Чтение онлайн

— Гу-хо! Гу-хо!

Они не выглядят очень-то умными. Я обратил внимание на куст, за которым мы прятались. Густой, круглый, он походил на шар.

— У меня есть идея, — прошептал я.

Ловелас прекратил кричать, теперь он только всхлипывал. Между тем, на поляне появился шерстяной человек, несущий огонь, и все приветствовали его криками:

— Гу-хо! Гу-хо!

Вдруг на другом конце поляны раздался громоподобный рёв:

— Гухо!!!

Все стихли и обернулись. Прямо к центру поляны шагало существо с огромной зелёной головой. Ниже шеи оно обросло травами и листьями, а голова и вовсе поросла полностью, только алые глаза смотрят на всех.

— Гухо!!! — яростно завопило это создание, и шерстяные люди дрогнули. Они прежде не слышали, чтобы к ним с таким гневом обращались.

Создание с огромной круглой головой зашагало прямо к жертве, возле которой застыл один из шерстяных людей с факелом. Он неуверенно отошёл под строгим красноглазым взглядом существа, а существо подошло к всхлипывающей жертве и одним касанием освободило его из ловушки. Жертва побежала прочь, все проводили её сожалеющими взглядами, но побежать за ней не посмели. Мало ли.

Создание вдруг ещё раз крикнуло «гухо!» и заговорило на непонятном языке. Шерстяные люди внимали этой речи, делая вид, что понимают, а сами нет-нет да недоумённо переглядывались. Сказав своё слово, существо с шарообразной головой выхватило факел у шерстяного человека и прошествовало мимо них обратно в лес. Шерстяные люди глядели ему вслед с благоговением.

Едва зайдя в лес, я отдал факел Валькирии, стащил с головы куст с глазами-ягодами и стряхнул с себя листья и траву. Валькирия улыбалась, Ловелас сидел тут же, тяжело дыша. Он оказался ладным на вид мужчиной с брутальной щетиной, а рубашка у него, судя по виду, была дороже, чем моя или у Валькирии.

— Спасибо, Крыс, — пропыхтел он. — Я этого не забуду.

— Ну ты даёшь! — рассмеялась Валькирия.

— Нам лучше уйти, — поторопил я. — Они могут очнуться и побежать за нами.

— Ты прав.

Мы поспешили убраться, пока шерстяные люди не поняли, что их обманули. Когда мы оторвались на достаточное расстояние, солнце уже клонилось к закату, и в джунглях сгущались тени. Мы разбили лагерь возле скалы, из которой бил ключ, и Валькирия развела огонь при помощи уже потухшего факела. Эх, вот бы нам сюда магию: для разведения огня и для защитного круга, как было в прошлом мире…

Мы приготовили кашу в небольшом котелке, который я нашёл на корабле, и заварили чай с мятой. Ловелас рассказал нам, что очнулся в этом теле как раз тогда, когда его окружили шерстяные аборигены. Он побежал от них и долго мотался по джунглям, но в итоге они всё равно его сцапали.

— Я думал, я умру, — вздохнул он, отхлёбывая из общей кружки и передавая её Валькирии. — Спасибо, что вмешались.

Уж лучше бы остров был необитаем, чем рисковать нарваться на людоедов. Но что поделать… Будем выживать.

Мы обсудили новое сообщение от Системы, и Ловелас совсем сник:

— Да, я видел его. Но мне было как-то не до этого.

— Ты выглядишь спокойным, — заметил я.

Ловелас пожал плечами. Плечи у него были шире моих и выглядел он, как по мне, мужественнее.

— Я не рассчитываю на победу, — сказал Ловелас. — Она мне и не нужна.

Мы с Валькирией ошарашенно на него уставились.

— То есть, тебя не волнует, что в исходном мире тебя будет ждать неудача? — спросил я.

— Я всю жизнь был неудачником, — Ловелас горько усмехнулся. — Неудачником и умру. Что с этим поделать?..

Я покачал головой. Я не мог понять. Если ты можешь побороться за лучшую жизнь, почему бы этого не сделать? Зачем быть пассивным, если можешь быть активным? Неужели у него настолько плохая жизнь, что ему всё равно, будет его преследовать неудача или нет?

Валькирия тоже вмешалась и аккуратно рассказала, как может выглядеть неудача. Слушая её, Ловелас постепенно бледнел, затем быстро спросил:

— И с детьми может что-то плохое случиться?

— У тебя есть дети? — удивилась Валькирия.

— У меня семья, — неохотно отозвался Ловелас. — Не образцовая, но мне бы не хотелось, чтобы кто-то из них пострадал из-за меня.

— Ничего не случится, — сказал я. — Если мы сделаем так, чтобы победителей и проигравших не было.

Мы изложили ему наш план, и Ловелас вновь разрумянился.

— А вы уверены, что так можно обмануть Систему? — спросил он.

— Мы хотя бы попытаемся.

На небе уже сверкали звёзды. Здесь их как будто было больше, чем где-либо ещё, и они сияли ярче. И всё-таки — это были звёзды. Как в нашем исходном мире.

Пока Валькирия и Ловелас спали, я охранял их и поддерживал огонь. Мы решили дежурить по одному на случай, если шерстяное племя гухо, как мы его назвали, вдруг обнаружит нас. Также мы боялись диких животных — из джунглей нет-нет да доносились рыки и повизгивания.

Я смотрел на звёзды и размышлял. О доме. Об этом месте. Сравнивал их и дивился, что они так похожи. Ведь это почти такие же звёзды, как в моём мире, там такие же джунгли и такое же море — по крайней мере, на видео, которые снимали туристы. Но почему? Неужели другие миры точно такие же, как наш? Да, есть кое-какие различия, например, магия, антропоморфные крысы или вот это шерстяное племя, но в целом, всё точно такое же. Такие же законы тяготения, такие же люди, такие же проблемы. Раньше мне казалось, что другие миры, если они существуют, отличаются от нашего намного больше.

Что-то было в этой мысли, но я не мог понять, что. Было бы интересно узнать, что собой представляет Система и где физически находятся миры, по которым мы путешествуем. Удастся ли нам это в конце своего путешествия?

Удастся ли нам обмануть Систему и закончить соревнование вничью?

Я проснулся, потому что солнце било мне в глаза. Ловелас и Валькирия — ранние пташки — уже что-то жарили на костре. Я сходил к ключу, умылся, потрогал лицо. У Нэля из прошлого мира борода не росла совсем, так, жалкий пушок, а у этого парня уже появилась щетина. Я задумчиво её почесал и подумал, что неплохо бы побриться — наверное, можно будет аккуратно попробовать ножом, только его надо сначала наточить.

После завтрака мы продолжили путь вглубь острова. Ловелас вчера согласился присоединиться к нашему плану — ещё бы, мы ведь предлагали ему победить, отказываясь от борьбы за победу! Хорошо бы и Тренер отказался от неё…

— Надеюсь, хотя бы в этот раз он не будет сильным и могучим, — сказал я, когда мы заговорили о Тренере. — Вот бы он был маленьким худым мальчиком.

— Лет пяти, — съязвила Валькирия.

— Ой да ладно тебе! Ведь он тебя тоже напрягает! — заметил я. — Ловелас, ты ведь тоже боишься Тренера?