Чтение онлайн

– - Есть один уважаемый человек, он -- профессор, достаточно богатый, но пожилой, живет один на один со своей дочерью и влюблен в нее до безумия, потому что она похожа во всем, как выражался он сам, на его, давно ушедшую безвременно, жену.

– - Ну, и что?
– - возмутился было Маприй о напрасно теряемом времени на этот разговор.

– - Все так и есть. Я тоже подумал в начале приблизительно так же: "Ну и что?"

– - Ну, так и в самом деле: ну и что и с того?
– - немного успокаиваясь, но поерзывая в своем роскошном рабочем кресле, будто отыскивая среди колючек не колючее место, настоятельно переспросил Маприй.
– - Как он появился у вас на приеме?
– - внезапно более заинтересованно уточнил он.

– - Обратиться к нам в фирму ему рекомендовал один из наших рабов, -ответил Ворбий.

– - Ну и все-таки, что?
– - сказал Алекс.

– - Здесь дело обстоит так: либо нам придется сделать профессору то, что ему надо, либо нам придется оказать ему услугу -- умертвить его, по последнему поводу подготовительные операции я уже, на всякий случай, предусмотрительно произвел.

– - Откуда угроза?
– - начиная нервничать, спросил Маприй.

– - Тот раб, что рекомендовал профессору нашу фирму, проговорился о своем прошлом и, видимо, насколько я понял из настроения профессора, намекнул ему о возможности иной помощи, нежели когда-то помогли мы этому рабу.

– - Понятно, -- определялся в своей позиции Алекс.

– - Все бы ничего, да сами понимаете...

– - Надеюсь, он уже мертв?
– - тут же уточнил Маприй у Георгио Фатовича, не давши ему договорить.

– - Есть интересная идея, Алекс.

– - Постойте с идеей, вы что, хотите сказать, что этот раб еще жив?
– опершись на стол правой рукой и немного наклонившись корпусом в сторону компаньона, потребовал всем своим видом и беглой, упругой интонацией голоса немедленного ответа шеф.

– - Я же должен был...

– - Жив или нет, говорите?!

– - Пока еще, да, -- как можно мягче сказал Ворбий.

– - Что-о?..
– - Маприй не выдержал и вскочил из-за стола, его кресло откатилось в сторону и приглушенно стукнулось о стенку. Маприй, яростно и беспорядочно зашагал по кабинету, он бросал то и дело в сторону своего компаньона выразительно злые взгляды.

– - Я пока еще не выполнил инструкцию только потому лишь, что идея...
– попытался оправдаться Ворбий, но его снова оборвали.

– - К черту идею!
– - вскричал Маприй, -- вы только что сказали о своей рабочей порядочности, и тут же, оказывается, проявили глупую, извините -дурацкую инициативу и оставили в живых проболтавшегося раба!

– - Он обязательно будет уничтожен, я вам об этом говорю с полной ответственностью.

– - Так сделайте это немедленно!
– - прошипел сквозь зубы Маприй и снова подкатил кресло к своему столу и, напружинившись, уселся в него.
– - Ну?
– вопросительно сказал он.

– - Мне можно все-таки объяснить идею?
– - будто попросился Георгио Фатович.

– - Только в двух словах, -- решительно и огорченно определился Маприй.

– - Мы делали только перевертышей и на этом неплохо зарабатывали.

– - Конкретнее, -- поторопил шеф.

– - Что, если мы предоставим профессору, о котором я уже говорил, новое тело, молодое, и хорошо заработаем! Думается мне, что подобной клиентуры гораздо больше, чем нашей сегодняшней и завязок меньше.

– - Вы, как я понимаю, предлагаете убийства?

– - Почему же так!? Молодых парней и девушек, особенно воспитанников детских домов, у которых совершенно не имеется родственников -- громадное для нас количество!.. Их тела будут продолжать существовать, а изношенные тела наших клиентов совершенно официально будут захораниваться. Конечно же, здесь есть принцип нарушения добровольности с одной стороны, но это будет оправдываться громадной и мгновенной прибылью.

– - Хорошо. А секретность? Где гарантия, что не проболтаются?

– - Это все можно хорошо подать.

– - Нет.

– - Это ваш окончательный ответ, Алекс?

– - Естественно, вы только отобрали у меня время.

– - И вы даже не хотите подумать и все взвесить?

– - Взвешивают, когда есть что взвешивать.

– - Что ж... Я очень сожалею перед вами за мое разгулявшееся воображение, и очень прошу простить меня, Алекс...

– - Когда этот раб будет уничтожен?
– - строго уточнил Маприй.

– - Я сейчас же отдам команду, -- сказал в некоторой задумчивости Ворбий.

– - Поторопитесь, -- приказал Маприй, -- я думаю, вас не устроит жить в отставке на проценты фирмы?

– - Алекс, вы можете абсолютно не волноваться. Я больше не потревожу вас по пустякам, а с рабом будет покончено немедленно.

– - Только многолетняя совместная работа позволяет мне надеяться на это, -- сказал Маприй, -- во всяком случае, я вам верю..., пока, -- подчеркнул шеф последнее слово.

– - Я вам тоже. Ваша дальновидность всегда превосходит мои ожидания, -попытался перейти на сердечность Ворбий.

– - Честно говоря, вы все-таки хитроватый человек, Георгио, и если бы не уважение к вам, сами знаете от кого идущее, я...

– - Во всяком случае идея фирмы принадлежит мне, -- спокойно, будто поднапомнив, сказал Ворбий.

– - Но начальный капитал мой, -- тут же парировал Маприй.

– - Да, -- согласился Георгио Фатович.
– - И потому нам работать вместе, а не отставлять друг друга. До свидания, Алекс.
– - Ворбий ушел.

Тайный разговор

Профессор Аршиинкин-Мертвяк проходил по одному из университетских коридоров, как вдруг он заметил среди толчеи студентов знакомое лицо.

Это была кандидат психологических наук Виктория Леонидовна Юсман.

"Бондаревски Юрий Анатольевич"...
– - прозвучало как самое свежее впечатление в голове Василия Федоровича. Юсман не замечала его присутствия поодаль в коридоре, или делала вид, что не замечает, а профессор продолжал пристально высвечивать своим неотступным взглядом таинственную женщину.

Но вот, несомненно, ему не показалось, Виктория Леонидовна подала знак своему наблюдателю: большим пальцем правой руки она, через собственное плечо, несколько раз, отчетливо указала на дверь кафедры и вскоре скрылась за ней, и студенты разошлись кто куда.

Профессор нерешительно направился к двери кафедры и с робостью студента постучался в нее. Не дожидаясь приглашения, он сам открыл дверь и вошел на кафедру.

– - Здравствуйте, Василий Федорович, -- тут же, как только профессор оказался в помещении кафедры психологии, первой с ним поздоровалась Юсман. Она стояла боком у окна и легко, но выразимо и грустно улыбнулась вошедшему.

– - Я целую неделю вас пытаюсь увидеть, -- полушепотом заговорил профессор, -- но тщетны были старания, и мои поиски вас, честное слово...
– не договорил он, а только выказывая неловкость объяснения, пожал плечами, замолчал.