Чтение онлайн

Я понял. «ГлобалКорп», интересы которого представлял Праведник в реальности, тоже охотился за Роландом. Но если корпорации нужны были технологии и активы, то Праведнику, как личности, нужно было уничтожение идеологического врага. Он был идеальным оружием. Слепым, яростным и абсолютно эффективным.

И это оружие можно было использовать.

— Я услышал тебя, — кивнул я, стараясь не давать прямых обещаний. — Если я найду что-то, с чем не смогу справиться… я позову тебя. Свет нужен там, где сгущается тьма.

— Хорошо, — он разжал кулак, и осколки камня с гербом «Охоты» упали в пыль. — Иди. И да хранит тебя твоя удача, Маркус. Она тебе понадобится.

Он развернулся и пошел к своим людям, которые уже выстраивались в походную колонну. Их белые плащи развевались на ветру, создавая резкий контраст с серой, мертвой землей вокруг.

— Фанатики, — тихо сказал Снайдер, когда они отошли. — Но полезные.

— Очень полезные, — согласился я. — Если Роланд зажмет нас в угол… мы знаем, кого позвать, чтобы устроить пожар.

Мы двинулись в противоположную сторону, к Долине Туманов. Теперь у нас был кристалл с координатами, союзник в тылу и цель.

Долина Туманов встретила нас тяжелой, давящей серостью.

Здесь, вдали от очищающего огня паладинов, лес выглядел больным, неправильным. Словно кто-то неумелый пытался нарисовать деревья по памяти, путаясь в пропорциях и тенях.

Кристалл, добытый из пепла сожженной хижины, пульсировал в моей руке, нагреваясь тем сильнее, чем глубже мы уходили в чащу. Он вел нас не по тропинкам, а напрямик, сквозь бурелом, который странным образом не цеплялся за одежду, а проходил сквозь нее, будто был сделан из дыма.

— Жуткое место, — пробормотал Снайдер, поглаживая холку своего волка. Зверь нервничал, шерсть на загривке стояла дыбом, он то и дело скалился в пустоту, рыча на невидимых врагов. — Видите? Вон тот куст?

Я посмотрел туда, куда указывал лучник. Куст папоротника не шевелился на ветру. Он дергался. Его листья то исчезали, то появлялись вновь, меняя угол наклона рывками, без всякой анимации перехода.

— Вижу, — кивнул я. — Текстуры плывут. Мы близко.

Елена шла рядом, сохраняя человеческий облик. В форме медведя, по её словам, находиться здесь было невыносимо — звериные инстинкты сходили с ума, не понимая, как реагировать на мир, лишенный запахов и естественных звуков.

— Координаты указывают на скальный массив впереди, — сверился я с интерфейсом кристалла. — Еще метров двести.

Когда деревья расступились, мы замерли. Даже мой подготовленный разум, видевший изнанку многих систем, спасовал перед открывшейся картиной.

Это была рана в мироздании.

Огромная гранитная скала, возвышающаяся над лесом, выглядела так, словно ее пытались стереть ластиком, но бросили на полпути. Камень не был твердым. Его поверхность шла рябью, как вода от брошенного камня, но эта рябь была угловатой, ломаной.

Вход в пещеру зиял чернотой, но края этого провала… они мерцали. Серые, черные и фиолетовые полигоны накладывались друг на друга, вгрызаясь в пространство. Камни висели в воздухе, игнорируя гравитацию, а затем резко телепортировались на метр вниз.

Воздух здесь гудел. Не звук ветра или насекомых, а низкий, давящий гул высоковольтной линии, смешанный со статическим треском, от которого волосы на руках вставали дыбом, а зубы начинали ныть.

— Битый пиксель, — выдохнул я, невольно подбирая самое точное определение. — Огромный, размером с дом, битый пиксель.

— Это… это вообще законно? — нервно усмехнулся Снайдер, но смех вышел натянутым. — Выглядит так, будто сейчас сервер крашнется.

Шнырь, который обычно держался в авангарде, проверяя путь на наличие ловушек, вдруг остановился. Он согнулся пополам, прижимая руку ко рту. Его лицо под капюшоном приобрело зеленоватый оттенок.

— Эй, ты чего? — Михаил шагнул к нему, но плут отмахнулся.

Шнырь с трудом выпрямился, натягивая край плаща на нос и рот, словно пытаясь защититься от ядовитых испарений.

— Здесь нет запаха, босс, — прохрипел он, и в его голосе звучал неподдельный животный ужас. — Вообще. Никакого. Ни гнили, ни камня, ни леса. Как в вакууме. Пустота в носу, аж глаза режет.

Он сделал шаг назад, подальше от мерцающего входа.

— Это место… оно не доделано, не построено, — продолжил вор, подбирая слова, которые для NPC должны были быть бессмыслицей, но в его устах звучали пугающе точно. — Там нет ничего твердого. Только картинка. Обманка.

Я переглянулся с Еленой. Она тоже это понимала.

— Z-fighting, — тихо произнесла она профессиональный термин. — Наложение текстур в одной плоскости. Координаты геометрии сбиты. Тот, кто это строил, либо не умел, либо…

— … либо спешил и плевал на правила, — закончил я. — Роланд не создавал локацию. Он взломал кусок карты и переписал его под себя, не заботясь о стабильности.

Я подошел ближе к аномалии. [Эфирный Анализатор] в инвентаре нагрелся, но я не стал его доставать — здесь не нужны были приборы, чтобы видеть искажение. Сама реальность кричала об ошибке.

Стоило мне приблизиться к мерцающему провалу на расстояние пяти шагов, как перед глазами вспыхнуло системное сообщение. Красное, с рваными краями рамки.

[Внимание! Вы входите в нестабильную зону.]

[Обнаружена критическая ошибка целостности локации.]

[Возможны потери данных персонажа.]

[Вы уверены, что хотите продолжить?]

— «Потери данных», — прочитал я вслух.

Михаил вздрогнул. Для нас с Еленой и Димой это означало потерю опыта, шмотки или прогресса квеста. Неприятно, но терпимо. Для Шныря, который сам был цифровым кодом, живущим в сети, фраза «потеря данных» звучала как смертный приговор. Как угроза лоботомии.

Я повернулся к нему.

— Шнырь, — сказал я твердо. — Тебе не обязательно идти.

Я посмотрел на плута. Тот все еще дышал через ткань плаща, глядя на вход с отвращением.

— Я пойду, босс, — проворчал он, пересиливая тошноту. — Куда я денусь? Только чур я ничего там не трогаю руками без крайней нужды. Не хочу, чтобы пальцы остались в нарисованной стене.