики-то почитай нет, ничего фактически не производят, как и все остальные кочевые племена. Вот и тянули соки и кровь с Руси. Так что, пускай теперь кочуют в других местах, где-нибудь подальше отсюда. Ладно, давайте наконец покушаем!

А на обед был Борщь! и Окрошка!! и полтавские Котлеты с картофельным пюре! В общем, покушали знатно, хоть и выпили в меру. Потом я вздремнул "часик" под кондиционером. Около пяти проснулся, потому что замёрз окончательно и выскочил на палубу.

"Котёнка" рядом не было. Пен сказал, что они ушли полтора часа назад. Мои любимые мокасины привезли, на берегу всё спокойно и все заняты делом. Муха приплыл на шебеку и ушёл на ней, а Лёха сразу после обеда опять умотал на берег и травит белошвейкам анекдоты. "Точно надо морду бить!"- промелькнуло в голове.

– Петь, как у нас с провиантом?

– Это от количества и качества едоков зависит.
– дипломатично ответил он.
– На "Котенке" ни морозилку, ни холодильники ещё не трогали. Пользуются запасами провизионной и камбуза. У нас сто человек кормить-поить ещё можем шесть недель. Боекомплект использован на 6%. Больных-увечных нет. Гриня собирается вечером опять на берег, сейчас перечитывает ноты.

– Пускай перечитывает. После ужина кроме вахты все поедем на берег. Нужно вопросы порешать. Наших предупреди, штоб как можно меньше про нас "пляжным" болтали. Пусть темнят. Всё, что нужно я сам расскажу. Через 6-7 дней должна вернуться из Феодосии вторая галера Ахмет-Аги. Тоже будет везти невольников. Возьмём её, людей напоим-накормим, поделим и через 2-3 дня рванём на Буян. Ну, если других идей ещё не появится.
– поправился я.

– Как настроение команды?

– Господа офицеры кайфуют, матросы дуркуют. Сегодня с утра сплошная Анталия. Василий два часа насиловал органолу в кают-компании, хочет научиться играть. Очень уж его вчерашняя спевка вдохновила или фляжка прихваченная на пляж. Шорох целый день читал Шекспира в жезлонге возле своей пушки. Матросы, кроме тех, что ездили на берег, культурно отдыхали. Резались в карты и домино на щелбаны и смотрели в кубрике мультики. Часто купались.

– Понятненько, - протянул я.
– один я как каторжанин всё утро пахал!

– Бедненький, прикажу на ужин тебе молоко выдать.
– пожалел меня Пен.

– Петь, как придёт Димыч, распишите совместные вахты на ночь и на завтра. Но скорее всего шебека с утра уйдёт закупаться по окрестностям, на предмет "пожрать", так что учитывай. А вообще всех "отпетых" и всех волонтёров кроме вахты гони на берег. Пусть тоже поучаствуют в общественной жизни. Сегодня на вечер на берег отправь по двести грамм алкоголя на рыло. Вчера вроде и не шибко закосели. Только охрана пусть не пьёт и Димыча предупреди, пусть назначит ночную смену сторожей. Четырёх должно хватить. Шумим и светимся мы сильно здесь, а мимо турки ходят. Кстати, сколько?