Чтение онлайн

Я медленно перевела взгляд на Кастила.

Я покачала головой. Если он не знал, что сказать, то что уж говорить обо мне.

— Эм… спасибо? — выдохнула я и тут же скривилась. Ещё раз мотнула головой и взяла себя в руки. — Простите, но почему для вас честь встретиться с нами?

Тёмные кудри упали на плечи, прикрытые простым свитером, когда Возвышенная подняла голову.

— Мы хоть и Возвышенные, но вы — богиня. Это честь, — она сделала паузу. — Особенно потому, что никто из нас не думал, что когда-нибудь увидит божество.

Несколько человек кивнули.

В принципе, это имело смысл.

— Можете подняться, — спокойно произнёс Кастил, и Возвышенные послушно встали.

Они выстроились перед нами в тишине. Наконец снова заговорила Мира, прижимая книгу к животу:

— Спасибо, что пришли. Мы хотели поблагодарить вас.

— Всех вас, — добавил темноволосый Регис с оливковой кожей, лишённой привычного золотистого тепла.

Я напряглась.

— За что?

— За то, что вы взяли столицу, — ответил он.

— И убили Кровавую Королеву? — уточнил Кастил.

— Особенно за это, — кивнула Райна.

Мои брови поползли вверх.

— Вы… рады этому?

— Да, — поспешно подтвердил Эверетт. — Очень.

Я была готова упасть, если бы в зал ворвался даже лёгкий сквозняк. Лишь спустя несколько мгновений я собралась.

— Мира, расскажите, почему это вас не тревожит?

Она взглянула на Малика, и тот кивнул. Женщина казалась такой же нервной, как Хеленея ранее.

— Когда-то меня бы опечалила её смерть — нас всех, — наконец сказала она. Несколько человек молча согласились. — Но это было до того, как мы узнали правду о Благословении. До того, как поняли, что нас обманули.

— И когда именно вы пришли к такому выводу? — спросил Кастил, скрестив руки.

— Никто из тех, кого отдавали на Обряды — ни вторые, ни третьи сыновья и дочери, — не знает правды, — напомнила я. — Они узнают только после.

— О, я в курсе, — ответил он.

— Хотела бы сказать, что мы поняли это в саму ночь Обряда, — произнесла Мира, переводя взгляд на остальных, — что мы были достаточно умны, чтобы осознать обман, когда ни один бог не явился к нам.

Горькая улыбка искривила губы Региса, когда он подхватил рассказ:

— Вместо этого нас встретили лишь смятение, боль и смерть. И… вот это. — Он развёл руки. — Жизнь, где единственное солнце, которое мы видим, — то, что я нарисовал.

Я посмотрела на одно из нарисованных окон: за ветвями дуба сияло яркое солнце.

— Вам не сказали, что с вами будет? — спросил Делано.

Райна покачала головой.

— Нам почти ничего не объясняли.

— Казалось бы, отсутствие богов — уже достаточно, — сухо заметил Кастил. — Этого бы хватило, чтобы понять, что вас обманывают.

— Вы правы, — признал Уэсли — светловолосый Возвышенный, выглядевший самым молодым, лет восемнадцати, когда его Возвысили. — Мы должны были прислушаться к подозрениям, но… — Он нахмурился. — Но если честно…

— Это было бы неплохо, — вставил Кастил.

Уэсли опустил чёрные глаза.

— Мы были трусами, Ваше Величество.

На губах Кастила появилась едва заметная тень улыбки. Я шагнула вперёд.

— Сколько тебе было на Обряде?

— Девятнадцать, Ваше Величество.

Подтверждая собственные догадки, я резко вдохнула.

— Ты не был трусом, Уэсли. Ты был слишком молод.

— Я был в вашем возрасте, Ваше Величество, — он поднял голову. — Вы тоже молоды, но смогли принять правду.

— Мне помогали, — ответила я, чувствуя взгляд Кастила. — Когда вы все поняли, что вас обманули?

— Мелкие несостыковки копились одна за другой, — сказал Регис, встречаясь со мной взглядом. — Постепенно стало ясно, что всё, что нам рассказывали о Возвышенных, — ложь. Например, то, что мы не ходим под солнцем. Нам говорили, что это из уважения к богам, но вскоре стало ясно: причина не в этом. Были и другие вещи, о которых нас не предупредили…

— Например? — перебил Кастил.

— Жажда крови, — тихо сказал Эверетт, сглотнув. — Нам не сказали, что мы будем… питаться. — Голос его дрогнул, кожа вокруг бледно-розовых губ натянулась. — И про голод, который с этим приходит, тоже.

Это правда, напомнила я Кастилу через нотам. Он не ответил, лишь холодно обвёл взглядом Возвышенных.

— Было… тяжело признать, что нас превратили в, — блондинистая Райна опустила голову, волосы скользнули по плечам, — в нечто пугающе похожее на чудовищ, которых мы всю жизнь боялись.

— В Кревенов, — предположила я.

Она коротко кивнула, закрыв глаза.

— Но мы совсем не похожи на тех, кто нас забрал.

В её лице было столько печали, что мне почти отчаянно хотелось поверить. Я перевела взгляд на другого Возвышенного, тихо слушавшего разговор.

Кастил медленно выдохнул.

— Так когда именно вы признали правду?

— Я могу назвать точный момент для всех нас, — произнесла Мира, её голос стал почти хрупким. — На следующем Обряде каждого из нас, когда нас допустили в храм Перуса, — сказала она о храме из багрового камня в Элизиумских Пиках. — И мы увидели, что… что стало с третьими сыновьями и дочерьми.

Грудь сжалась. Перед глазами встали картины того, что мы нашли под храмом Теона: пятна крови, кости — среди них крошечные. Я никогда не бывала в храме Перуса, посвящённом богу, которого не существовало, но подозревала, что увиденное ими было таким же ужасом.

Кастил нахмурился и повернулся к Эмилю.

— Храм Перуса осматривали?

Тот кивнул.

— Мы ничего необычного не нашли.

— То, что вам нужно было бы найти, давно убрали, — заметил Регис. — Те… гробницы, где их держали, прятались в лабиринте тоннелей. Сомневаюсь, что кто-то из нас смог бы их отыскать снова.

Их.

Младенцы. Дети. Эйтер зазвенел в центре груди, и Делано шагнул ближе ко мне.

Кастил повернул голову к Малику.

— Сможешь найти эти гробницы?

Он покачал головой.

— Я знал о них, но мне никогда не позволяли входить туда.

Статическое напряжение заискрилось на кончиках моих пальцев, и несколько Возвышенных невольно отступили. Кроме одного молчаливого. Его брови приподнялись, на бледном лице скользнуло любопытство.

— Возможно ли, что гробницы до сих пор… заняты?