Чтение онлайн

Когда Алёна прочитала исковерканные буквы, глаза ее наполнились ужасом, а рот скривился от омерзения. Вот значит, Сонечка, какой секрет ты скрывала. Вслед за ужасом пришло понимание того, какой козырь оказался в руках Алёны. Алые губы злорадно ухмыльнулись, а коварный план сформировался в мстительном мозгу. Дима наверняка и сам понял, с какой заразной шлюхой чуть не связался. Но Алёна хотела обезопасить свои позиции со всех сторон. Сделать жизнь этой мрази невыносимой.

Но сейчас, покидая крохотный офис старикашки, Алёна почувствовала, как глаза наполнились жгучими слезами, а под ладонью бешено билось сердце, в которое так метко и остро кольнул этот старый человек.

Грохот музыки сотрясал стены клуба «Exchange LA». Извивающиеся на танцполе тела отбрасывали причудливые тени на стеклянном полу. Тонкие лазерные лучи выхватывали взбудораженные лица и пьяные улыбки отдыхающих. Была субботняя ночь, а значит сегодня ожидается адовая прокачка клуба.

Соня прижала пальцы к пульсирующим вискам. Пару коротких вдох-выдохов, и вновь на ее лице приветливая улыбка, встречающая ВИП-гостей на третьем этаже клуба.

— Добро пожаловать. Мы вас очень ждали, мистер Мэтью… Конечно, Мэри с удовольствием станцует ваш любимый танец…

— Мадам О’Райли, позвольте вашу накидку… Сегодня Федоро специально для вас готовит рагу из лобстеров с трюфелями…

— Рады видеть вас, мсье Боссэ… Говорят, в Париже нынче дождливо…

И так каждый вечер, каждый долбанный вечер последних трех месяцев! Милая улыбка, от которой болят челюсти. Подобострастное приветствие, от которой к горлу подхлёстывает горечь. Огромные разносы, полные деликатесов, от которых ноют мышцы рук, ног, спины. Да все тело ноет и болит, черт побери! Блаженные короткие часы отдыха, которые позволяла себе Соня в перерывах между сменами и перебежками между клубом и кофейней, где она работала официанткой, не давали полноценного релакса. Сил становилось все меньше, нервы становились все натянутей, и все чаще и чаще Соня впадала в отчаяние.

После многочисленных отказов в офисах, Соне пришлось пройтись по объявлениям на должность официанта, бармена и даже посудомойки. Клуб, в котором сейчас работала Соня, платил чуть больше остальных. Не зря это был один из самых дорогих клубов города. А кофейня, в которой подрабатывала Соня — ближайшая к каморке, которую она арендовала на пару с коллегой. Все деньги уходили на аренду, налоги, страховку. Оставались жалкие копейки, которых едва хватало на еду.

Иногда в усталом мозгу пролетала идея купить билет и вернуться на родину, к отцу. Но, во-первых, не хватало денег. В жаркий сезон авиакомпании устанавливали баснословные цены на перелеты даже в ближайший город. А во-вторых, сразу по приезду в Лос-Анджелес Соня удалила номер отца и поклялась себе вычеркнуть его из жизни. И сейчас, даже при желании, Соня не смогла бы вернуться. Отец продал квартиру, поменял номер телефона, и между ними не осталось ни одного общего знакомого, кто мог бы подсказать его нынешнее местонахождение.

— Третья кабинка, — пропищало в наушнике, и Соня очнулась. «Завтра сделаю себе выходной», в который раз пообещала она себе, хотя знала, что это неосуществимо.

В кожаных креслах ВИП-комнаты развалились мужчины. Дорогие костюмы, золотые запонки, кубинские сигары с этикеткой из настоящего золота. Эти люди могли позволить себе выбрасывать тысячи долларов за одну хорошую гулянку.

— Добрый вечер, — поприветствовала их Соня, но на нее никто не глянул. Слишком мелкая сошка. Слишком бледное лицо. Слишком худое тело под формой. Но Соня тому только порадовалась и молча раздала гостям планшеты.

— О, а вот и Дмитрий! — вскочил один из гостей.

Очень много людей с таким именем, но почему-то именно в эту секунду сердце Сони пропустило стук. А затем пустилось в бешеную скачку, когда она узнала низкий грубоватый тон:

— Заждались?

«Это чудовище испоганило тебе жизнь и использовало твою гордость вместо писсуара!», кричал разум, а тело предательски вздрогнуло от одного слова.

Соня повернулась к двери и увидела его. Самого ненавистного мужчину! Белоснежная рубашка облепила широкую грудь и мощные плечи, сильные темные руки в карманах, а взгляд, тот же острый и изучающий золотистый взгляд, прошелся по присутствующим и безразлично скользнул по Соне.

Он ее не узнал!

Дима вальяжно расположился в кресле, вытащил сигареты и бросил, не глядя на Соню:

— Виски. Неразбавленный.

На обратной дороге Соня еле сдерживала порыв плюнуть в бокал с виски. Но Соня была слишком порядочна для такой подлости. Лучше она плюнет Диме в лицо еще раз, как сделала это в больнице!

Веселье в комнате уже началось. Мужчины успели достаточно выпить, чтобы пускать похабные шутки, и выбирали девочек для приват-танца из каталога.

— Дима, тебе какая больше по нраву? Рыжая или темненькая? — спросил Боссэ, которого недавно приветствовала Соня.

— На твой вкус, — бросил Дима, не заглядывая в каталог. — Лишь бы не светленькая.

Против воли в голове Соне колокольчиком прозвенел мстительный смешок при комментарии Димы. Тот курил сигарету, и безразлично водил взглядом по комнате. Когда Соне подала ему бокал с напитком, его ноздри чуть расширились, а взгляд замер на руке Сони.

— Ваш виски, Дмитрий Алексеевич.

Мужчина медленно поднял голову и посмотрел Соне прямо в глаза. Совсем не изменился. Леденящее ощущение страха окутало Соню, когда глаза мужчины потемнели, а лицо окаменело.

— Прекратите сжимать челюсти, зубы раскрошатся, — прошептала Соня и вышла из кабины.

Но если она думала, что Дима обладает хоть каплей терпения, то ошиблась. Он вылетел из кабины следом за Соней. Она не успела отреагировать, как Дима схватил ее за локотки и развернул к себе.

— Так-так, кого я вижу? Софья Антоновна, собственной персоной.

— Добрый вечер, Дмитрий Алексеевич, — церемонно поздоровалась Соня и попыталась вырваться из хватки, но Дима без труда удерживал ее. — А ведь не сразу признали меня.

— Это из-за дурацкой прически, — Дима глянул на стянутые в тугой пучок волосы.

— Наверно мне стоит отрезать волосы под корень, чтобы вы вообще перестали меня узнавать.

— У тебя слишком большая голова для короткой стрижки, в которой слишком много острот.

— А вы не изменились, — процедила Соня. Против воли вновь обвела взглядом грубые вытесанные черты мужского лица, и заметила мелкие золотистые веснушки на скулах Димы.

— Каким ветром задуло сюда? — Дима вскинул брови.

— Уж точно не попутным. Да отпустите же вы меня! — пропыхтела Соня, пытаясь отдалиться от Димы хотя бы еще на пару сантиметров. Но тот и не думал ее отпускать. Его изучающий взгляд отметил круги под глазами Сони, впалые щеки и некоторую утомленность и настороженность, такую непривычную в голубизне глаз девушки, которые раньше горели ярким водным пламенем.

— Выглядишь неважно, — пробормотал Дима.

— Давно мне не дарили таких комплиментов. А ведь совсем не трудно быть любезным? — ехидно спросила Соня.