Чтение онлайн

– В Химграде скучно, - отмахиваясь, ответил он.

– Правда? И чего же там нет, что есть в Петрополисе?

– Нас, - уверенно констатировал Кнут.
– У нас большая культурная программа. И город ботаников нам не поможет ее реализовать, - Кнут надавил педаль, позволяя машине влиться в общий скоростной поток. После чего нажал на кнопку на руле управления, передав главенство системе контроля за траекторией движения. На сверхскоростной трассе лучше не рисковать. Дорожная и контрольная системы машины обеспечивают полную безопасность.

Елана расслабилась. Ей нравилось, что ее везут в этот большой муравейник, который так многие ненавидели. Ведь она обожала его! Огни мегагорода манили ее как светлячка, но она была очень привязана к Химграду. С одной стороны работой, которая не была пределом ее мечтаний, но выполняла ее старательно и идеально. С другой - ее держал Кирилл, которого она готова была превозносить выше своих желаний: жить в Петрополисе и работать в космопорте. Хотя в последнее время она уже не была уверена: держат ли ее отношения с Кириллом или то, что она цепляется за них. Елана посмотрела на сосредоточенного Кнута. Ей надоело смотреть на золотые бусины фонарных столбов, уходящих к пылающему горизонту. «О чем же ты думаешь?», - ей так хотелось это знать. Что у него в голове, в этой странной высоколобой коробке? Она надеялась, что мысли о ней. Но почему в голове столь загадочного для нее человека должна быть непременно она - девушка, у которой есть парень? Елана хмыкнула.

– Ты давно хотела попасть в оперу, - заговорил Кнут.

– Не может быть?
– Елана делала несмелое предположение, ей хотелось прокричать, но вдруг все-таки ошиблась.

– Я подумал, сегодня последний день, когда маэстро Геаргон дает представление и почему бы не пригласить тебя. Пошел в кассу Мариинской оперы, и ты не поверишь - два билета осталось, - на лице Кнута красовалась озорная играющая улыбочка.

– Что ты говоришь!
– смеялась Елана; она, конечно же, не верила, - как удачно и не говори.

Кнут бросил быстрый взгляд на светящуюся Елану.

– Удивительно, - она была поглощена в нахлынувшие волнительные эмоции, - ты спланировал эту встречу так давно? Как это все необычно.

Елана отдавалась эмоциям. Она впервые посетит Мариинский оперный дворец - историческую и самую прекрасную из всех оперных сцен Петрополиса. Она знала, что достать билеты на представление туда просто невозможно для обычного человека. Все упирается не только в цену, но и время - билеты, как правило, распродаются на шесть месяцев вперед. Поэтому поход туда был действительно событием, к которому нужно было подготовиться заранее.

– Это потрясающе, - Елана не могла поверить в реальность свалившегося на нее счастья.

Она, словно ребенок в мыльной пене хлопала в ладоши и ловила невидимые пузыри. Приближающиеся огни мегамуравейника стали вдруг еще желаннее и ярче.

– А мы не опоздаем?
– спохватилась она, вспоминая о пробках на дорогах.

– Нет, - улыбнулся Кнут, - у нас на все хватит времени.

Елана откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Она представляла, как входит в легендарный театр. Кто она такая, трепетала Елана, чтобы вдруг вот так, порхая, боясь даже коснуться дорогих полов, войти в главный оперный храм? Душа ее готова была вырваться из тела и быстрее всех машин рвануть напрямик к Мариинскому.

– Спасибо тебе, - Елана смотрела на Кнута как на ангела.

– Я рад, что тебе моя идея понравилась.

– Да ты шутишь? Это восхитительная идея! Теперь я понимаю зачем нужно было вечернее платье.

– Ну, хорошо, что оно у тебя нашлось, - пошутил Кнут.

Елана играючи ударила его по плечу.

– Что у витязей нет личной жизни, думаешь? Мы все солдафоны и ходим лишь по пивнушкам да в дешевые клубы?

– Да, - улыбнулся Кнут.

Елана смеялась.

– Эй, посмотри на меня. Потому что я еду в Мариинский театр, - хихикнула Елана.

