Чтение онлайн

Когда именно это произошло, Елана не смогла вспомнить. Это произошло вдруг, резко. Кнут пропал, исчез из поля зрения. Ушел из института. Многим тогда от этого стало легче, но не ей. Елана чувствовала свою вину. И долго мучилась, считая, что лишила Кнута будущего. И в первый ее кризис с Кириллом появился он - Кнут с жестким взглядом, но ласковый и галантный. Тогда она впервые ощутила присутствие за его спиной чего-то мрачного. Да и он не скрывал этого от нее - просто всего не говорил. Тогда Елана впервые предположила, что разрыв с Кириллом произошел не из-за нее. Но главное - он остался ее другом. После Кнут пропал. На несколько лет. И каждый раз появляясь, он дарил ей частичку своего тепла, украшал для нее жизнь огнями, соперничавшими своим волшебством со звездами на небосклоне.

Они свернули на улицу Глинки. От Мариинского театра их отделял всего один квартал - один перекресток. Ярко освещенная площадь горделиво встречала прибывающих. Елана смотрела вперед как завороженная. Сердце билось в груди словно мотылек, бьющийся о стекло. Елана положила руку на грудь - она так близка к своей мечте. Свет фонарей осветил ее лицо, заставив сверкнуть на глазах восторженные слезинки.

Они остановились на парковке и, не дожидаясь пока Кнут обойдет машину, Елана выпорхнула из нее, поспешив прижаться к нему. Кнут был доволен. Его счастливая спутница светилась улыбкой и едва сдерживала довольный писк. На удивление, но Кнута все это грело.

– Ты готова стать сияющей жемчужиной этого дворца?
– Кнут нежно обнял ее.

– Да-да-да, - шепотом тараторила она. Елана взяла его под руку и попыталась собраться, чтобы не выглядеть нелепой девчонкой.

Мариинский широко распахнул свои двери. Кнут с Еланой прошли по красной дорожке, как и полагалось почетным гостям. Приятным обволакивающим теплом блистательных ценителей встречало двухуровневое фойе. Яркий свет лился отовсюду: с потолка из огромных кристальных люстр, с подсвеченных стен из оникса. Мраморный пол отражал свет и умножал его сияние. Каждый входящий ощущал себя плывущим по волнам из света. Елана оглянулась: стеклянный фасад здания манил к себе взгляд, захватывая дух каждого, кто впервые попадал сюда. Он был огромен и легок одновременно. Елана растворялась - свет поглощал ее. Она ощущала дыхание здания, его вибрацию и ее сердце начинало биться в унисон с сердцем дворца.

Кнут повел Елану в зрительный зал - близилось начало представления. По пути в ложу Елана разглядывала отделку и убранство театра. Она поражалась с какой роскошью и трепетным отношением все было сделано. Елана попыталась даже найти изъян в светильнике на стене, но все в нем было безупречно. Сделанный на совесть и столь же аккуратно закрепленный на стене он переливался светом, роняя преломляющиеся лучи на лицо Еланы. Ей хотелось взлететь, стать неосязаемой и летать по коридорам, проникая сквозь стены, потолки. Она обернулась и увидела довольную ухмылку Кнута. Он действительно был доволен. Через несколько метров они вошли в дверь на бельэтаж в Буковый зал, названный так из-за цвета и присутствия в отделке облицовочных панелей из этого дерева. Елана хотела закричать от удовольствия, но сдержалась. Она как дитя вертелась в кресле и смотрела по сторонам. Кнут достал электронный девайс. На его экране светилось сообщение от неизвестного абонента: «Павел выехал. Скоро будет». Прочитав сообщение, Кнут удалил его. Отряды химбатов приближались к водоочистной стации. Кнут улыбнулся, увидев, что Елана смотрит на него.

– Не волнуйся, моя работа не отвлечет нас от представления, - Кнут показал ей экран прибора и нажал на кнопку.
– Видишь? Выключил. Не люблю смешивать работу и отдых, но ей плевать на него.

В мыслях Еланы не было претензий, но она была рада услышать эти слова от друга. Хотя, что-то ей подсказывало, что Кнут не жалует оперу. Уж слишком сосредоточенный вид говорил о том, что он равнодушен к этому высококультурному мероприятию. Но сегодняшний вечер должен быть просто идеальным и незачем разрушать его думами непонятного характера. В конце концов, Кнут дарил это представление ей, а, значит, все замечательно. Зал наполнился неспешными зрителями, предвкушающими зрелище. Погас свет, Елана затаила дыхание. Лишь глухой стук сердца заполнял обрушившуюся тишину.

