Чтение онлайн

Со всех сторон доносился взволнованный шепот, и Свейн, более не в силах сдержать свое любопытство, также посмотрел вперед. Все девять, идущих по дороге людей, были одеты в атласные изумрудные мантии, скорее всего их переодели в последний момент, так как юноша знал, в каких условиях содержался его учитель, как знал и то, во что превратилась его настоящая рабочая мантия. Принцесса, видимо, хотела, чтобы бывший Совет выглядел так, как ему и подобает, и, наверное, это именно она распорядилась пошить новые мантии, даже лучше тех, старых, чтобы всем сразу стало понятно, кто именно находится сейчас перед ними.

Первым, прямо за королевским стражем, шел Аластор Бетчер, почти такой же высокий, как и сам Киган, он гордо смотрел перед собой, будто бы не замечая никого вокруг. За ним уже семенил пожилой Финистер Прайд, далее следовал хромающий на одну ногу Стеффорд Стирелль, четвертым был Крейд Раффан, Боун Флаверс, плачущий и молящий о пощаде Годрик Теннишон… А в самом конце, замыкающим всю эту цепочку, шагал Киган. У Свейна перехватило дыхание, когда он, наконец, увидел его.

Высокий, бледный, изрядно похудевший за месяц своего пребывания в темном подземелье, он шел, чуть спотыкаясь, с трудом переставляя свои ослабевшие ноги. Казалось бы, что даже его иссиня-черные волосы сделались еще черней, из-за постоянного подземного сумрака, что таился там, глубоко внизу. В отличие от всех остальных, Киган с вызовом просматривал собравшуюся у виселицы толпу, в особенности жрецов, будто пытаясь запомнить или упрекнуть каждого, кто посмел явиться сюда.

— Подлые изменники! — слышались отовсюду гневные фразы, а когда Свейн перевел свой взгляд на принцессу, то он не смог не заметить, с каким наслаждением она взирала на разыгравшееся перед ней представление.

Дрожащими руками, юноша развернул клочок бумаги, что бросил ему на колени Бернард, и в ужасе прочитал: «Они хватятся тебя сразу же после казни. Если хочешь выжить — ступай к подъемникам. Тебя обязательно встретят. Б.»

Подъемники? Он имеет ввиду те, что используют для перевозки скотины и разных продовольственных грузов? Свейн глянул в сторону от площадки для телепортов, там совсем не было королевских плащей. Наверное, они больше опасались, что кто-нибудь решит воспользоваться рунным телепортом, чем какой-то грузовой корзиной, предназначенной для рыбы и грязных овощей.

Но все же, зачем ему сбегать? Принцесса обещала отпустить его домой, как только он присягнет ей на верность, здесь, перед всеми. Неужели ее словам нельзя верить?

Когда Свейн вновь поднял глаза, то заметил, что каждый из членов бывшего Совета девяти встал прямо под своей петлей. Стражники неспешно снимали с их шеи тяжелые цепи, чтобы спустя некоторое время, затянуть на них новые, но уже смертельные узлы.

Тошнота подступила вдруг к горлу юноши. Не в силах сдержать все это в себе, его вывернуло прямо на землю себе под ноги.

— Боги милостивые! Парень, тебе плохо? — сидящий позади жрец бережно похлопал его по плечу.

— Я… Мне, — и опять. Зря он поел этим утром.

— Сегодня! В день, когда справедливость, наконец, восторжествует, в день, когда все виновные будут наказаны, мы собрались здесь, чтобы увидеть все собственными глазами. Собрались, чтобы донести каждому волю великого Короля! — чей-то громкий и властный голос на сцене, казалось бы, заглушал даже мысли бедного юноши, Свейн обтер грязный рот рукавом своей мантии и заставил себя взглянуть на стоявшего в затянутой петле учителя.

«Нет, нет. Этого не может быть. Мне это снится. Я в больничном крыле. Я все еще…»

— За их совершенные преступления против Королевской семьи, последует самое суровое наказание — смерть. Их бренные тела будут…

«Он заметил меня. Киган, кажется, смотрит прямо сюда», — юноша выдвинулся вперед и чуть было не повалился на землю. — «Что мне сделать, учитель? Как мне вас спасти?!»

— Высшее слово несет вечную кару, их душам не найти былого покоя, но они все еще могут ответить за свои совершенные грехи…

«Почему он выглядит таким спокойным? Почему? Даже сейчас».

Жрецы, сидящие неподалеку от юноши, перешептывались между собой, но все же, не отрывали своих глаз и следили за всем происходящим на сцене. Кажется, более подходящего момента уже и нельзя ожидать.

Свейн еще раз взглянул на размокшую в потной ладони записку. «Если хочешь выжить — ступай к подъемникам». Если хочешь выжить, если хочешь…

— Принцесса Валлария, законная наследница трона, будущий правитель объединенных графств и южных островов, меченая Древними нести правосудие и процветание на материк, станет свидетелем торжествующей сегодня справедливости!

— Мне плохо, я, пожалуй, отойду ненадолго, — обратился Свейн к сидящим позади него жрецам, те лишь переглянулись, глядя на куски рвоты, стекающих по его мантии и ботинкам.

— Сегодня, символ старого магистериума падет, чтобы вместо него, мы все, смогли воздвигнуть новый храм! Храм, очищенный от былых преступлений и прошлой крови…

— Прощайте, господин Киган, — едва пошевелив засохшими губами проговорил Свейн, и поспешил к пустующему проходу.

«Все смотрят на сцену, никто не должен меня сейчас заметить». И все же, когда оратор сказал свое заключительное слово, а грузный палач поднялся, чтобы свершить приговор, Свейн не смог удержаться, чтобы не оглянуться на своего учителя в самый последний раз.

— Что ж, будем знакомы, — Киган протянул ему руку, такую тонкую и бледную, исчерченную старыми шрамами и мозолями, неужели этот всезнающий жрец не в силах ее залечить? — Меня зовут Киган. И я твой будущий наставник. Будем честны, я не собираюсь быть твои другом или играть роль твоего растяпы отца. Твоя задача оправдать мои ожидания, и не сделать так, чтобы я пожалел, что согласился на все это.

— Свейн, — он, с напускной взрослостью, пожал его протянутую ладонь. — Мне не нужны никакие друзья. Особенно среди жрецов. Я еду в магистериум, только чтобы угодить своему дедушке.

— Вот как, — ухмыльнулся тот, доставая из кожаной сумки рунные камни для быстрого телепорта. — Ну, это мы еще посмотрим.

Все девять пар ног повисли вдруг в воздухе. Жрецам перед смертью не завязали глаза и не закрыли тряпками рот. Все эти стоны и хрипы, как долго они будут преследовать всех тех, кто собрался сегодня на этой кровавой площади?

«Если хочешь выжить, Свейн. Если хочешь выжить». Он переставлял свои ноги, будто во сне, а слезы то и дело застилали ему лицо, не позволяя ничего видеть перед собой. «Если хочешь выжить — ступай к подъемникам», — повторял себе юноша, словно какое-то странное заклинание.

Кажется, там есть кто-то еще. Это Бернард? Если да, то, каким образом он успел переодеть изумрудную мантию? Свейн слегка замедлил свой шаг, пытаясь всмотреться в лица людей, что стояли небольшой группой там, впереди, и спорили между собой.

— Черт побери, чего так долго?! — это голос Бернарда, или же?..

Не успев никак среагировать, Свейн вдруг почувствовал сильный удар сзади по голове. Его ноги тут же подкосились, а кто-то, достаточно крепкий, тотчас подхватил бесчувственное тело юноши себе на плечи.