Чтение онлайн

— Конечно. — Эмиль уже собирался уйти, но остановился. Его плечи напряглись, когда он повернулся ко мне. — Ты сделала достаточно, Поппи.

— Нет. — Стоило лишь оглядеться, чтобы понять, сколько ещё вокруг боли и разрушений.

— Сделала, — его голос стал мягче, когда он подошёл ближе. — Ты еле держишься. Тебе нужно отдохнуть.

Отдохнуть?

Как можно отдыхать, когда столько людей ранено? Я — королева. Я не имею права отдыхать, пока другие страдают. И как отдыхать, если тишина и покой означают лишь одно — время. Время думать о том, почему всё это случилось и что значит. Если нападение на Лоуттаун было всего лишь приманкой, чтобы выманить одного или нескольких Первородных богов, то придётся признать: приманка сработала. Придётся думать о том, что произошло в Стоунхилле, о маленьких руках, сжимавших ножи за ужином.

Придётся вспомнить шёпот грула:

Со’лис, скоро мы увидимся.

Моя душа.

И мне пришлось бы думать о прошлой ночи — о том, как я стояла у окна. Воспоминания всё ещё были размыты, но я догадывалась, почему оказалась там. Почему задала Кастиэлу тот вопрос. Каким-то образом я знала, что он наблюдает, и что нападение на Лоуттаун — не просто ловушка, а ответ.

Реакция.

И, что хуже всего, отдых дал бы тем зёрнам страха, что пустили корни в самой глубине меня, время прорасти. Доказал бы, что моя главная боязнь уже не в том, что я потеряю себя в ярости и не смогу удержать силу.

Потому что Колис сотворил всё это всего за один день — одной лишь волей.

И это пугало до дрожи.

Так что нет.

Я не могла отдыхать.

— Я в порядке, — сказала я, открывая глаза и глядя на трещину в балках. — Обещаю.

Эмиль тяжело вздохнул, и волны его сомнения почти ощутимо коснулись меня.

— Пожалуйста, пожалей себя, Поппи. Мы только что вернули тебя.

Я резко взглянула на него. Он уже уходил, чтобы начать перевозить тех, кто может идти, и почему-то его слова заставили меня почти заплакать.

Покачав головой, я снова сосредоточилась на раненом. Что там с этими повязками?

— Он прав, — сказала Хиса. — Ты вымотана. Я вижу.

Я чувствую, — добавил Делано.

— Я в порядке, — ответила я, осторожно снимая слой за слоем.

Делано недовольно фыркнул и плюхнулся рядом, пока я разглядывала мужчину. Лет тридцати — сорока, кожа смуглая, обветренная солнцем. Только вокруг рта она побелела от боли. Работа на доках ломает спины и почти не приносит денег. Такие мужчины редко живут долго.

Понадобилось несколько секунд, чтобы понять, почему столько бинтов. Что-то торчало из его живота. Я глубоко вдохнула, готовясь, и сняла последние, полностью пропитанные кровью полотнища.

— Святые боги… — выдохнула Хиса.

Из розовой, мясистой раны торчала доска.

О, боги.

Я быстро подняла взгляд, сдерживая тошноту и глухую ярость, нарастающую с каждым открытым увечьем.

— Всё хорошо, — прохрипел хриплый голос.

Я вздрогнула и посмотрела вниз: глаза мужчины приоткрылись.

— Я… знаю, всё плохо, — выдавил он, и из уголка рта потекла кровь. Грудь поднималась всё медленнее. — Есть другие… кому нужно… ваше прикосновение.

Сглотнув ком в горле, я отложила окровавленные ткани. Он чувствовал то, что и я: смерть близка.

— Как твоё имя?

— Харлен, — хрипло сказал он, и новая струйка крови скользнула по губам. — Скажи… скажи моей жене… и сыну, что я… прости их.

— За что?

— За то, что… не вернусь домой, — он дрогнул. — И… что люблю их. Пожалуйста.

Я вдохнула, ноздри жгло.

— Как их зовут?

— Тамсин, — выдохнул он. — И… Корвин.

— Тебе не нужно просить меня передавать это, — сказала я, кладя руки над раной. — Ты сам им скажешь.

Уголок его глаза блеснул слезой.

— Но…

— Шшш, — мягко прервала я, зная, что ему лучше уснуть. Я призвала сущность, и она наполнила мой голос: — Закрой глаза, Харлен, и спи.

— Ты только что использовала внушение? — удивилась Хиса.

Я и сама удивилась.

Внушение сработало удивительно быстро: веки Харлена опустились, челюсть расслабилась.

— Пришлось. Боль могла бы убить его раньше, чем я успею что-то сделать, — объяснила я. — Нужно вынуть дерево. Справишься?

— Да, — Хиса обошла Делано, броня тихо скрипнула, и она встала напротив меня, ухватив обломок. — Скажи, когда готова.

Я глубоко вдохнула, очистила разум и призвала сущность. Она вспыхнула слабым светом, сердце дрогнуло — и сила хлынула по венам.

— Сейчас.

Влажный, чавкающий звук и последовавшее за ним липкое шлёпанье выворачивали желудок.

Звук, который я никогда не хочу слышать снова.

Этер запульсировал во мне, перетекая в тело Харлена. Раздался ещё один мерзкий звук — будто сырое мясо скользит по мокрой поверхности, — когда его плоть начала срастаться. Боги, как же я хотела не слышать этого. Я заставила себя отрешиться.

На исцеление ушло несколько минут — рана была слишком тяжёлой. Когда дыхание Харлена выровнялось и на месте зияющей раны появилась новая розовая кожа, мои руки дрожали. Я посмотрела на его лицо — на нём больше не было судорожной боли.

— Достаточно, — сказала Хиса, выпрямляясь и вытирая руки полотнищем, которое подал ей Кастиэл.

Я подняла взгляд — и дыхание перехватило. В его взгляде была сталь — резкая, неотвратимая, как лезвие.

Сухо сглотнув, я встала.

— Здесь ещё есть раненые.

Кастиэл сделал шаг вперёд.

— Ответь мне, моя королева.

Я отступила на шаг, Делано поднял голову.

Кастиэл вернул утраченное расстояние.

— Зачем ты показывала Кирану, как исцелять, если продолжаешь всё делать сама?

Я снова отступила.

— Здесь ещё так много…

— Я не закончил.

Я резко сомкнула губы, остро ощущая взгляды со всех сторон.

За его зрачками мерцал этер.

— Несмотря на то что ты почти теряешь сознание?

Я вскинула подбородок и сцепила руки за спиной, надеясь, что они перестанут дрожать.

— Ты уже закончил?

Его напряжённая улыбка была предупреждением.

— Я вовсе не на грани обморока, — возразила я.

— Мы оба знаем, что это не так, — Кастиэл перевёл взгляд на вольфена. — Верно, Делано?

Тот кивнул своей огромной, предательской головой.