Кнут вслушивался в биение сердца Еланы. Он смотрел на нее, немного повернув голову. Ему нравилось, как она выглядит. Ее волосы с вплетенным украшением казались такими необычными и притягательными. Он улыбнулся мыслям: как мало красивого он видел так близко, что можно прикоснуться и сжать в руках. Да так сильно, что можно навредить. Кнут закрывал глаза и чувствовал, как трепетно стучит сердце единственного человека, которому он когда-то готов был отдать свое. Чтобы немного отвлечься, Кнут перевел думы на соседей по ложе.

Он читал их и чувствовал их эмоции. Рядом с ним сидела состоятельная пара лет 38-40. Они были частыми гостями в Мариинском, но ходили сюда только из-за его статуса. Им было наплевать на происходящее на сцене. Больше их интересовало, что происходит в ложах: кто в них сидит и во что одет. Где-то среди гостей был тот, ради кого они пришли сюда, ради кого показывали свои возможности. Позади них сидела пожилая пара: мужчине было лет 60, женщина, по-видимому, была его ровесницей, но на вид старше. Они не были столь уж богаты, чтобы позволить себе поход в такое дорогое место. Но копили деньги и с удовольствием готовились к такому большому событию. Они даже покупали наряды перед посещением представлений. Они наслаждались происходящим на сцене и ловили каждый звук и жест артистов. Кнут понурил голову. Мысли состоятельной парочки вызывали у него отвращение. Они обсуждали всех, кто попадался им на глаза. Устав от этого, Кнут вернулся к Елане.

Он смотрел на нее и ему абсолютно не хотелось знать, о чем она думает. По ее лицу было видно, как ей хорошо и что она наслаждается каждым мгновением присутствия здесь. Кнут закрыл глаза. Он слушал пение и заглушал свои собственные мысли. Елана была права в своих догадках, что Кнут не любит оперу, но он ценил ее силу в способности заглушить его разум тогда, когда у него нет на это сил. Здесь он отдыхал и наслаждался. Не без удовольствия закрывая глаза, он отключался от потока бесконечной информации, перегружающей мозг. Словно в постели с оперой, где чистый человеческий голос, исполненный силы, пронизывал его насквозь.

Время в опере пролетело очень быстро. Единственный антракт на радость Еланы пролетел незаметно и представление, которое разыгрывалось у нее перед глазами, с новой силой обрушилось на нее. Время скоротечно. Представление завершилось. Елана была в восторге: она пересказывала понравившиеся моменты, то и дело, хватая Кнута за руку. Опера наяву отличалась от того, что рисовал ее мозг после просмотров десятков записей. Пока Елана благоговейно рассказывала о прекрасных часах, Кнут включил экран монитора своего девайса. И получил следующее сообщение: «Мама рада твоему приезду и надеется, что ты останешься надолго» - отряды химбатов вышли на расчетные позиции и ждут, когда им откроют двери. Кнут взял Елану за руку и направился к выходу.

– Я очень рад, что тебе понравилось.

Они вышли на улицу. Холодный воздух ревниво щипал за кожу. Елана заерзала, но спасительное пальто Кнута бережно накрыло ее.

– А как же ты?
– посмотрела она благодарным взглядом.

– Этот холод для меня не страшен, - уверенно сказал Кнут и повел ее к машине.

На радость Еланы в салоне было уже тепло. Кнут предусмотрительно включил двигатель за несколько минут до выхода из оперы. Положив на заднее сиденье пальто, Елана с улыбкой встретила садящегося в машину Кнута.

– Этот вечер надолго мне запомнится, - смакуя представление, произнесла она.

– О чем ты?
– удивленно посмотрел Кнут.
– Он еще не закончился.

– Как?
– улыбнулась Елена.

Она была уже готова снять туфли и в расслабленном состоянии провести обратный путь до дома.

– Сейчас мы поедем в самое необычное место в Петрополисе, - Кнут нажал на педаль и начал разворачиваться.

– Куда же?

– Скоро ты сама все увидишь, - улыбался Кнут.
– Маленькая подсказка: сейчас там жарко и светло.