Чтение онлайн

— Давай посмотрим, что там с новым лечением после Дня благодарения. Говорят, неплохие результаты.

— Парень, хватит этого дерьма, — резко обрывает меня он.

— Это на тебя похоже.

— Просто будь рядом, — он неожиданно берёт меня за предплечье. — Для них. Для всех. Ты сильнее, чем думаешь, Нэш. Ты ведь знаешь, каково это — терять кого-то. Родителей. А они — нет. Используй свою боль, чтобы поддержать их, когда меня не станет. Особенно девчонок. Моим девочкам ты будешь нужен больше всего.

— Ты несёшь чушь, но я подыграю тебе, старик.

— Вот и хорошо, — кивает он. — А теперь соберись, а то скучно с тобой играть, — он выкладывает комбинацию из шести фишек. — У меня осталось две, — ухмыляется он.

Я прогоняю из головы нахлынувшие воспоминания, хватаю с пассажирского сиденья пирог из пекарни «Румяная Бетти» и бросаю ключи в бардачок.

Ужины у Эшби по понедельникам — святое. Я бываю здесь каждую неделю с тех пор, как мне исполнилось пятнадцать, если не считать годы в НХЛ. И даже тогда я всегда звонил по понедельникам. Никто никого не приглашает, время никто не уточняет — мы просто приходим. Потому что Джо всегда говорила: «Даже если понедельник говённый, у тебя всё равно будет домашний ужин, которого можно ждать с нетерпением».

Я захожу в дом под звуки «Джонни и Джун», что доносятся с кухни, и смех Мейбл. Это по-настоящему похоже на возвращение домой. Мама Джо стала мне настоящей матерью после того, как я потерял всё, и за это я никогда не смогу отблагодарить её, как бы ни старался. Они с Уайаттом даже не задумывались — просто взяли меня под крыло. Теперь она осталась одна. И нет на свете ничего, чего бы я не сделал для неё. Особенно сейчас, когда Уайатта больше нет.

— Привет, малыш, — улыбается Джо с кухни, замешивая тесто для домашних бисквитов.

Коул и Мейбл уже здесь. Мейбл — наверное, самый крутой ребёнок в мире. В красном фартуке, таком же, как у Джо, она помогает ей месить тесто и посыпать мукой всё вокруг.

— Мама Джо, — говорю я, целуя её в макушку. — Неподражаемая Мейбл, — подмигиваю девочке и даю пять.

Она смеётся, а я вдруг понимаю, что вся моя ладонь в муке.

— Спасибо тебе, подруга, — говорю, вытирая руку о полотенце.

— Бедняга, — Коул кидает в меня кусочек теста. — Осторожнее, а то испортишь свой образ а-ля Мэттью Макконахи. Что, «Линкольн» припарковал у крыльца?

Я обхожу маму Джо сзади и за её спиной показываю Коулу средний палец.

— Доллар в ботинок за ругань, дядя Нэш! — весело кричит Мейбл, указывая на свой ковбойский сапожок, в который мы кидаем деньги каждый раз, когда кто-то ругается при ней.

— У тебя что, глаза на затылке? Я ведь даже не сказал, я только показал! Это не считается!

— Считается! — визжит от восторга она.

Я кидаю пятёрку в её «копилку». А ведь только понедельник.

— Считай, это аванс на ближайшее будущее, — ухмыляюсь я.

— Никогда не заводи детей, — бурчит Коул, качая головой, в то время как Уэйд заходит через заднюю дверь.

— Мама, семья, — кивает он.

— Сержант, — говорим почти хором мы, и Мейбл заливается смехом.

— Привет, дядя Уэйд!

— Привет, малышка.

Он целует её в макушку. Даже сердце сурового сержанта тает, когда речь идёт о Мейбл.

Харли, пёс, бросается к двери ещё до того, как мы слышим, что кто-то пришёл. У него чуть ли не сверхспособность предугадывать гостей.

— Деда всё понимаю, но нам правда надо придумать другой способ это говорить, — звучит голос Сиси с крыльца.

— Тётя! — радостно кричит Мейбл, бросая всё и мчится к Сиси, которая только входит с папой Дином — отцом Джо.

Ему уже семьдесят восемь, но он до сих пор бодр, шаловлив и постоянно увлекается чем-то новым. Сегодня он несёт с собой свою старую акустическую гитару.

Мейбл с визгом бросается в объятия Сиси, даже не дав ей поставить сумку и положить ключи.

— Моя сладкая! Дай обниму тебя. Посмотри на себя! Фейстайм и близко не показывает, насколько ты выросла. Ты взяла с собой маникюрный набор? Мне просто срочно нужно обновить ногти.

Она вытягивает руку с идеальным маникюром, будто показывая ужас.

— Да, я взяла пару красивых цветов. Ты всегда розовый берёшь. А как тебе синий?

— Ты прочитала мои мысли, малышка, — улыбается Сиси, нежно сжимая подбородок Мейбл в ладонях. — Я как раз давно хотела синий. После ужина?

Мейбл сияет и кивает, а потом вприпрыжку уходит обратно на кухню.

— Можно я посмотрю Розану Пансино на компьютере бабушки в кабинете? — спрашивает она Коула.

— Да, детка. Без наушников, включи динамики, — отвечает он, и она кивает, уходя в другую комнату.

— Ты нам сыграешь песню на гитаре, деда? — Коул смеется, отпивая глоток бурбона.

— Я только что забрала его с урока гитары в центре для пожилых, его урок перенесли на сегодня.

Сиси останавливается и смотрит на меня, как будто осознавая, что я здесь. Конечно, я здесь. Где же еще я могу быть?

— Хотите услышать, что мне сказала моя учительница? Думаю, она в меня влюбилась. Она тоже молодая, всего семьдесят, — улыбается он.

— Деда... — предупреждает Сиси.

Коул широко улыбается, даже Уэйд проявляет интерес, поднимая глаза от наливаемого напитка.

— Я заинтересовался, — говорит Коул. — Она пригласила тебя на свидание, старик?

— Она сказала, — пожимает плечами папа Дин, кладя гитару, — что хочет помочь мне поработать над пальцевым аппликатором. Она сказала, что я слишком напрягаю пальцы и мне нужно их расслабить.

Уэйд хихикает, а Коул улыбается.

— Ну, это хорошо, деда. Тогда тебе просто нужно попрактиковаться в аппликаторстве, — говорит Коул, смеясь.

— В смысле, разве не все мы должны попрактиковаться? — спрашивает Уэйд, пожимая плечами.

Мама Джо выглядит ужасно, и мы все хохочем. Все, кроме Сиси.

— Дети, — говорит она.

— Я стараюсь изо всех сил, — продолжает Дин. — Я порвал чертову струну G, когда сегодня вечером играл тугое мажорное аккордовое движение.

— Господи, деда, — говорит Сиси, но на её лице расплывается широкая улыбка, прежде чем она зарывается в ладони, а мы все валимся от смеха.

Дин просто ухмыляется, как настоящий старый провокатор, прекрасно зная, как это всё звучит.

— А вы, мальчики, — добавляет он, — знали, что если правильно пропальцевать аккорд «A», он даёт более высокий звук?