Первая греза цветущего лета
Шрифт:
Алекс понятия не имел, откуда матушка догадалась о Вороне. Видела, как он вошел в комнату? Вряд ли. Неужели ее шпионы лучше его собственных? Не говоря уже о братовых.
– Я ему и не доверяю, – ответил Александр. – Но злобного пса лучше держать на привязи, не так ли? Я безумно устал, матушка. Лучше продолжить нашу беседу завтра.
– Как скажешь, дорогой.
Изабелла коснулась губами его лба и направилась в свои покои, а Алекс остановился на минуту, дожидаясь, пока шаги матушки стихнут, и затем прошел-таки в спальню. Магию Ворона он чувствовал. Тот здесь.
– Ваше величество, – поклонился ему маг.
– Какие новости? – спросил Александр. – Где мой брат?
– Я не смог проникнуть на территорию академии, – ответил Ворон. – Там сильная защита от темной магии.
– Тебя ли я слышу? Не смог проникнуть? Или не захотел? – ядовито поинтересовался Алекс. – Ты стал слабеть, Ворон! Если станешь бесполезен, я не вижу смысла сохранять тебе жизнь.
Маг молча смотрел на него. Александр подумал о том, что этот час уже недалек. Как только он расправится с врагами и проведет чистку среди придворных, можно приказать магу, и он покончит с собой, таким образом расторгнув договор. И все же еще есть время до этого момента.
– Ты сегодня был бесполезен, – недовольно сказал король. – Завтра, надеюсь, исправишь эту оплошность. Казнь состоится в полдень. Я хочу, чтобы к утру весь город знал об этом. Как ты этого добьешься, меня не касается. Ференц точно явится на казнь. Если он придет не один, возьми на себя его окружение, а брата оставь мне. Щадить никого не надо, пусть умрут все, кто рискнул выступить против меня. Приказ ясен?
– Да, – показалось, что Ворон едва не заскрежетал зубами.
– Тогда ступай работать. А я, пожалуй, воспользуюсь советом матушки и отдохну. Чтобы в одиннадцать был здесь.
Маг растворился в тени, а Алекс позвал прислугу. Ему помогли переодеться ко сну, и новый король Лиммера лег в постель. У него оставалось не так много времени на сон, а завтра нужно быть собранным. Впрочем, сюрпризы для брата Александр давно продумал. И даже не будет препятствовать возвращению Франа в город, если он действительно бежал. Зрелище на площади будет куда более занимательным, чем тот может рассчитывать.
Алекс уже засыпал, когда в его двери постучали.
– Кто там? – рявкнул он.
– Ваше величество. – Слуга, появившийся на пороге, низко поклонился. – К вам тей Хоррорт со срочным донесением.
– Пусть войдет.
Глава тайной службы короля не приходит просто так, это Алекс понимал предельно ясно. Поэтому и позволил тому войти, даже не потрудвишись подняться с постели.
– Прошу прощения, что потревожил вас, ваше величество, – угрюмо проговорил Хоррорт, давно купленный Александром, но такой бесполезный! – Сегодня днем заключенный Артур Донтон бежал из тюрьмы.
– Днем? – Король повернул голову, глядя на тьму за окном. – Вам не кажется, что вы опоздали с докладом, тей Хоррорт?
– Прошу простить. – Тот отвел взгляд. – Мы бросили все силы, чтобы его найти, но он как сквозь землю провалился.
– Сначала об этом должен был узнать я. Да, Донтона сложно назвать опасным, но и недооценивать его нельзя.
– И еще… Он сказал, что письма, найденные в его доме, предназначались вам.
– И об этом я тоже не должен был узнать? – Александр буквально вскипел. – Донтон должен был стать приманкой для моего брата. И кто теперь ею станет? Вы?
– Ваше величество…
– Стража!
Спальня короля тут же наполнилась охраной.
– Арестовать, – приказал Алекс. – И казнить вместе с заговорщиками. Вон!
Хоррорт попытался обороняться, но один против десяти – заведомо проигрышный вариант. Его вывели из спальни, а Александр откинулся на подушки и закрыл глаза. Значит, Донтон бежал. Не сказать, чтобы короля это слишком удивило. Из всех соратников Франа именно Артура Алекс считал самым опасным. Именно его хотел бы удержать под замком, потому что Ференц прям и честен в своих действиях, а Арт… Арт тот еще угорь!
Но случилось так, как случилось. Впрочем, с Донтоном или без, а Ференц завтра умрет. На это все и закончится. Сейчас же Алекс повертелся, устраиваясь. Последней мыслью было то, что Хоррорта все равно пришлось бы убрать, а Донтон дал для этого хорошую причину. И на том спасибо…
Проснулся его величество в прекрасном настроении. За окнами светило яркое солнце, его больше никто не будил, значит, брат не совершал безрассудных попыток вернуть себе власть. И из этого следовало, что Ференц заглотил наживку. Он появится там, где его ожидают. Что ж, пусть смотрит, как снова умирают его соратники.
Алекс терпеливо дождался, пока прислуга поможет ему умыться и одеться. Для этого дня он выбрал белоснежные одежды, расшитые золотом. Жители Лиммера должны видеть в нем избавителя, а не тирана. И для этого важна картинка. Видимость. Алекс хорошо умел создавать подобные картинки, вот и сейчас повертелся перед зеркалом, улыбаясь собственному отражению. Он точно походил на создание Лимы. Алексом будут любоваться, за ним пойдут, особенно на фоне не самого доброжелательного Ференца. Фран многое потерял, не стараясь очаровать свой народ. Самое главное – поддержку этого самого народа.
После Алекс позавтракал со своим новым ближним кругом: теми, кто пока что был нужен. Первые дни покажут, насколько. И все же его группа поддержки должна оставаться внушительной и думать, что может повлиять хотя бы на что-то. Его уже спрашивали, когда начнется война с Илондом. И спрашивали не раз. Александр представлял себе разочарование особо воинствующих, когда они поймут, что никакой войны не будет. Но момент истины стоило отложить на некоторое время, пока самые рьяные не окажутся или под замком, или на том свете.
За завтраком Алекс был мил, много улыбался, излучал солнечное спокойствие. До казни оставалось всего два часа, поэтому он переговорил с явившимися на прием министрами, пригласил их проследовать за ним на площадь, удивляясь, что от Ворона нет новостей.
Темный маг появился в начале одиннадцатого. Он был бледен – впрочем, как и всегда – и смотрел на Алекса так, будто тот уже кого-то убил. Что-то не так…
– Какие новости? – спросил король.
– Я распространил новости о казни, как вы и велели, – ответил маг. – Если ваш брат в городе, он обязательно услышит об этом.