Кнут подтверждал свой непредсказуемый темперамент. Он всегда удивлял и любил наблюдать за тем как люди, не ожидавшие от него определенных поступков, тонут в эмоциях. Не считая строгости во внешнем виде и чрезмерно тяжелого взгляда, Кнут остался тем же, каким Елана всегда его помнила. Рядом с ним она чувствовала себя в безопасности, ощущала его тепло, заботливо огораживающее от холодной весны, но не мешающее ею наслаждаться. Он, как заботливый ее хранитель, всегда возникал в самый подходящий момент, когда ей в очередной раз предстояло броситься в омут чувств. И сейчас, когда она отдавалась обрушившейся на нее всепоглощающей невесомости, она не понимала, как крепко застряла в эмоциональном болоте. Мерзком и гадком. Неужели она превратилась в человека любящего страдания? В прошлом она гордилась тем, что с такой легкостью преодолевает одно препятствие за другим. Что стойко стоит на своем, продолжая любить и доказывать свою любовь. Но все чаще она стала ловить себя на мысли, что это всепоглощающее терпение, жажда преодолевать, оставляет гадостный осадок... будто тебя используют. Или это ты идешь на все, чтобы страдать. Чтобы ощутить, как маскирующееся под любовь чувство сдавливает легкие и касается самого сердца. Ведь ты любишь и по-прежнему любима. Или все это иллюзия и пустота... И развеять ее, что разрубить узел - отказаться от ощущения нужности и заполненности.

Машина ворвалась в Петрополис стремительно. Елана любила сидеть рядом с водителем. Проносящаяся картина доставляла наивысшее удовольствие. Жадно выхватывая самые красивые здания и витрины, Елана не замечала ни серости лиц прохожих, ни нависшей над готовящимися к ночной жизни улицами пелены гримасничающих облаков. Она, подобно электрону, на огромной скорости неслась по трассе, теряясь среди сияющих стекол и бетона.

Ей попадались на глаза гуляющие парочки. В какой-то момент Елане показалось, что на одной из улиц влюблены были все. Какие-то уличные артисты давали представление, окруженные толпой зрителей. Ей так хотелось задержаться здесь, послушать, о чем же они поют. Вдруг с ее стороны открылась дверь. Она сначала испугалась, что на полном ходу вывалится. Но машина стояла на месте. Елана не заметила, как Кнут остановил автомобиль, вышел и открыл перед ней дверь машины. Она запищала от радости. Кавалер протянул ей руку. Ухватившись, Елана выпорхнула из машины и, подпрыгивая, побежала вперед к артистам.

– А мы не опоздаем?
– опомнившись, произнесла она.

Кнут помотал головой. Он следил за временем и мог подарить ей еще одну неожиданную минуту радости. Елана пробиралась сквозь толпу поближе к артистам. Кнут стоял неподалеку. Даже на расстоянии он ясно ощущал, что она чувствует, как поет внутри и смеется. Он слышал ее мысли и в них было все, но не было в них Кирилла. На лице появилась незваная ухмылка, которую он смазал, как только из толпы к нему вышла Елана.

– Мы точно не опоздаем?
– радуясь, спросила она.

– Со временем все в порядке. Ты готова ехать?

Елана покружилась на месте и улыбаясь кивнула. Без умолку она болтала до самой Театральной площади. Выступление артистов, крики восторженной толпы - столько эмоций. В какой-то момент она стихла, почувствовав, что стала похожа на радио без рекламы и песен. Совестливо помявшись, она посмотрела на Кнута. Он выглядел счастливым. Во всяком случае, ей очень хотелось в это верить.

– Мне кажется, что ты так хорошо меня чувствуешь и понимаешь, что это как-то противоестественно, - тающим голоском поделилась она.

– Думаю, близкие люди всегда понимают друг друга.

– Наверное, но порой мне тебя так сложно расшифровать.

– Ну, в этом не твоя вина, - Кнут улыбнулся Елане и коснулся ее обнаженного плеча.

Их изумрудная остановилась на перекрестке в паре кварталов от Театральной площади.

– Зачем все это?
– Елана посмотрела на руку Кнута.

Догадавшись, что заставил ее чувствовать себя неловко, он убрал руку.

– Не беспокойся это не ухаживание.

Елана откинула голову на подголовник, продолжая смотреть на Кнута. Она думала о тех днях, когда он еще пытался завоевать ее сердце. Ровным строем они проносились мимо ее глаз. Тогда он был жизнерадостным и полным надежд, как бездонный океан. Он цеплялся за дружбу с Кириллом и всегда светился, когда она была рядом. Тогда он любил ее и не скрывал этого. И когда она выбрала не его - он продолжал хранить Елану в своем сердце. Ей это, конечно же, льстило. Но потом она поняла, что причиняет ему много страданий. Несбыточные надежды, которые она дарила, нужно было развеять. Они остались друзьями, но мужской дружбе пришел конец.