Петров, к доске! Книга третья
Шрифт:
Его физиономия светилась, как новогодняя ёлка, только вместо игрушек в наличие имелись живописные синяки и царапины — последствия нашей вчерашней «дипломатической встречи». Вернее, синяки — это была моя заслуга, а вот царапины — «привет» от кота. Причём кот отметился гораздо сильнее.
И, конечно, Толкач был не один. За Витиной спиной маячили три угрюмых физиономии «монастырских»– его верные мушкетёры, только без шпаг.
Не знаю, что это было — слабоумие или отвага. Витя решил вот так запросто, посреди белого дня, заявиться на нашу территорию. Хотя, приходить в одно лицо Толкачёв все же побоялся. Не совсем дурачок. Зато с друзьями, пристроившимися за его спиной, он выглядел вполне себе решительно.
Как назло, именно в этот момент из школы вышла Наташка. Она сразу заметила нашу компанию, но вместо того, чтоб остановиться, наоборот ускорилась.
Честно говоря, ее эта «беготня» выглядела немного странно. Главное, только день назад все было нормально, даже, можно сказать, прекрасно. А сегодня девчонке какая-то вожжа под хвост попала. Не знаю, что за очередной заскок.
Староста едва ли не бегом спустилась со школьных ступеней и рванула в сторону ворот, ведущих с территории школы.
— Чего это она? — Удивился Строганов. — То грудью на амбразуру кидается, чтоб нас защитить, то бегает, как от прокажённых. Нет, положительно с этими девчонками вечно какая-то ерунда входит. Я их вообще не понимаю.
— Не нас защитить, а Петрова…– Многозначительно заявил Макс и покосился на меня.
— Вы, блин, достали. — Я нахмурился, наблюдая, как Наташка топает прямо навстречу Толкачеву.
Витя, который до этого висел на ограде, тут же отлепился от нее и шагнул девчонке навстречу. Выражение его лица в один момент обрело вид страдальческий, но с неизменной, слегка нагловатой уверенностью.
— Наташ, постой! Надо поговорить! — Голос у Толкачева звучал так, будто он милостыню просил, но при этом был на сто процентов уверен, что ему её должны выдать незамедлительно. — Ну прости ты меня! Я вспылил вчера! Неправ был! Эмоции захлестнули! Давай… давай забудем? Вернём всё как было?
Наташка остановилась. Вскинула подбородок — чисто оскорблённая невинность, и посмотрела на него так холодно, что Вечная мерзлота по сравнению с ее физиономией показалась бы жарким курортом. Как будто Толкач был тараканом, залезшим в её суп, и она обдумывала, прибить наглеца или вылить вместе с супом. Вот что-что, а морально выстегнуть оппонента девчонка умеет.
Вообще, Наташка явно не планировала вести какие-то разговоры с этим горе-ухажором. Но Витя поступил грамотно. Он не просто сделал шаг ей навстречу, он буквально перегородил Наташке дорогу. Там хочешь-не хочешь, а придется либо остановиться, либо идти на таран. К радикальным мерам Деева, наверное, не была готова.
— Витя, я тебе вчера всё сказала. Разговор окончен. И обсуждать нам больше нечего. Оставь меня в покое. Пожалуйста!
Голос старосты буквально звенел от негодования. Она, как и Толкачев, говорила достаточно громко, но я решил, нужно подключаться ко всей этой ситуации. Хотя бы переместиться к месту основных событий.
— Пацаны, идемте-ка поближе… — Позвал я друзей, а затем, не дожидаясь их ответа, сбежал с крыльца, чтоб направился в сторону Толкачева и старосты.
Слава богу, парни воздержались от своих уже привычных шуточек насчёт меня и Наташки. Сейчас я мог среагировать на подобные комментарии не особо хорошо.
Они просто молча двинулись за мной. Скорее всего, сразу поняли, чем я руководствуюсь.
По большому счету, мой поступок имел вполне объяснимые причины. Я… переживал, наверное. Не то, чтоб опасался за Наташку. Вряд ли Толкачев сможет причинить ей вред. Теперь доподлино известно, что Наташка вполне в состоянии за себя постоять. Тут больше надо бояться Толкачеву.
Однако все равно нервничал. Подумал, пусть Витя наглядно убедиться, что девчонка не одна и за ее спиной есть поддержка.
— Как тебе еще объяснить, отстань, пожалуйста, от меня. И… И от Петрова. — Наташка произнесла последнюю фразу, не видя, что подошли мы с пацанами. Думаю, в ее планы не входило, чтоб я стал свидетелем конкретно этого разговора.
— Опять Петров?! Да при чём тут вообще Петров?! — Толкач взвился, его и без того пестрая физиономия покраснела от злости.
Однако он тут же осёкся под ледяным взглядом Деевой.
Я не стал подходить совсем близко. Остановился чуть поодаль. Не хотелось бы смущать девчонку. Хотя, ее разговор с Витей теперь было слышно очень прекрасно.
Мои друзья замерли рядом, готовые в любой момент вмешаться, если Толкач и его свита решат перейти от слов к делу или просто начнут хамить в особо извращённой форме. Напряжение повисло в воздухе, густое, как кисель.
— А чего это вы тут делаете? — Раздался вдруг голос прямо за нами.
Я обернулся. Это был Никита Ромов. Он вышел из школы, увидел странное скопление народа возле ворот и, наверное, решил, выяснить, в чем дело. Тем более, сразу становилось понятно, что ситуация вертится вокруг Деевой.
— Что здесь происходит? — спросил он тихо, кивнув в сторону Толкачева и Наташки. — Нужна помощь?
Я на секунду замялся. С одной стороны, учитывая, что передо мной стоит задача помирить Ромова с Деевой, возможно, было бы неплохо, если бы он, типа, за нее заступился.
С другой — Наташка крайне непредсказуемая особа. Ромова она сейчас на дух не выносит. Вернее, не выносила она его, как оказалось, и раньше, но теперь просто больше не скрывает своей антипатии. Если Никита конкретно в данный момент, вмешается, он может огрести от девчонки вместе с Толкачевым. Тогда задача усложнится.
— Да так… — Я пожал плечами, стараясь выглядеть максимально буднично, будто мы тут каждый день наблюдаем ухаживания «монастырских» за своими одноклассницами. — Эхо недавних событий. Толкач никак не успокоится. К Наташке лезет, дружить хочет. Ну мы просто… приглядываем, чтоб все хорошо было.
Никита ничего не сказал в ответ, но суть происходящего, похуже, уловил. Он перевёл взгляд на Толкачёва, потом снова посмотрел на меня. В его глазах читался немой вопрос. Мол, не связана ли эта ситуация с нашей с ним договоренностью?
Я еле заметно кивнул, намекая Ромову, что приблизительно ход его мыслей верный.
— Никита! Никита, подожди!
Тут уже мы все обернулись. Даже Наташка. Заметив нас совсем рядом, она как-то смутилась, но практически моментально взяла себя в руки.
Со школьного крыльца в нашу сторону бежала Ленка Рыкова.
— Ты погляди, какая настойчивая. — Тихо пробормотал Макс.
Ермаков, естественно, сразу помрачнел. В силу огромного количества событий, приключившихся за последнее время, мы все как-то забыли о его личной трагедии, связанной со второй отличницей класса.