Чтение онлайн

— …и клянусь кровавым морем, — говорит светловолосый мужчина, уже на середине своего рассказа. — Шторм загнал нас в ловушку. Волны высотой с мачты. Один неверный поворот — и «Ноктис» был бы проглочен глубинами.

Раздаются стоны и смех.

— Ага, и Капитан думал, что нам конец, — вклинивается другой голос, ухмыляясь. — Разве нет?

Сейбл смеется, но не отрицает этого.

Пират с грохотом ставит свою кружку, расплескивая ром по столу. — И тут эта… — он кивает подбородком в мою сторону как раз в тот момент, когда Сейбл подводит меня к краю кабинки. — …появляется из ниоткуда. Встает у лееров и говорит Капитану, как разрезать течение.

Я замираю, жар подступает к моей шее, когда головы поворачиваются, чтобы посмотреть на меня.

— Девушка-сирена спасла наши задницы, — добавляет кто-то еще, поднимая кружку в мою сторону. — Хотела она того или нет.

Скамья скрипит, когда Сейбл садится и сдвигается в сторону, оставляя место рядом с собой. Я медлю, пока он не кивает головой в ту сторону.

— Садись, — говорит он коротко.

Я проскальзываю рядом с ним. Его рука остается лежать на спинке скамьи, достаточно близко, чтобы я чувствовала его тепло через тонкую ткань моего платья. Мой пульс сбивается, пока вокруг нас продолжается история. Я внезапно слишком остро осознаю, как Сейбл подается вперед, как его колено задевает мое, когда он ерзает на месте.

Когда я бросаю взгляд на него боковым зрением, я замечаю, что он смотрит на меня, а не на рассказчика. Жар поднимается по моей шее, и, естественно, мое тело тянется к этому вниманию, вместо того чтобы отстраниться. Когда наши глаза встречаются, он убирает руку и выпрямляется. Я не могу не чувствовать разочарования. К этому моменту я могу признать, что мне нравится его прикосновение, ощущение его тела рядом с моим.

В конце концов, кто-то подталкивает ко мне кружку, наполненную светло-коричневой жидкостью. Я делаю осторожный глоток, затем еще один, и чувствую, как напряжение ослабевает. Спиртное. Один напиток сменяется другим, а таверна становится всё шумнее. В какой-то момент я перестаю считать свои добавки и откидываюсь на неровное дерево за спиной, едва способная следить за разговором за столом. Спиртное жжет уже меньше, или, может быть, я просто перестала это замечать.

Затем Сейбл шевелится рядом со мной. Мгновение спустя его рука ложится мне на бедро. Прикосновение кажется случайным, алкоголь придал ему смелости, но мое дыхание всё равно замирает. Его большой палец надавливает на кожу, а затем начинает выводить медленный, рассеянный круг, словно он не до конца осознает, что делает.

Но я осознаю. До нелепости отчетливо — тепло начинает распространяться от места его прикосновения по всему моему телу, пока я не оказываюсь объята пламенем. Мои глаза поднимаются к его, и на этот раз, когда наши взгляды встречаются, он не отстраняется. Шум таверны затихает, становясь далеким, пока мы смотрим друг на друга.

Затем один уголок его рта приподнимается. Значит, он осознает.

— Потанцуй со мной, — говорит он.

Я моргаю, удивленная.

— Ты танцуешь?

Низкий смешок вырывается из его горла.

— Иногда.

Прежде чем я успеваю слишком долго об этом думать, он хватает меня за руку и поднимает на ноги, мягко направляя мимо скамьи к танцующей толпе. Скрипач переходит на более быструю мелодию, и сапоги начинают топать по половицам еще до того, как установился ритм.

— Давай, — говорит он, уже тянясь ко второй моей руке. Он увлекает меня к танцующим, прежде чем я успеваю запротестовать, пробираясь сквозь тела, пока мы не оказываемся в центре круга, образовавшегося вокруг музыканта.

Толпа кричит и улюлюкает, когда мы с Сейблом вступаем в круг, хотя я вижу, что некоторые из окружающих пиратов смотрят на меня с ненавистью. Сглотнув, я опускаю взгляд, не желая, чтобы кто-то слишком долго разглядывал чешую на моих ключицах. Он притягивает меня ближе, его рука ложится мне на талию, а другая продолжает держать мою. Его губы оказываются у самого моего уха.

— Игнорируй их, — шепчет он. — Сосредоточься на мне.

Тяжесть чужих взглядов не исчезает, по крайней мере не сразу, но затем я переношу внимание на него. На его крепкую руку на моей талии, на его дыхание, касающееся моего уха, на тепло, исходящее от него. Внезапно я чувствую только его, и всё остальное меркнет.

Когда он начинает двигаться, мои ноги узнают танец раньше, чем разум. Отец учил меня таким танцам, когда я была маленькой, смеясь, когда кружил меня по тавернам, далеко за полночь. И хотя сердце щемит при мысли о нем, сейчас оно наполнено тем, чего я давно не чувствовала. Тем, что я не позволяла себе чувствовать. Радостью.

Мы кружимся по полу вместе, двигаясь в ритме музыки. Круг танцующих смещается и размыкается, партнеры проходят мимо друг друга, прежде чем схватиться за новые руки и снова пуститься в пляс. Смех поднимается вокруг нас, когда Сейбл отпускает меня, и мир начинает вращаться. В следующее мгновение руки Грима обхватывают меня, и он с ухмылкой смотрит на меня сверху вниз.

— Ты и капитан, — кричит он сквозь шум. — Есть что-то, что мне нужно знать?

Жар мгновенно заливает мои щеки. Я быстро качаю головой.

— Нечего знать, — кричу я ему в ответ.

Он смеется, затем снова кружит меня, и я сталкиваюсь с привычной грудью. Сейбл с легкостью ловит меня, и когда я смотрю на него, его серые глаза ярко сияют в свете фонарей. Когда его хватка усиливается и он крутит меня еще раз, из моего горла вырывается смех. К моему удивлению, он тоже смеется. Тяжесть, которая обычно лежит на его плечах, кажется, исчезает, пока музыка несет нас вперед, и на одно мимолетное мгновение я могу заглянуть дальше проклятия, дальше тайны пиратского капитана. Я вижу только его.

Просто Сейбла.

Смычок скрипки взлетает вверх, и музыка обрывается. Раздаются одобрительные возгласы, танцующие расходятся, спотыкаясь, к выходу или возвращаясь за свои столы. Моя грудь быстро вздымается, пока я откидываю влажные пряди волос с лица.

— Мне нужно немного воздуха, — говорю я, едва не смеясь, пытаясь отдышаться.

Взгляд Сейбла перескакивает на дверь и снова возвращается ко мне, он колеблется. Затем кивает, и улыбка по-прежнему играет на его губах.

— Иди, — говорит он. — Я буду с тобой через минуту.

Его рука задерживается у меня на талии чуть дольше, прежде чем он опускает ее.

— Но не уходи далеко, рыбка. Ты помнишь, что обещала мне ранее?

Я киваю в знак согласия и проскальзываю сквозь толпу к дверям. Кто-то бросает слова «сиренова шлюха», когда я прохожу мимо, но я отмахиваюсь от этого, как от пустой, злобной брани. Прохладный ночной воздух встречает меня, как только я выхожу наружу, рассеивая туман в голове. С дверью, захлопнувшейся за спиной, шум таверны становится глухим и далеким.