Чтение онлайн

В салоне автомобиля вижу, что звонит Тимофей. Гашу экран.

У Татьяны и Леши в доме царит атмосфера настоящего праздника, и я могу наконец-то спокойно выдохнуть.

Ко мне бежит племянник и обнимает меня. Из зала выходят обожаемые родители. Счастье просыпается в моей душе. Будто цветок распускается. Классно!

Провожу время с родными. Попутно сервируем праздничный стол. Таня руководит. Мама поддакивает. А я на подхвате.

Лёша куда-то уехал, сказал ненадолго. Догадываюсь я, за чем именно он махнул!

– Вика, какой клевый трансформер! Такой большой! Завтра Мишане его покажу, он заценит, - вопит племянник.

Довольная собой, улыбаюсь и отбиваю «пять» Димасика.

Таня зовет меня на кухню. Кроме нас там никого не оказывается.

– Как дела с Тимофеем? – вполголоса спрашивает невестка, оглядываясь на дверь.

– Да никак.

– Он приехал?

Киваю.

– Мы еще не виделись. Но я сегодня хочу побыть одна, то есть с семьей. Хотя собиралась с ним серьезно поговорить, - из меня вырывается протяжный вздох.

Отщипываю лист салата и отправляю в рот.

– Вик, у тебя просто нет настроения или перегорела?

– Не знаю я. Честно, - бесцельно поворачиваю голову в сторону окна.

– Лёша тоже ходит, на него ворчит. Мол, что-то там Тимофей расследует.

– Он же не следователь.

– Да не знаю я, - отмахивается Таня, - говорю, что слышала.

– Понятно.

– Ты тогда напиши Суворову, что с нами будешь Новый Год встречать. Ни себя, ни его не мучай.

Вздыхаю, но иду искать телефон.

Еще три пропущенных и пара смс от него.

«Ты где?» «Что происходит?»

Прикусываю щеку изнутри.

Строчу большое сообщение, в котором и поздравляю, и объясняю, и объявляю – все сжато и сама суть.

Сегодня, мол, хочу побыть сугубо в кругу семьи и ненавязчиво прошу не беспокоить.

В ответ молчание.

Медленно выпускаю воздух из легких.

Надеюсь, пронесет.

Вслед за моей мыслью приходит сообщение.

«Что совсем меня видеть не хочешь?»

«Завтра», - на автомате печатаю я.

Ответ не заставляет себя ждать. Только это оказывается не текст, а фото. Мое фото и Марата. Тот самый момент, когда мы обнимаемся, прощаясь и целуемся. Но у нашего поцелуя свои нюансы. А через секунду от него следует вопрос: «Может, поэтому?»

Неожиданно.

Следил что ли?

– Написала? – пролетая мимо, интересуется Танюша.

– Да.

– Тогда пошли. Салаты поставим, и будем садиться за стол.

Убираю телефон и отправляюсь за невесткой.

Возвращается брат. Я оказалась права. Он ездил в цветочный магазин за тремя разными букетами. Мило и приятно.

Лёшенька, как всегда, утопает в поцелуях!

Мы поздравляем друг друга и проходим к столу.

К нам присоединяется семейная пара с детьми. Друзья-соседи моего брата. С ними я знакома, поэтому их присутствие меня не смущает.

Но возможно кто-то заметил, как я вздрогнула, почувствовав вибрацию телефона.

Тим.

Не сомневаюсь.

Взглянув краем глаза, на экран, подтверждаю свою версию.

Игнорирую звонок.

Последующие два часа проходят быстро и весело. Сама себе удивляюсь, как у меня получилось абстрагироваться от не-пойми-каких отношений с Тимофеем и просто вернуться в свою жизнь.

Но на каком-то интуитивном уровне спустя время я достаю телефон и вижу свежую смску от него.

Какое чутье. Иронизирую я сама над собой.

Одно короткое емкое слово: «Выйди».

– Я пойду, подышу, - шепнув на ушко Танюше и набросив пальто, выхожу из квартиры.

Машина Суворов стоит напротив подъездной двери.

– Тебя трудно не заметить, - ерничаю я, занимая пассажирское место рядом с визитером.

Меня забавляет то обстоятельство, что я себя чувствую в своей тарелке, а вот Тимофей напряжен, возмущен и строг. Без сомнений.

– А это на тот случай, чтобы ты машиной не ошиблась.

В его голосе голимая сталь, а во взгляде – претензия размером с Эверест.

– Знаешь, что, я не собираюсь себе настроение портить. Пойду я лучше обратно.

Стоит мне дернуться на выход, как дверцы автомобиля блокируются в момент.

– У тебя что случилось, Вик? – он смотрит перед собой, тяжело задавая вопрос, а потом переводит взгляд на меня, от которого становится неуютно.

– А что тебя конкретно смущает? – круто вскидываю бровь.

– Сначала непонятный вчерашний разговор. Сама хотела поговорить, а весь день избегаешь меня, - недобро блестят его глаза.
– Мать сказала, ты приезжала. В то самое время, которое якобы ждала меня дома. А потом мне присылают твои фотографии в объятиях какого-то мужика. Вика, что происходит?

Его рука покоится на руле, корпус повернут ко мне. Волна претензий уже ощущаема кожей. И это в Новый Год…

Плаваю в своих раздумьях, когда следующим вопросом Тимофей вколачивает гвоздь в крышку гроба наших отношений.

– У тебя что, появился другой?

Рот в изумлении я открываю, но насладиться моей реакцией Тиму не даю. Смыкаю губы и, едва прищурившись, кидаю:

– Сам-то в это веришь?

Тишина. Этого достаточно.

– Открой.

Больше нет сил на него смотреть.

– Открой, - упрямо повторяю я, сквозь зубы.

Замки щелкают, и я получаю свободу.

Тимофей

За время отношений с Савельевой, я твердо понял одно – если уж она уперлась рогом, то лучше было бы тогда оставить Вику в покое и дать остыть.

Не понравился ей мой вопрос. Взглядом едва не убила. Гордячка.

От матери я знал, что Вика часто приходит к ней, и вряд ли у нее было время вести двойную жизнь. Но в погоне за правдой гибели жены, я мог и не совсем внятно оценить ситуацию.

Все-таки, кто-то постарался снять Вику в провокационном ракурсе и прислать фотографии мне. И я хотел знать имя этого человека.