Чтение онлайн

– - Вы напрасно меня искали, -- сказала Юсман.

– - Почему же?
– - удивился немного обиженно профессор, -- наша последняя встреча, может случиться так, не окажется для меня бесполезной.

– - Вы надеетесь на продолжение?
– - кокетливо, но все так же грустно, определилась Юсман.

– - Вы меня не так понимаете, -- переходя на еще больший шепот, обеспокоенно заговорил профессор.
– - Ваше право выбирать партнера, но ваша подсказка!
– - замысловато произнес он.

– - Что вы имеете ввиду, Василий Федорович? Какая подсказка?
– - и, не дожидаясь ответа, Юсман с отчетливой театральностью громко расхохоталась в сторону приблизившегося к ней профессора.

Аршиинкин-Мертвяк теперь стоял уже недалеко от нее, на расстоянии длины двухтумбового стола.
– - О-о-ха-хо-хо, -- хохотнула она еще раз, будто для убедительности, -- вы все еще под впечатлением.

– - Извините, -- озадаченно спросил профессор, -- но что вы имеете ввиду?

– - И вы поверили мне? Вот что я имею ввиду!

– - На счет Бондаревски я ничего не стану доказывать, но... "Обратная сторона"... Она действительно существует! И я терпеливо надеюсь на положительный результат. За что и благодарен вам.

– - Перестаньте, я прошу вас! Вы сумасшедший человек!

– - Хорошо. Я больше не буду вам надоедать. А за подсказку... все равно, спасибо...

– - Нет... Вы и в самом деле ненормальный! Несете какой-то вздор.

– - Может быть... Может и было бы это вздором, как выражаетесь вы, но... "Они" вас

там знают и, как я понимаю, преследуют определенный интерес к вам.

– - Вы что, представились от меня?

– - Да. Я вынужден был это сделать.

– - Надеюсь, вы не ляпнули им, что Юсман Виктория Леонидовна объяснялась с вами от имени Бондаревски Юрия Анатольевича?

– - Именно так!

– - Что вы хотите сказать, что вы...

– - Совершенно верно. Я сказал им то, о чем вы теперь обеспокоены и не хотите почему-то говорить более, чем тогда, в ту удачную для меня ночь.

– - Дачную.

– - Что?

– - Не удачную, а дачную, а при сегодняшних обстоятельствах -злополучную!
– - досадно сказала Юсман, -- дернуло меня, -- озлобленно прошептала она себе под нос.

– - Что вы сказали?
– - переспросил профессор не расслышав последней фразы.

– - Ничего, кроме того, что вы уже сделали ради своей, -- опять Юсман прошептала для себя, -- задницы, конечно.

– - Я не пойму, -- профессор более не переспрашивал, -- вы хотите со мной поговорить или нет?

– - Да, черт побери мою непредусмотрительность и пьяную вожделенность!
– - выкрикнула Виктория Леонидовна, но не очень громко, зато достаточно для того, чтобы озадачить и насторожить профессора -- Хочу! Садитесь... Я тоже сяду, -- и они оба присели, их разделял двухтумбовый темно, полированный стол.
– - Вполне вероятно, что вы натворили неисправимое, -- грустно и отрешенно сказала упершись взглядом в полировку стола, Юсман.

– - Но вам-то что волноваться?
– - взволнованно оправдался профессор.
– Ваше дело позади, и вы имеете то, к чему когда-то стремились и через что, тоже, в свое время, наверняка не без чьего-то участия, получили сегодняшнее удовлетворение от жизни, не так ли? Ведь вы были мужчиной?

– - Я и сейчас он, -- коротко ответила Юсман и профессору стало немного не по себе, но жадность собственного удовлетворения, выгоды от "Обратной стороны", тут же одержали над ним верх и Аршиинкин-Мертвяк не обратил внимания на то, что совсем недавно он переспал с мужчиной.

– - Какая теперь разница, -- сказал профессор, -- естественно вы осознаете себя как себя, но имеете...
– - но он не договорил, Юсман прервала его:

– - Извините, но по вашей милости, теперь я могу всего этого, -- Юсман окинула демонстративно взглядом свое тело, -- лишиться.

– - Лишиться?
– - переспросил профессор.

– - Да, именно так все, насколько я понимаю, сейчас обстоит. А вы предлагаете разговор! О чем?

– - Но позвольте, почему вы считаете, что все так уж и плохо? Да, "они" действительно интересовались человеком, который направил меня к "ним", но этот, "их" интерес был вызван всего лишь статистикой!

– - Ах, какой вы наивный или выдаете себя за такого, но кто же вам скажет подлинный интерес к человеку, направившему вас!
– - возмутилась Юсман.

– - Хорошо. Пусть, предположим, так: я наивный человек. Но что вам "они" могут сделать? В конце концов, существует законодательство, закон, который не позволит "им"...

– - Не позволит "им" возвратить меня в мое природное тело, обладателем которого я являлся, тьфу ты черт! Являлась...гм... Являлся когда-то?

– - Разве не так?
– - в сомнении произнес профессор.

– - Не так!
– - отрезала Юсман.
– - Все не так как вы думаете. Они теперь поспешат возвратить меня обратно и я лишусь и женского обличия и звания кандидата наук и работы и нормальной зарплаты -- всего! И это -- в лучшем случае!

– - Если все так как вы говорите, то "лучший случай" не из лучших. А что же тогда худший?
– - насторожился профессор, наконец-таки осознавая, что не исключено, и ему придется хранить подобную тайну и иметь предусмотрительность на будущее не вляпаться в похожий конфликт, и воздух в его груди от этого будто затвердевал на какие-то мгновения и словно тем самым бетонировал легкие.

– - Не мне вам объяснять, что есть худший. Об этом не трудно догадаться. Человек, который проговорился, имея, что ему дали, уж тем более не будет молчать, если его лишили даденного, а значит, лучший случай не предвидится.

– - Разве "они" могут...убить?
– - боязливо спросил профессор.

– - А чтобы вы сделали на "их" месте, производя противозаконные энергетические операции?

– - Почему же противозаконные? Мне кажется, это вполне официальная фирма.

– - Да, естественно, это так, но "там" делают вид, что излечивают, а на самом деле -- энергопересадки.

– - Значит я ваш убийца, -- медленно проговорил профессор.

– - А вы еще извинитесь передо мной, Василий Федорович! Все глядишь вам легче будет. Но не МНЕ!
– - вскрикнула Юсман, и по ее щекам кувыркнулись и зависли на подбородке две слезинки, оставив за собой влажные полоски, которые стали тут же подсыхать.
– - Не мне, -- печально и негромко, в остекленелой отрешенности, будто уже не замечая присутствия профессора, сказала Виктория Леонидовна.

– - Может, я смогу вам чем-то помочь?
– - жалобно спросил профессор.