Чтение онлайн

Этот момент — как нить, натянутая до предела, и, если она порвётся, назад пути не будет.

Я вижу, как ты смотришь на меня, и сердце сжимается

Но нет. Мы должны оставить все чувства. Запереть их в клетку, как диких зверей, и не выпускать, пока не закончим. Ради нас. Ради всего.

Слышишь? Пожалуйста, услышь меня. Не заставляй меня выбирать между тобой и этим. Выдержи. Ради нас обоих.

Я серьёзно. Смотри на меня как на партнёра, дыши ровно, беги вперёд. Только так мы победим. А потом… потом посмотрим, что останется от нас двоих...

Я выдохнула и тряхнула головой потом прикинулась дурочкой:

– Ну погода хорошая, конечно. Еще что -то?

– Ты не понимаешь, о чем я? Может все…

Я перебила:

– Нет, — сказала твёрдо, но не грубо. — Спасибо, но нет.

Он моргнул и произнес растерянно

– Ладно…

Я вздохнула и подошла к нему, взяв за локоть:

– Слушай, мы вообще-то спешим если что. И не знаю как тебе, но мне сейчас точно не до твоих серьёзных глаз и этих твоих… Как их тихих пауз. Понятно?

Он закивал молча. Я повернулась к друзьям:

– Ладно ребят, всем пока! Я еще вернусь не забывайте меня!

Максим и Арина, улыбаясь помахали мне на прощание.

И мы вышли из дома.

ГЛАВА 22

СТЕПАН

Подойдя к машине, я отворил Нике дверь, чтобы она села. Потом захлопнув, ее обошел машину и уселся в салон. И мы выехали на шоссе.

Я крепко вцепился в руль смотря прямо и стараясь не смотреть на Нику.

Ты прекрасно понимаешь, о чём я, и это делает мою любовь к тебе невыносимой. Только ты меня понимаешь, умеешь читать по глазам — этот блеск, который я не могу погасить, даже когда мы бежим плечом к плечу на тренировке. Ты видишь, как я замедляюсь не от усталости, а от того, что хочется просто остановиться, взять тебя за руку и забыть про весь этот ад. Мы клялись, помнишь? "Ничего личного, только цель". Эти слова были нашим щитом тогда, под дождём, когда всё рушилось, но теперь они рвут меня на части.

Я слышу тебя, верь. Ты права — сейчас нельзя. Олимпиада висит над нами, и один неверный шаг, одно касание, которое задержится слишком долго, — и вся наша жизнь, все жертвы полетят в пропасть. Бессонные ночи, когда я лежал без сна, думая о тебе вместо тактики; друзья, которых мы потеряли; нормальность, от которой отказались ради этой гонки. Если мы поддадимся, потеряем не только медали — потеряем себя, то, что делает нас сильнее вместе. Чувства — как яд, сладкий и коварный, и я не хочу, чтобы они нас уничтожили.

Но после… после, когда пыль осядет, когда мы перестанем быть просто командой, я не отпущу это. Я скажу тебе всё: как твоя улыбка на финише заставляет моё сердце биться быстрее, чем на спринте; как я мечтаю о нас без этих стен. Выдержи со мной, пожалуйста. Смотри на меня как на партнёра, но знай — внутри я уже твой. Только твой. И когда всё закончится, мы увидим, что из этой любви родится что-то настоящее. Ради нас.

Ради той цели, что держит нас вместе.

***

Мы вышли из машины у ворот детского дома.

Это было двухэтажное здание. Фасад имел чередующиеся вертикальные полосы кремового и бордового цветов. На крыше лежал толстый слой снега, были видны также трубы и антенны. Перед зданием заснеженная площадка, на которой видны следы и тропинки. Слева и справа от здания стояли голые деревья с тонкими ветвями. Перед зданием также расположены небольшие архитектурные элементы, такие как козырьки над входами и беседка с лавочкой.

В руках у нас были внушительные, шуршащие пакеты, заполненные плюшевыми игрушками трофеи, доставшиеся нам после выступлений.

На пороге нас встретила доброжелательная женщина в строгом, сером кардигане. Невысокая с платиновыми волосами убранные в строгую шишку, с серыми глазами.

– Здравствуйте! Я Елена Сергеевна, директор. Для нас большая честь, что вы решили нас посетить! Мы глубоко тронуты вашей отзывчивостью. Позвольте, я вас провожу.-улыбнулась она.

Сняв верхнюю одежду, мы прошли по коридору за директором.

Она провела нас в просторную игровую комнату, наполненную детской жизнью. Дети, самых разных возрастов, сосредоточенно занимались своими делами: возводили башни из кубиков, увлеченно рисовали за столами и оживленно играли друг с другом. Как только мы вошли с нашими объемными пакетами, все взгляды, словно под гипнозом, обратились к нам.

– Ребята, посмотрите, кто к нам приехал! – воскликнула Елена Сергеевна-К нам пришли… настоящие фигуристы!

Сначала повисла тишина, словно время замерло, а потом… восторг вырвался на свободу. Дети, с криками радости, бросились к нам, протягивая руки к игрушкам.

Ника тут же, заботливо присела на корточки и начала раздавать плюшевых мишек и зайчиков.

– Кому зайчика? Смотрите, какой он мягкий!

Я последовал ее примеру. Один мальчик, лет семи, с огромными, карими глазами, светло -русыми волосами подбежал ко мне и, робко теребя край своей белой футболки с рисунком в виде гоночной машины тихо спросил:

– А можно мне вон ту, большую собаку?
– Он указал на лохматого ньюфаундленда, возвышавшегося над остальными игрушками.

Я улыбнулся и вручил ему огромного, плюшевого пса.

– Конечно, бери! Он очень ждал своего друга.

Он крепко прижал его к себе, уткнувшись носом в мягкую шерсть, и прошептал едва слышно:

– Спасибо! Он такой… настоящий.

Мы провели здесь несколько часов, которые пролетели как одна минута. Я помогал строить башню из кубиков с маленькой девочкой по имени Маша, которая постоянно смеялась и хлопала в ладоши от восторга при каждом новом уровне.

– Высоко! Еще выше!
– пищала она.

Ника тем временем, собрала вокруг себя группу ребят постарше и читала им сказки. Они слушали ее, затаив дыхание.

– А что будет дальше?
– спросил один из мальчиков, когда Ника закончила главу.

– Завтра узнаем!
– ответила она, загадочно улыбаясь.

А я подошла к тому самому мальчику, которому вручил пса.

– Как звать тебя?
– улыбнулся я.

– Андрей ответил тот.

Он сидел на одном из диванчиков синего цвета, обнимая своего нового друга, и смотрел на меня серьезными глазами.

– Знаете, я мечтаю стать космонавтом, - вдруг сказал он.

Я присел рядом с ним и рассказал ему о тренировках космонавтов, о силе воли и о том, как важно верить в свою мечту, даже если кажется, что она находится за миллионы километров от Земли.

– Самое главное – никогда не сдаваться. И всегда помнить, ради чего ты это делаешь, - закончил я, и Андрюша кивнул, крепко сжимая своего пса.

– А вы будете кататься, как космонавт?
– спросил он, глядя на меня.

– Обязательно! И посвящу тебе свой следующий номер!
– пообещал я.