Чтение онлайн

Ромов слушал, не перебивая, его глаза с каждой моей фразой становились все больше и больше. Когда я закончил, он выдохнул:

— То есть… Наташин дядя тоже замешан? Вся эта семейная сага касается и его? И твой отец… предатель? Ой, блин… Извини. Конечно, нет. Ну, я имею в виду, его подозревают. Да? А мой отец… он знает, что-то… — Ромов запнулся.

— Похоже на то, — подтвердил я. — Мы с Наташкой пытаемся выяснить, что именно. Наши родители молчат, как партизаны на допросе. Но нам нужно знать правду. Это важно, чтобы никто больше не пострадал.

Никита задумчиво посмотрел на меня. В его глазах я увидел не прежнюю неприязнь, а какую-то растерянность и… доверие. Он, как и я, оказался в центре семейных тайн, о которых ничего не знал, будто его жизнь внезапно превратилась в детектив. И он был готов помочь.

— Значит, мы в одной лодке? — наконец произнёс Ромов, в его голосе прозвучало что-то подозрительно напоминавшее надежду.

Я улыбнулся. Это была настоящая, искренняя улыбка.

— Похоже, что так. Может, будем грести в этой тонущей лодке вместе? Вдвоём, а тем более втроём, с Наташкой, будет намного легче разобраться во всём этом клубке, который распутать в одиночку невозможно. И по возможности предотвратить любую беду.

Никита кивнул, его взгляд стал твёрже, будто он принял важное решение.

Мы сидели в тишине, каждый обдумывая новую информацию, слова повисли в воздухе между нами, будто невысказанные вопросы. Но это, несомненно, был сдвиг, глобальное изменение в наших отношениях. Из соперников и врагов мы вроде бы начали превращаться в союзников, объединённых общей целью — разгадать секреты прошлого, которые угрожали нашему настоящему. И, по возможности, спасти несколько жизней.

После уроков на крыльце школы меня уже ждала староста. Она улыбнулась, и мое юное сердце (чтоб его) сделало кульбит. Мы снова пошли домой вместе.

Мои друзья эту внезапную любовь к коллективным походам уже никак не комментировали. Они, как и в прошлый раз, тактично отстали, изображая живейший интерес к архитектуре типовых пятиэтажек, словно те были произведениями искусства.

— Ну как тебе мой актёрский дебют? — поинтересовалась Наташка первым делом. — Я старалась выглядеть естественно.

— Ты была великолепна, — заверил я девчонку, улыбаясь. — Почти по Станиславскому. Кстати, ты вчера с матерью не разговаривала? Ну… Может, вопросы какие задавала.

Наташка помрачнела, её лицо приобрело знакомое выражение недовольства. Теперь в её глазах читалась не просто досада, а глубокая, скрытая боль.

— Пытала мамку. Безрезультатно. Как только завожу разговор о прошлом, о её молодости, о том, знала ли она твоего отца или Ромова-старшего, мама сразу меняется в лице. Начинает говорить, что это не моё дело, что я лезу куда не следует, или вообще переводит тему на школьные оценки. Сегодня утром вообще заявила, что у неё голова болит от моих «глупых вопросов». В общем, стена. Непробиваемая.

— М-да, классика жанра «семейные тайны», — протянул я задумчиво. — Чем больше секретов, тем выше стены. И тем интереснее их ломать. Особенно, когда за стенами скрывается столько важного.

— Я решила поговорить с дедом, — твёрдо сказала Наташка, её подбородок чуть приподнялся. — По-серьёзному. Он единственный, кто может что-то прояснить. Мама его очень уважает, может, хоть ему она что-то рассказывала.

Мои надежды на деда Наташки были невелики, как на новогоднее чудо летом, но на данный момент можно постараться использовать эту зацепку.

Поэтому, решив не откладывать дело в долгий ящик, мы с Наташкой договорились продолжить наше расследование. Сразу.

Честно говоря, я еще опасался, что из дома меня не выпустит бабуля, если я туда зайду. Возникнет куча каких-нибудь очень важных дел. Поэтому мы свернули к частному сектору и двинули в сторону, где жил Наташкин родственник. Первым делом решили наведаться к нему.

Но… Хрен там плавал.

Наташкин дед встретил нас радостно. Правда, причина его радости имела вполне объяснимое происхождение.

— О, молодёжь пожаловала? — усмехнулся он, — Отлично, что не одна пришла, Наталья, а с помощником. У меня тут работы — конь не валялся. Сейчас делами вас нагружу.

Но только Наташка робко заткнулась о прошлом, стало понятно, к этой теме радость не относиться.

— Какое там прошлое! А ну-ка, лучше помогите мне во дворе. Вон там, у кучи листьев, инструменты лежат. Живо!

И вот, вместо исповеди, мы с Наташкой оказались, вооружённые граблями, убирающими мусор во дворе. Дед сидел на крылечке, попыхивал папиросой и, кажется, наслаждался нашим энтузиазмом. Все наши намёки и вопросы он искусно обходил, отмахиваясь то ссылками на склероз, то на «неважные старые дела», которые давно поросли быльем. К концу «допроса» у нас болели спины, а информации стало не намного больше, чем до него.

— Ну, что, Петров, — Наташка выпрямилась, вытирая пот со лба. — Дед — кремень. Ничего из него не вытянешь, даже клещами.

— Зато мы теперь точно знаем, где не нужно искать, — попытался я пошутить, но девчонка лишь махнула рукой, показывая, что юмор сейчас не в тему. Её разочарование было ощутимо.

— Идея! — Глаза деевой вспыхнули азартом. — Мой дядя Андрей сегодня дома. Давай попробуем прямо через него что выяснить. Тем более, вы же знакомы.

Замысел был прост: я появляюсь, мы заводим отвлечённый разговор, и я ненавязчиво сворачиваю на тему Афганистана, будто случайно.

Мы пришли к Наташке домой. Её дядя Андрей как раз выходил из своей комнаты в коридор. Увидев меня, он замешкался, а его лицо на мгновение приобрело выражение тревоги.

— О, дядя Андрей! Привет! Это мой одноклассник, Алексей Петров! — выпалила Наташка, предвкушая развитие событий. — Помнишь его? Вы с ним недавно познакомились.

Дядя Андрей мгновенно собрался, его лицо снова стало непроницаемым, как каменная маска. Он окинул меня быстрым, оценивающим взглядом. Странно, но сегодня этот мужик уже не выглядел весёлым балагуром, как в нашу прошлую встречу.

— Привет… — его голос был сухим и отстранённым, — Наташа, мне тут… срочно нужно отлучиться. Забыл кое-что очень важное. Прямо вот сейчас!

И прежде чем мы успели что-либо ответить, он буквально рванул к выходу, чуть не сбив Наташку с ног. Хлопнула входная дверь.

Деева удивлённо моргнула.

— Что это с ним? Он никогда так не убегает. Будто на пожар…

Я стоял, переваривая увиденное. Явно не просто так испарился Наташкин дядька. Что-то в этом есть. Что-то охренительно весомое. Такое чувство, будто ситуация изменилась и дядя Андрей здорово ссыт. Осталось только выяснить, почему.