Чтение онлайн

– Не совсем, - заинтересованно откликается Яков Захарович.
– Ты решил выяснить, не обедал ли в той столовой для персонала и водитель газика?

– Нет-нет!
– восклицает Раечка и даже хлопает в ладоши.
– Я поняла. Вы решили найти других шоферов, да?

– Именно, - довольно урчит Игорь Леонидович.
– Умница. Я всегда утверждал: женщина - прирожденный сыщик. Впервые я в этом убедился вскоре после женитьбы. У моей супруги неожиданно обнаружились поразительные способности. Что-нибудь не только скрыть, а просто недосказать оказалось немыслимым.

– И вы, конечно, дали ей полную возможность развить этот талант? невинным тоном спрашивает Раечка.

– Она эти возможности находила сама. Уф...
– отдувается Игорь Леонидович.

– Но как же вы все-таки действовали дальше?
– возвращаю я его к главной теме.

– А вот как, - с воодушевлением продолжает Игорь Леонидович.
– Кто лучше знает и запоминает машины, как не шоферы? И кое-кто из шоферов непременно в этот час обедал в столовой, раз перед ней машины стояли. Вот я и решил этих шоферов найти.

– Гениально!
– вполне искренне восхищается Яков Захарович.
– В духе лучших рассказов Конан-Дойля.

– Ну и что же, нашли вы нужного водителя?
– спрашивает Раечка.

– Конечно, нашел, - гордо произносит Игорь Леонидович.
– Даже двоих. Оба этот газик видели. А один из них даже сказал, из какого он колхоза. Ну, а дальше все было, как говорится, делом техники. Как видите, никакого героизма не потребовалось.

– Но зато была тайна, - смеется Раечка.
– И какая! Похищение. Это же жутко интересно. Может быть, там и любовь была замешана?

– Чего не знаю, того не знаю, - качает головой Игорь Леонидович. Может быть, и была.

Последние его слова наталкивают меня на некоторые размышления. Сам рассказ, как я и предполагал, ничего не дал нового. Но если Павел ухаживал за Верой и нравился ей, то, может быть, и он с ней поехал? Нет, тогда бы искали и его. А впрочем... Сосед Павла мог и не поднять тревоги. Даже наоборот, мог из дружеских соображений скрыть такое нарушение режима. Эх, только бы установить, что Павел ездил вместе с Верой или вообще кто-то ездил с ней в тот колхоз! Вера сказала, что она ездила туда "по служебным делам". А что, если и мне съездить туда "по служебным делам"? Ведь председатель наверняка запомнил Верин визит. И если Вера приехала не одна... Пожалуй, это неплохая идея. Заодно интересно будет узнать, что это за служебные дела оказались у Веры.

Мы уже давно пообедали и сейчас машинально потягиваем из стаканов кисленький компот, увлеченные рассказом Игоря Леонидовича. Поднимаемся мы из-за стола, кажется, самыми последними и идем по опустевшему залу, где снуют лишь официантки, убирая грязную посуду.

Между прочим, я только сейчас замечаю, что здесь все знают Игоря Леонидовича и чуть не каждая официантка, уборщица и сестра с ним приветливо здоровается и называет по имени и отчеству. Во дворе нам попадается Мотька, так и тот сначала здоровается с Игорем Леонидовичем, а потом кивает мне, довольно, кстати, снисходительно.

Двор большой, и зданием столовой он разделен как бы на две части. Та, куда мы сейчас вышли, даже не двор, а сад, с клумбами, дорожками, подстриженным кустарником вдоль них, раковиной эстрады и рядами скамей перед нею, а дальше, за тенистой аллеей, - спортивные площадки и второй санаторный корпус с большими, во всю стену, окнами и лентами пестрых балконов. А вот по другую сторону столовой раскинулся хозяйственный двор. С того места, где мы стоим, видна только часть его: потемневшая от времени стена склада, торец главного корпуса с дверью, ведущей в котельную, асфальтовая площадка для машин и распахнутые ворота с будкой для сторожа.

В этот момент в ворота лихо вкатывает старенький газик, дребезжа всеми своими металлическими суставами, взвизгивает тормозами и резко, "на всем скаку" замирает возле двери в котельную.

Из газика выскакивает паренек, с силой хлопает дверцей и, обогнув машину, скрывается в черном проеме двери.

Игорь Леонидович поворачивается к нам и говорит, кивнув в сторону подъехавшей машины:

– Вот, кстати, живой свидетель всей этой истории с девицей. Он ее увез, он ее и привез.

– Ой!
– всплескивает руками Раечка.
– Может быть, он теперь меня увезет? Это так романтично! А вы будете искать.

– Если история повторяется дважды, - иронически замечает Яков Захарович, - то, как известно, первый раз это может быть трагедия, а второй раз уж непременно фарс. Так что лучше придумайте что-нибудь оригинальное, мадемуазель.

– Я постараюсь, - кивает Раечка.
– Но на этот раз героем будете вы, приготовьтесь.

– Ну, тут есть кое-кто помоложе, - усмехается Яков Захарович, бросая взгляд в мою сторону.

– К сожалению, не получится, - притворно вздыхает Раечка.
– Товарищ Лосев совершает подвиги в честь другой дамы.

Она, конечно, намекает на мой недавний разговор с Валей, когда я признался, что чувствую себя как собака на сене. Но мне вдруг становится не по себе, мне кажется, что Раечка имеет в виду Веру.

– Так вы узнали не только машину, но и водителя?
– спрашиваю я Игоря Леонидовича.
– Вот это память!

– Да уж...
– самодовольно хрипит он.
– Не жалуюсь. Уф!.. Его, кстати, Анатолием зовут. Это я тоже помню.

– Ой, одолжите мне вашу память!
– восклицает Раечка.
– Сдам минимум и верну, честное слово.

Тем временем мы спускаемся по широким ступеням в сад, и тут мои спутники меня покидают, они все живут в главном корпусе, а я во втором.

Но я и не думаю идти к себе в комнату. Я неторопливо пересекаю сад, огибаю здание столовой и оказываюсь на заднем дворе. Далее я следую прямо в котельную. Я прекрасно запомнил парня, выскочившего из газика.

Спустившись по гулкой железной лестнице в душную темноту котельной, я начинаю ориентироваться по голосам, доносящимся до меня из глубины коридора, и медленно, вытянув вперед руки, пробираюсь в их сторону. Слов я вначале не разбираю, слышу лишь, как громко переговариваются два, а может быть, и три голоса.

Но постепенно я начинаю разбирать слова. Ребята орут что есть силы, перекрывая вой пламени в котлах.

– У тебя же братан на базе работает!
– запальчиво кричит кто-то из парней.
– У них там этого добра навалом. Я тебе бутылку поставлю. А если в сборе - красненькую отвалю, ей-богу.

– Их сейчас поприжали, - колеблется второй.

– Тю! Всюду прижимают и всюду достают, если надо. Что, я не знаю. А тут машина стоит, соображаешь?

– А тебе-то что? Твоя, что ли, стоит?