Чтение онлайн

Раскрыв глаза, он посмотрел по сторонам и хотел было протереть место, куда не так давно прилетела пятка, но не смог этого сделать. Руки не двигались и явно были чем-то скованны.

В следующую секунду он сообразил, что мир выглядит как-то незнакомо, а именно красноватый оттенок всего, что он только знал, должно быть белым или серым, но по краям зрения явно проступала красная, непонятная пелена.

— Очнулся наконец! Хвала Балтесу, ты очнулся! — не унимался его напарник и продолжал горланить что есть мочи.

Повернув шею в сторону голоса, он заметил, что его друг висит вниз головой среди туш каких-то животных. Связанный по рукам и ногам, с заведёнными за спину руками, которые были привязаны верёвкой к ногам так, что спину приходилось держать идеально ровно и даже немного выгнувшись назад, чтобы не вывихнуть руки.

По ощущениям, сам он был привязан к крюку на ленте с тушами точно так же.

— Что произошло? — едва смог процедить Барнэлл сквозь неизмеримо сильно саднящее горло, отчего закашлялся на некоторое время.

— Это ты мне лучше расскажи. Я, значит, никого не трогаю, развлекаюсь с барменшей, и уж поверь мне, там есть с чем поиграть. Как вдруг ко мне в кабинку залетает несколько громил, хватают меня под белы рученьки и, в чем мать родила, запихивают в мешок, я, конечно, пытался сопротивляться, но куда уж мне!

— Ха-ха. Это похоже на тебя. Если ты говоришь: «в чем мать родила», откуда на тебе тогда сейчас штаны и пиджак? — шутить в стрессовой ситуации было коронным приёмом детектива. «В любой момент оставайся на позитиве.» Говорил он себе.

— Очень смешно! Мы играли с ней в задержание преступника, тебя это как касается? Я наоборот признателен этим ублюдкам, что вернули мне штаны обратно!

На несколько секунд они оба взяли паузу и решили обдумать предстоящие действия.

— Ты лучше скажи мне, Барн, что твоя гениальная головушка собирается делать дальше. Как ты предлагаешь нам выбираться из подобной ситуации? — всё так же надрывая глотку орал напарник, что висел метрах в тридцати от детектива.

— Я думаю над этим, дай мне минуту. — Не успел он ответить товарищу, как почувствовал тычок и заметил, как его тело начало медленно двигаться вместе с остальными тушами в неизвестном направлении.

— Ааааа, не нравится мне всё это, Барн, сделать что-нибудь.

Лента с тушами проехала буквально полметра и остановилась, ударив детектива головой о тушу, что висела впереди.

— Мы явно находимся на каком-то комбинате. Тут должны быть работники. Ты видел кого-то? Лапидус?! — детектив повернул голову в сторону своего напарника, но не видел его из-за туши, что перегородила обзор, да и сам Лапидус скрылся за поворотом ленты, а потому его голос звучал едва слышно для детектива, пускай тот и орал во всё горло.

— Нет тут никого! Мы в цеху холодного копчения, и я уже вижу эту грёбанную печь! Напарник, выручай! — едва слышно, но не менее взволнованно звучали слова, а потому Барнэлл начал думать так быстро, насколько ему позволял мозг, отягощенный головной болью от удара и кровью, что приливала к нему.

— ПОМОГИТЕ! ПОМОГИТЕ! — усилив свой голос магией, насколько позволял ему уровень развития, заорал Барнэлл.

Закрыв глаза, он весь превратился в слух и, испустив волну магии, старался нащупать хоть какое-то живое существо. Через минуту поиска он почувствовал, что кто-то с точно таким же развитием на пике серебра движется в его сторону.

— Лапидус! Мы тут не одни, крепись, напарник!

— КАК СКАЖЕШЬ, я уже чувствую жар печи, передо мной осталась только одна туша! — явно не без иронии докричался он в ответ детективу.

Продолжая сканировать пространство, Барнэлл почувствовал, как некто направляется прямиком к его напарнику. А потому, превратившись в слух, усилил его магией и через ощущение ауры старался понять, что происходит.

— Ау, кто-то уколол. Неприятно!

Петя любил свою работу и ходил на неё столько, сколько себя помнит. Сначала он работал на ферме, пас барыков, которых потом приказали называть свиньями, потом его перевели на бойню, и там он полюбил работать ещё больше, а теперь завод «Мертвечино» нанял его на ту же должность, вот только платил неизмеримо больше.Если на бойне он получал по одной серой монете в месяц, то теперь ему платили восемь пальцев… Так он мерил плату, потому что осознать концепцию чисел не мог.

— Посмотреть, кто там. Свинки мертвы. Они не могут. — Он двинулся в сторону, откуда получил явный укол, хотя и не понимал, как такое возможно, ведь никого рядом не было.

— Ау, зачем делать больно? Мы это не любим. — Немного прибавив шаг, он двинулся вперед, огибая развешенные туши и стараясь не уронить их, ведь передвигаться с его габаритами тела по просторным, но для него узким проходам цеха было сложной задачей, но с ней он научился справляться, затратив на неё всего-то три месяца.

— Вот она, букашка. Трепыхаться.

— Барнэлл, у нас большие проблемы. Слышишь меня, большие! Он из крепостных, и это явно. — Крикнул он что есть мочи напарнику, но существу перед собой сказал следующее: — Друг, я случайно зацепился за этот крюк, — он кивнул головой в сторону ног и одновременно потолка, куда громила перед ним перевёл свой взгляд, — не поможешь мне слезть? А я тебя угощу вкусной едой.

— Букашка пытаться врать Пете! Петя сам вешать букашку на крюк, так попросить его босс. — Человек под два с половиной метра достал молоток, что висел у него на ремне, и вдарил им по ноге Лапидуса. — Мы бить в половину силы. Ты висеть тихо.

Повернувшись к детективу спиной, он двинулся в сторону, откуда приковылял.

— Твою мать, — только и смог прыснуть детектив.

— Петя, милый. Я не сделал тебе ничего плохого. Я твой друг. Сними меня, пожалуйста.

Неожиданно быстро Петя метнулся в сторону подвешенного Лапидуса и, вдарив ему в живот левой рукой, в которой не держал молоток, опустился на корточки перед ним.

Детектив закашлялся и был готов поклясться, что этот удар точно сломал ему пару рёбер, так сильно тот был нанесён.

— Твоя висеть тихо, моя брать мясо и идти к Лулу. Лулу делать Пете ом-ном с его дубиной, — он указал на свои ступни, и, переведя взгляд на ноги, детектив ахнул от картины, что открывалась ему.

Пускай помещение цеха и освещалось неплохо, но свет едва достигал пола, а потому он сразу не обратил внимание, но человек перед ним был босым, и из одежды на нём болтался только залитый кровью животных, а может и не только, фартук на голое тело.

Сам сложенный, будто Геракл из мифов древней Греции, или Железный Арни в лучшие годы, он представлял собой самое точное описание из недавней ориентировки, которую выпустил его напарник.— Подожди, кхе! Лулу, это случайно не баронесса Луанна Кук?