Отпустить поводья
Шрифт:
— Папа! — кричит на него мама Джо и хлопает его кухонным полотенцем, пока мы трое буквально сгибаемся пополам от смеха.
Я не могу дождаться старости — тогда мне будут всё спускать с рук.
— Хорошо, что Мейбл вышла из комнаты, — ругает Коула мама Джо.
— И как ты вообще надеешься вырастить из неё леди с таким поведением вокруг?
— А вы все только подзадориваете его, — говорит Сиси, наливая себе бурбон.
Я смотрю на неё — такая резкая противоположность деловой женщине, которую я видел сегодня днём. Сейчас на ней джинсовые шорты с обрезанными краями, как раз такие, что заканчиваются сразу под аппетитной округлостью её задницы, и белая футболка с тура «Blondie», с широким вырезом, так что она спадает с одного плеча. Я вспоминаю её подростковую одержимость винтажными футболками — у неё их было куча, из всех возможных музыкальных эпох. Интересно, когда вообще в последний раз «Blondie» гастролировали?
Она босиком ходит по кухне. Густые волосы стянуты в высокий гладкий хвост, лицо без макияжа. Я понимаю, что именно в таком виде она мне нравится больше всего. Натуральная. Свежая и такая чертовски молодая на вид, что это тут же отрезвляет меня, напоминая, кто она есть.
Я прочищаю горло, и Коул хлопает меня по плечу.
— Ты в порядке?
Я смотрю на него. Он что, заметил, как я пялился на Сиси, как какой-то старый извращенец?
Я киваю и решаю, что пора заговорить. Прямо сейчас.
— Ну, я, конечно, не переплюну рассказ папы Дина… но у нас с Сиси есть кое-какие новости о сегодняшнем дне, — говорю я, и все смотрят на меня в ожидании.
Особенно Сиси.
— У «Олимпии» новый администратор и менеджер по бухгалтерии, — киваю я в сторону Сиси.
Мама Джо переводит взгляд с Сиси на меня.
— Уэйд наконец-то согласился на эту работу? — спрашивает она, не моргнув глазом, с усмешкой на лице.
— Неохотно, — отвечает Уэйд. — Но я сразу сказал — никакого сексуального домогательства. Мне и так хватает в конюшне.
— О, приятель. Ты не в моём вкусе, — ухмыляюсь я.
Мама Джо смотрит на Сиси с понимающей улыбкой, но обращается ко мне:
— Забавно, Сиси целый день была дома со мной и ни словечком не обмолвилась. Но я думаю, это просто великолепно. Ему нужна помощь в этом балагане, что он называет офисом, — её взгляд снова на мне. — Без обид, у тебя, мальчик, конечно, хорошенькое лицо, но в бухгалтерии ты не ахти.
— Спасибо? — говорю я, не понимая, это была похвала или оскорбление.
Джо умеет это как никто другой.
— Я собиралась сказать тебе, мама. Просто ещё перевариваю решение и хочу убедиться, что не уволюсь ещё до начала, — говорит Сиси, глядя мне прямо в глаза.
Я улыбаюсь. Чепуха. Она не уволится.
Коул встаёт и хлопает её по плечу.
— Я бы тоже долго привыкал, если бы мне пришлось работать на этого ублюдка. Зато мы хотя бы уверены, что он не будет спать с сотрудницами, — Коул усмехается, потом добавляет: — Сиси… ну, это Сиси. А Санни… давайте будем честны, он бы с ней не справился.
— И правда, — хмыкает Уэйд.
— Ну, иди, накрывай на стол, босс, — протягивает мне столовые приборы мама Джо.
Я киваю и иду в столовую, радуясь, что никто из них не умеет читать мои мысли.
Глава 11
Каждый раз, когда я куда-то смотрю сегодня, Нэш рядом. Я работаю на него всего четыре часа, а уже начинаю сомневаться в своём здравомыслии. Я хочу верить всему, что он сказал, что он больше не тот, кем был, что у нас всё получится... потому что мне нужна эта работа. Всё, о чём я думаю — как начать сначала и чем-то себя занять.
Эндрю не перестаёт мне звонить и писать, пытаясь вселить в мою голову мысли, которым там не место.
Кажется, что начать с нуля — как карабкаться в гору, и эта работа — первая ступень. Зарплата и условия отличные, Санни говорит, что Нэш платит всем значительно выше среднего, просто чтобы его команда была довольна. И это, похоже, настоящий вызов, учитывая, в каком беспорядке их бухгалтерия. Это единственная часть бизнеса, которая нуждается в помощи. Всё остальное, те сферы, в которых Нэш действительно хорош — работает великолепно.
Я была и впечатлена, и удивлена, когда Санни провела меня по «Олимпии». Пространство после реконструкции — идеальное. Современные эффекты на катке, новые замбони1, обновлённые раздевалки, весь пол в задней части комплекса покрыт резиновыми ковриками, чтобы фигуристы могли легко дойти до туалетов и раздевалок, не снимая коньков. Зона для зрителей действительно комфортная и тёплая — я никогда раньше не видела такого на хоккейных аренах.
Нэш добавил новую зону с фастфудом, которая позволяет фудтракам подъезжать снаружи к специальному окну в здании, чтобы «Олимпия» могла устраивать тематические вечера с участием местного бизнеса.
Санни говорит, что теперь он сильно вовлечён в поддержку сообщества. Она рассказала мне обо всех благотворительных вечерах, которые они проводят, когда все доходы от игр «Лайтнингс» поступают в местные благотворительные организации — жест, который заставляет меня поверить, что, возможно, Нэш действительно повзрослел и стал кем-то большим, чем просто выросшей версией эгоистичного подростка и студента, которого я знала. У меня был образ Нэша, иллюзия, и он её разрушает каждый раз, когда я его вижу и он внимателен или делает что-то доброе.
Я прикусываю нижнюю губу, помогая маме готовить ужин.
Кажется, я хочу, чтобы он всё ещё был тем самым Нэшем, которого я знала. Самодовольным, бабником-звездой. Без этого мне остаётся только заметить, насколько он чертовски красив в любой обстановке. Один его запах сводит меня с ума — свежий сандал и специи. Так мужественно и тепло стало, когда он обнял меня сегодня. Словно зайти с мороза в гостиприимный дом, укутаться в одеяло и взять кружку чая. Уютно. По-домашнему. И я это ненавижу. Последнее, что мне нужно — пускать по нему слюни, особенно когда он — часть моей семьи. За годы вдали мне удалось забыть, насколько он вплетён в историю нашей семьи.
— Ты молчаливая сегодня, детка… просто привыкаешь ко всему? — спрашивает мама, пока мы толчём картошку, а она достаёт мясной рулет из духовки.
— Просто привыкаю.
— Я думаю, замечательно, что ты работаешь на Нэша. Ему правда нужна помощь.
— Знаю, я сегодня бегло всё посмотрела. Просто тяжело — столько людей постоянно рядом. Я к этому не привыкла, — я смотрю в сторону столовой, где стоит Нэш. Киваю в его сторону. — Он часто бывает здесь, с тех пор как вернулся?
Мама Джо задумывается, нарезая мясной рулет и выкладывая его на блюдо.