Чтение онлайн

– Должен справиться, поскольку он не мальчик, а офицер. Первый раз от волнения может и промазать, не без того. Но должен же он набраться опыта, правда?

– Верно. – согласилась Агата – Кроме того, ребята с остальных машин подстрахуют.

Неприятельский самолёт, а других тут быть не может, приблизился настолько, что стало видно лицо пилота. Вот он протянул руку к тросику, чтобы открыть огонь из пулемёта, закреплённого на верхнем крыле…

– Огонь! – скомандовал Александр.

– Ду-ду-ду-ду! – сзади-сверху пророкотала спаренная установка, а вражеский биплан свалился в штопор и устремился к земле, а за ним потянулась витая лента сизого дыма.

– Прапорщик Матвеев, от лица службы объявляю вам благодарность.

***

К Гонконгу вышли в расчётное время, около полудня. Погода, как и обещали синоптики из разведки, идеальная: высокая облачность, ни тумана, ни дождя. Отлично.

– Агата! Сигнал на самолёты группы: «Делать как я».

– Готово! Алекс, а где стоят суда с взрывчаткой?

– На острове собственно находится Гонконг. Но суда выгружаются прямо в вагоны… Видишь в проливе построен длинный причал рядом с которым стоят три парохода? Район, который примыкает к порту называется Коулун.

– Алекс, я вижу английскую эскадру. Нет, они точно сумасшедшие! Броненосцы стоят совсем рядом с теми пароходами!

– Вот и поучим болванов.

С броненосцев заметили самолёты с красными звёздами и открыли редкий и неточный зенитный огонь.

Колонна самолётов разомкнулась в обширный круг, чтобы бомбить свободно. Теперь, с небольшим снижением, они самостоятельно направлялась к своей цели. Агата вела самолёт, Александр приник к бомбовому прицелу. С одной стороны, скорость небольшая, а цели неподвижны, но с другой стороны, высота великовата. Чёрт, концевой самолёт пошел вниз, ниже разрешенных трёх километров.

– Вернёмся, сгною паршивца! – заругался Александр.

– Не сгноишь! – ожесточенным голосом ответила Агата – Его уже наказали.

Шрапнель, взорвавшаяся чуть позади самолёта строптивца, послала сноп своих пуль туда, куда следует – в бомбоотсек. Чудовищный грохот прокатился над портом, а на месте самолёта вспухло облако огня и дыма. Но времени на скорбь нет: самолёт Александра вышел на «дорожку».

– Сброс! – сам себе скомандовал Александр и рванул рычаг.

Шесть яйцеобразных бомб с кольцевыми стабилизаторами ухнули вниз, но не совсем удачно: две упали позади тройки атакуемых пароходов, одна угодила в средний пароход, а ещё две упали впереди, а куда делась шестая, было неясно. Следующий самолёт отбомбился куда удачнее, правда, пять из шести его бомб упали позади цели. Зато одна угодила в пароход с взрывчаткой. Бабахнуло так, что самолёты на высоте три километра подбросило, и пилоты с трудом совладали с взбесившимися машинами. А спустя полминуты рвануло снова: это обломки от первого взрыва попали во второй пароход с взрывчаткой. Взрывная волна, видимая с высоты как белая стена сжатого воздуха, разбежалась во все стороны. В заливе возникла волна, которая накатила на берег, выбрасывая на него мелкие и довольно крупные суда. Со строений срывало крыши, некоторые склады и сооружения непонятного назначения отшвырнуло на огромное расстояние, а следом прилетели горящие обломки, и полукруг с центром у причала запылал как костёр. Что-то в этом костре ещё взрывалось – наверное ранее доставленные боеприпасы.

Огромное грибовидное облако стало подниматься над чудовищными разрушениями.

Корабли и суда среднего тоннажа, стоящие в гавани, возникшие волны топили и выкидывали на берег. Крупные переворачивало или укладывало на бок. Но броненосцы были слишком велики и тяжелы. Два из них опрокинулись, но остальные удержались на поверхности.

– Агата, сигнал «Атаковать броненосцы»! – распорядился Александр, заняв место за штурвалом.

Два самолёта, на которых остались бомбы, довернули и пошли к линии броненосцев. По ним не стреляли: видимо взрывной волной с них сдуло все зенитные установки. Поняв это, бомбардировщики опустились на высоту около километра, и, снизив скорость до минимума, уложили свои бомбы в броненосцы, по одной или по две, как кому повезло. Поразительно, но они допустили всего один промах.

Четвёрка самолётов сделала «круг почёта» над разгромленным портом, при этом прапорщик Матвеев щедро сыпал вниз листовки, стараясь попасть в городскую застройку.

