Чтение онлайн

Распустились тут без меня. Забыли, как службу нести!

Первым делом следует посетить Биржу Наемников, чтобы понять, что происходит.

Звук клаксона догнал меня, когда я уже выходил с посадочного поля на улицы города. Он был настолько непривычен для Степного Стража, что я не сразу сообразил — именно мне сигналят.

Сверкающий свежестью и новизной «Иноходец» догнал меня и величественно остановился.

Само его появление удивительно — самобегающих колясок в Степном Страже очень мало. Но ещё большим удивлением стал Бахал, сидевший…. Нет, величественно восседавший за рулём.

— Экипаж заказывали? — повернув ручку и открыв окно, спросил наемник.

— Я что-то пропустил? Ты внезапно разбогател, чтобы потянуть такие траты? — кивнул я на машину.

Бахал прижимист — такие траты для него не характерны.

— Если бы, — вздохнул он, любовно смахнув несуществующую пылинку с руля новой игрушки. — Это маркграф Тьерн Готмал тебе подарок прислал.

— Лучше бы рыцаря прислал, — проворчал я, все же не отказав себе в удовольствии пройтись вокруг «Иноходца».

Красивая коляска, что ни говори. И отделка салона выше всяких похвал. Приятно, что Тьерн Готмал хотя бы так выразил мне свою признательность. А то его действия во время эпидемии меня слегка разочаровали.

Отец Дэи казался стальной глыбой, но как дошло до дела… не хочу вспоминать, чтобы не разочароваться в людях окончательно. Как маркграф мирной провинции он может и неплох, но как первый рыцарь…

Кажется, теперь я лучше понимаю, почему в том прошлом-будущем с Южной армией случилась такая катастрофа. Или я зря наговариваю на отца Дэи? К моменту вторжения древолюбов он уже не был первым рыцарем. Да и Южной армией командовал кто-то из Речной марки, а не из Южной.

— Почему у тебя такая похоронная физиономия? — поинтересовался я у наёмника, садясь на пассажирское место. — Что, не ждал меня вновь увидеть?

— А то! Надеялся на это! — криво усмехнулся он, крепко сжав протянутую ему руку.

Паровик «Иноходца» сыто рыкнул, выдав облачко синеватого пара, и плавно поехал по улицам города. Моего города!

Приятно возвратиться домой… даже если скоро предстоит его вновь покинуть.

— Как тут без меня дела? Не развалилась ещё Вольная марка?

— Главного источника неприятностей не было — с чего ей разваливаться? — отмахнулся Бахал, азартно дёргая какой-то рычаг.

Шутник. Но мне не хватало его глупых шуток.

— Гостей много было? — поинтересовался я, выразительно кивнув на готовившийся к отлету дирижабль.

— Много! Считать замучились, — подтвердил Бахал. — Одних только магов навезли — свою академию магии открыть можно. Всё в форте сидят, с Энно над лекарством от твоей заразы, — он бросил на меня настороженный взгляд, — колдуют.

Это хорошо, внушает надежду, что мы успеем раньше, чем чума вернётся. А она вернётся, в этом я не сомневаюсь. Слишком долго островитяне и альвы в неё вкладывались, чтобы вот так просто взять и отступить.

— Охрана? — Конечно, маги в состоянии о себе позаботиться. Особенно сильные маги и когда их много, но лишняя подстраховка и им не помешает. Слишком они полагаются на магию и могут что-то упустить.

— От нас копье. От Южной и Железной марки смешанное копье рыцарей. Да латников четыре десятка.

— Что с жителями Золотого?

— Все сделано согласно мудрым указаниям Вашего Сиятельства, — слегка ёрнически отозвался Бахал. Последний месяц управлять маркой приходилось через телеграммы. Приятно, что это сработало. — Староста с большей частью отправились уголь копать, да новый посёлок ладить, — доложил он. — Небольшая группа, в основном молодёжь, решила попытать счастья в Степном Страже. Один даже латником в «Фениксы» пошёл.

Хорошо, что жителей разделили. Хотя теперь с подопытными проблем нет — в Южной марке несколько сотен переболевших выжили. Но запас карман не тянет.

— Кстати, во что ты опять вляпался? — поинтересовался наемник. — Что ещё за ритуал восстановления чести?

— Полузабытый обычай фольхов, — поморщился я, вспоминая время, проведённое за книжными фолиантами со сборниками фольхских обычаев. А перелопатил я их немало — нужно же знать, во что ввязываюсь. А вернее, во что меня ввязывает воля императора.

Незадолго до отлёта у меня состоялся последний обстоятельный разговор с Его Величеством. Не скажу, что он многое прояснил, но ход мыслей Сумана Второго, я понял.

Будь на месте императора, возможно, поступил бы так же. Проблема в том, что я на другом месте.

— Почему я?

— Потому что ты идеальный кандидат?

Сидели мы со всеми удобствами: мягкие кресла, полыхающий камин, рядом столик с вином и лёгкими закусками.

В иной ситуации я бы возгордился. А то! Сирота вчерашний, двух десятков лет не разменявший и вот так запросто, можно сказать почти по-дружески, чуть ли не по-семейному, вино с императором хлещет. Ладно, не хлещет, а степенно потягивает. Да и вино порядком разбавлено водой, чтобы голова оставалась ясной. Но сам факт!

Я не стал спрашивать, в чем эта самая моя «идеальность», но Суман Второй снизошел до объяснений.

— Древние традиции — наша слабость, но они же наша сила. Нужно просто смотреть с правильной стороны, правильно их использовать, — начал он издалека. — Если ты прав… А ты, скорее всего, прав! За всем этим… — он слегка замялся, подбирая слова, а затем всё же нехотя процедил сквозь зубы, — инцидентом, стоят наши островные родственники.

Ваши родственники, так и хотелось вставить мне шпильку. Я то благородными предками похвастаться не могу. Любыми предками похвастаться не могу. Сирота — что с меня взять?

— Несмотря на это, мы не можем начинать войну с Великогартией. Не сейчас… да и не потом, — честно признал Суман Второй. — Дело не в каких-то там договорах, которым мы должны следовать. Эта война только ослабит две наши империи. И этим немедленно воспользуются враги. Но и оставлять без внимания подобную наглость я не намерен. В последние годы я и так слишком много и часто прощал островитянам их выходки!

— Есть другие маркграфы, да и просто фольхи, — спорил я больше из упрямства, в надежде выбить себе что-то более существенное, нежели прощение. Да и виновным себя не чувствовал.