Чтение онлайн

Поппи нахмурилась, пока не поняла:

— Он создал Вознесённых… первых Вознесённых?

— И Ревенантов, — подтвердил Киерен. — Он может питаться ими…

— Чтобы вернуть себе более физическую форму, — догадалась она и быстро извинилась за то, что перебила.

Киерен слабо улыбнулся:

— Всё в порядке.

Мысли Поппи тут же обратились к сестре. Если Колис может питаться Ревенантами, Миллицент в опасности, даже если она не похожа на остальных.

— Где Миллицент?

Киерен открыл рот, но закрыл его, не ответив сразу:

— Не знаю.

— Что значит «не знаю»? — напряжение сжало мышцы шеи, и Поппи начала мерить шагами комнату. — Кастил говорил, что она здесь. Что навещала меня, пока я была в стазисе.

— Так и было, — проследил за её движениями Киерен. — Но сейчас мы не знаем, где она.

Поппи остановилась, обхватив живот рукой, и уставилась на трещину в стене:

— Думаешь, она ушла?

— Не знаю, Поппи, — тихо ответил Киерен.

Поппи задумалась: а что, если Миллицент действительно ушла? Она вспомнила, как сестра сбежала после того, как Поппи убила их мать… но ведь потом Миллицент приходила к ней, когда та спала. Это должно что-то значить.

— Сколько Вознесённых уже убито? — спросила она.

— Было несколько случаев, всего двадцать, — ответил Киерен.

— Боги… — выдохнула Поппи.

Киерен прищурился:

— Твоя вадентия не подсказывает, сколько жертв нужно, чтобы Колис перестал быть призраком?

Поппи задумалась, ощутив неприятное покалывание в затылке.

— Их полностью обескровили?

— Да, — подтвердил Киерен и сделал глоток воды.

— Думаю, точного числа никто не знает, — медленно произнесла она. — Но чувствую, что их нужно не так уж много.

— Значит, возможно, он уже обрел физическую форму, — Киерен провёл пальцами по подбородку. — Мы выставили стражу у Храма Теней.

Это имело смысл — там почитали Первозданного Смерти, хотя само поклонение смерти казалось неправильным.

— Откуда вы узнали, что Колис может питаться ими?

— Аттес сказал, — ответил Киерен.

Имя Первозданного вызвало у Поппи странную смесь тепла и грусти, хотя она прежде о нём не слышала.

— Он говорил, насколько стар?

— Стар, — Киерен поставил стакан и опёрся локтем на подлокотник. — Старее него только Колис и Нектас.

— Невероятно… — пробормотала Поппи.

Она задумалась, перебирая пальцами пуговицы на халате:

— Тогда он должен быть Первозданным богом какого-то Двора.

— Если бы это так, мы знали бы его имя, — заметил Киерен.

Но Поппи снова почувствовала то странное покалывание. Если Аттес действительно столь древний, значит, он один из первых рождённых, а не созданных Первозданных. Он должен был править…

— Вати, — прошептала она, назвав Двор богов Войны и Мира.

Киерен замер, удивлённый не меньше её.

— Первозданный бог Войны и Согласия, — уточнила Поппи.

Киерен моргнул:

— Сетти…

— Это имя вэллама Аттеса — воплощения его воли, его сути. Каждый Первозданный, управляющий Двором, может призывать своего кровавого скакуна. Сетти был таким для Аттеса, — пояснила Поппи, сама удивляясь, откуда ей известно это слово.

Киерен смотрел на неё с лёгким изумлением:

— Странно, что ты всё это знаешь. Даже не знаю, что думать.

— Но как это возможно? — спросил он. — Разве что Лайла и Теон — выдумка.

— Нет, они реальны, — тихо ответила Поппи, подходя ближе. — Единственное объяснение — Аттес отказался от трона и передал его Теону.

Киерен присвистнул:

— Он упоминал, что провёл последние несколько сотен лет в стазисе.

Поппи инстинктивно почувствовала, что для Первозданных это необходимо, чтобы не сойти с ума, и, вероятно, когда-то им самим придётся на это решиться. Мысль об этом была пугающей. Но главное — Дворы не отдают просто так.

— Значит, он собирался пробыть в стазисе так долго, что не мог править, — заключила она.

— Возможно, — согласился Киерен.

Поппи размышляет, что же могло заставить Аттеса отказаться от трона и ради неё перенести боль крови дракенов — ведь для Первозданного это крайне необычно. Она качает головой и переводит взгляд на дверь.

— Кастил когда-нибудь говорил, почему назвал коня именно так? — спрашивает она.

— Из-за эго, — усмехается Киерен. — Только Кас мог назвать лошадь в честь скакуна Первозданного Бога Войны.

На вопрос о том, как Кастил нашёл Сетти, Киерен отвечает, что это произошло лет пятнадцать-двадцать назад. Поппи удивляется, ведь атлантийские лошади и правда живут дольше обычных и значительно крупнее. Киерен рассказывает, что Сетти — сириан, редкая порода, о которой ходят слухи, будто она родом из Илисеума и может прожить многие десятилетия. Когда-то он был частью табуна Элиана — предка Кастила, сыгравшего ключевую роль в истории Атлантии.

Киерен вспоминает, как они вместе с Валином и Касом приехали на поместье Элиана. Молодой Сетти стоял один в поле, жадно щипал траву и, завидев их, сразу пошёл следом, чем тогда сильно нервировал Делано.

Поппи обдумывает услышанное: Сетти был именем вэллама Аттеса — воплощения его воли, и это порождает вопросы. Если Кастил нашёл жеребёнка совсем юным, как он может быть кровавым скакуном Аттеса? Мысль кажется нелепой, но сомнения не уходят.

Она старается сосредоточиться на событиях в Люксе. Поппи вспоминает, что Вознесённые могут долго не питаться, хотя не так долго, как атлантийцы.

— Никто из них не впал в кровавое безумие? — спрашивает она.

— У них были запасы крови, — с явным отвращением отвечает Киерен.

Эта мысль вызывает у Поппи неприятные ассоциации с братом Яном, хотя в последней встрече он не казался опасным. Киерен добавляет, что пока ни одного Вознесённого не уничтожили: Кас решил подождать её пробуждения, считая неправильным принять решение без неё. Это трогает Поппи — его уважение к её мнению значит для неё очень много.

Затем Киерен замечает, что в одном из домов запаса крови не было, что шокирует Поппи: возможно ли, что Вознесённые могут выжить без питания? Киерен признаётся, что никогда о таком не слышал.

В конце он мягко спрашивает, как она справляется после всего, что произошло, намекая не только на события в Континентах. Поппи отвечает, что о встрече с Колисом почти ничего не помнит — лишь смутные ощущения — и, возможно, это даже к лучшему. Киерен только вздыхает: всё равно это должно сильно давить на её психику.

Поппи отвела взгляд к окну, слегка прикусив губу клыком.

— Я об этом особо не думала, — призналась она.

Киерен хотел что-то сказать, но они оба одновременно почувствовали присутствие Кастила. Киерен поднялся, открыл дверь — в коридоре никого.