***

На обратном пути занялись фотографированием результатов охоты за эшелонами со взрывчаткой, и Андрею пришлось очень много работать. Следы первого эшелона заметили на подлёте у Таньшую – на месте большой железнодорожной станции оказался дымящийся пустырь, а два моста на выходе со станции были снесены – теперь на их месте торчали лишь огрызки опор. Такая же картина встретила в Ланчжоу – деревянного городка просто не стало. Заодно были уничтожен большой мост через Хуанхэ – его смятые фермы теперь валялись внизу, перегораживая течение реки. В бинокли было видно, среди развалин бродят люди, но и их слишком мало для города таких размеров. В районе Увэя, судя по всему, взрывоопасный эшелон был подловлен на скальной полке вдоль крутого горного склона, вдоль большого ущелья. Теперь не было ни полки, ни склона, ни ущелья – взрыв снёс вырубленный в скалах выступ, спровоцировал обвал, заполнивший ущелье. Теперь выше по склону медленно скапливалась вода небольшой речки, текущей в низине. В районе города Чжанье, по дороге в Гонконг, был замечен крупный военный лагерь. Прапорщик Матвеев определил численность военных, обитающих в нём примерно в две дивизии или двадцать пять-тридцать тысяч человек. Теперь на месте лагеря виднелась захламленная пустошь, зато овраг, ранее проходивший по восточному краю лагеря, оказался засыпан.

– Господи боже мой! – ахнула Агата – Их смахнуло в овраг?

– Если не всех, то многих. – отозвался Александр – Смотрите: железная дорога проходила выше, а лагерь располагался на склоне. Дальше овраг, а за ним плотный ряд скал. Чёрт! Ударная волна смахнула в овраг всё относительно лёгкое, дошла до скал и частично отразилась назад, добавив вторичных разрушений.

– Жалко индусов. – вздохнула Агата.

– Ни капли не жалко. – возразил Александр – Россия и Индия никогда не воевали и даже не враждовали, просто потому что живём на разных континентах. Армия вторжения набрана из добровольцев, причём взяты не нищие, вечно голодные крестьяне, а сильные мужчины, которые никогда не голодали. Туда им и дорога, шакалам.

– Суровый ты. – упрекнула Агата – Они уже погибли, мог бы быть снисходительней.

– Прости великодушно, не удержался. – сказал Александр и добавил понизив голос – Посмотри на нашего мальчика!

Андрей работал с фотоаппаратом. Он наводил объектив на то или иное место, нажимал на спуск, одновременно выискивая точку очередной съёмки. Лицо молодого мужчины – да, теперь именно так – было сосредоточено, губы плотно сжаты. Он военный профессионал, ему ясно какие беды принесли бы на его землю эти десятки тысяч солдат и офицеров, дойди они до цели. Работа военнослужащего заключается именно в этом: не допустить врага до своего порога.

Потом наступила ночь, а темноте не пофотографируешь. Но в двух местах были замечены обширные пожары, которые тоже пометили на карте. Снова были включены габаритные огни, пилоты четвёрки самолётов, держа строй, ориентировалась на них.

На аэродроме Александра встретил адъютант командующего:

– Ваше сиятельство, вас приглашают для беседы.

– Командующий?

– Не только. Из Петербурга прибыл начальник оперативного отдела ставки верховного главнокомандующего, генерал Деникин, у всех есть к вам вопросы. Впрочем, не волнуйтесь, генералы в отношении вас расположены необычайно благожелательно.

Агата отправилась в домик, построенный на дальнем краю аэродрома, на берегу небольшой речки, рядом с небольшой рощицей. Александр, только переоделся в цивильную одежду, сел рядом с адъютантом на заднее сиденье машины. Перед ними ехал броневичок, следом басовито гудели два бронетранспортёра с крупнокалиберными пулемётами и десантом по десять солдат в каждом.

– Хорошо нас охраняют – заметил Александр.

– Ничего не поделаешь, в окрестности замечены шайки бандитов, пришедших с той стороны. У главаря банды, которую удалось перехватить, нашли вашу фотографию.

– Ого! И сколько предлагают за мою голову?

– За голову двадцать тысяч серебром, а за живого сто тысяч, к тому же золотом.

– Пойти что ли, да сдаться? – усмехнулся Александр – неплохие ведь денежки.

– Даже не шутите на эту тему. – без улыбки сказал капитан – Ситуация чрезвычайно напряжённая, вокруг всё очень непросто.

– Даже на нашей территории?

– Эта земля не так давно попала под власть России. Здешние джигиты к порядку ещё не приучены, спокойно кочуют отсюда под Урумчи и обратно. Сознания, что они подданные русского царя, у них не закрепилось. Что до местных казаков, то они такие же, как везде на казачьих землях России: вороватые, хамоватые и всегда себе на уме.