Чтение онлайн

За завтраком к столу опять подали вино и коньяк, но геологи наотрез отказались выпивать с утра, чем вызвали удивление и некоторую неприязнь у местных.

В шахте на забое увидели две золотоносные жилы. Подсветили их тремя фонарями. Овручев стал рассматривать их поверхность, а Василий проводил необходимые измерения горным компасом и складным метром. Отбили несколько образцов руды и вмещающих жилы пород. Горный мастер указал на место в жилах, где золотины блестели во множестве, сопровождая это словами: «Я вам говорил, будьте уверены — вот оно, жильное золото, и содержания его высокие». Участки с золотом на поверхности жил распределялись пятнами. Каждое место — шестнадцать-двадцать частичек. Таких пятен было три. Два на более мощной жиле и одно на более тонкой. Овручев, рассматривая оруденелый кварц, достал нож, отковырнул три золотинки с поверхности жилы и ссыпал их в маленький пакетик с номером.

Осмотрев жилу по основной выработке, они заглянули в десяток рассечек (жила ветвилась), здесь также отбирались образцы для анализа. Часов через пять они выбрались на поверхность. Завернули и упаковали образцы. За ужином снова обильный стол и попытки хозяев узнать мнение геологов о впечатлении, с точки зрения надёжности содержания золота, для продажи предприятия.

Овручев отшучивался, говорил, что надо провести анализы руды на золото, а вот тогда он скажет, надёжна шахта или нет. Местные мужики знали, что такое пробность золота, а вот слово анализ ранее никогда не слышали, но спросить, что это такое, не решились или не хотели, чтобы не выдать убогость своих геологических знаний. Оставив людей хозяина шахты допивать и доедать оставшуюся закуску, два геолога отправились в обратный путь.

Когда ехали на экспертизу шахты, очень торопились, поэтому не смогли посмотреть один ручеек, показавшийся В. А. Овручеву весьма интересным. Шириной сажен восемь-двенадцать, долина его вниз по течению состояла из серии небольших водопадов, между которыми на слабонаклонных поверхностях лежали галечники с небольшими глыбами кварца. Борта долины были крутые, и в них на поверхность земли выходили породы, окрашенные в буроватые, чёрные и красноватые цвета. Из-за спешки в прошлый раз здесь не остановились, а теперь появилась возможность ознакомиться с ручейком и, как сказал Овручев, с окислёнными рудами в борту ручья. Исследователи направились вниз по ручью. Перед водопадом в борту долины отбили образцы породы, которая только сверху была красноватого цвета. Внутри она оказалась рыхлой, ярко-жёлтой, оранжевой, и легко рассыпалась на комочки.

— Рудные вторичные охры верхней части месторождения, — констатировал Вольдемар Альфредович.

Затем он наковырял этой рыхлой массы в лоток и стал промывать породу в небольшом бочажке. Вода окрасилась в жёлтый цвет, вниз по течению, на добрую сотню сажен, понеслась окрашенная полоса. Когда вся муть сошла, он быстро промыл остаток из лотка, довёл его до чёрного шлиха и разбросал на плоском днище лотка. Подняв лоток к лицу, сказал:

— Извольте взглянуть, уважаемый Василий! — и махнул рукой, подзывая его.

Тот подошёл, заглянул в лоток. Среди зёрен минералов чёрного, красного и зелёного цвета ярко блестели семь тёмно-жёлтых небольших золотинок остроугольной формы (клопики) и одна большая плоская, удлинённая, размером с четверть ногтя на мизинце (таракашка).

— Однако это источник золота для возможной россыпи в самом ручье, — предположил Овручев.

Взглянув на противоположный борт, профессор отметил, что здесь долину ручья пересекает разлом с раздробленными породами, среди которых есть золотосодержащие руды. Смыв концентрат из лотка в холщовый мешочек и бросив в него бумажку с номером, геологи спустились ниже водопада в русле. Нашли место под водопадом в той его части, где воды сейчас не было и из углубления с гравием и галькой, в месте, указанном Овручевым, Василий наполнил лоток речными отложениями и промыл его. Чёрный шлих почти наполовину состоял из ярко-жёлтых пластинчатых золотин, при этом три золотины были около дюйма длиной.

— Ну что я тебе говорил, — улыбаясь, сказал профессор.— Здесь, без сомнения, россыпь с золотом, но только не очень обычная, такие называют «корчажными», когда концентрация драгоценного металла возникает в небольших участках-ловушках, как эти под сухим руслом водопада.

Шлих смыли в мешочек, сделали пометку на карте, Овручев сделал записи в полевом дневнике.

Вернулись в Иркутск без приключений в дороге, если не считать того, что они нашли рудопроявление и, возможно, золотую россыпь. Дома разложили образцы из шахты, и тут Овручев спросил Василия:

— Помнишь ли ты, как в забое я выковыривал ножом золотины с поверхности жил?

— Да! — ответил тот. — Вот только для чего? На это получил ответ улыбающегося метра:

— В забое богатое золото было в виде пятен, и цвет золота в пятнах не совпадал с цветом золота из более глубоких частей жилы. В пятнах оно тёмно-жёлтое, а в жилах зеленоватое, светлое.

— И что? — воскликнул удивлённый Василий.

— А то, что наш продавец — хитрая продувная бестия — заставил своих ребят, вероятно, горного мастера, зарядить шлиховым золотом патроны (вместо дроби) и стрелять из ружья в поверхность жилы. Золото — мягкий и вязкий металл. От удара оно расклепалось и прилипло к кварцу, создавая впечатление богатейших его содержаний в жилах.

Василий так и присел от неожиданного заключения, которое сделал умница-профессор.

— Что, не веришь? — продолжал тот.

Он положил выковыренные ножом золотины на столик микроскопа, рядом положил маленький кусочек кварца с золотом из шахты и золотинки с прииска, где хозяин шахты добывал и россыпное золото. Он заставил

Василия подкрутить микроскоп по глазам и объяснил смотрящему в прибор ошарашенному коллеге, что золотины из шахты рваные с дырками, а края их закруглены, их цвет совпадает с цветом золота с прииска. Края последних так же закруглены, как и первых. А золото из жилы зеленовато-жёлтое, существенно мельче по размерам, тоньше и неокатанное.

— Всё понял! — Василий глубоко выдохнул и заулыбался. — Вот это наука!

— Хозяйские ребята дали маху, они зарядили в патроны россыпное золото с хозяйского же прииска, на котором мы были перед посещением шахты. Они не подумали о том, что в шахте другое золото и по цвету, и по размеру, и по форме. Естественно, по образцам руды пробирным анализом мы определим реальные содержания золота в кварцевых жилах шахты, но мне представляется, что оно будет не промышленным. Поверь моему опыту, а с глубиной в шахте количество драгоценного металла будет убывать.

Так впервые в жизни Василий, знавший только военное дело, уставы и топографию, понял что такое учёныйпрактик, знаток золота, и зауважал Вольдемара Альфредовича ещё больше.

В. А. Овручев написал заключение; естественно, о стрельбе золотом в забой не упомянул, но реальную ситуацию с малыми содержаниями и низкой пробностью металла изложил весьма детально и обоснованно. Отчёт сдали заказчику и стали собираться на другое месторождение. У Овручева всегда было много работы. Василий в своей каморке, которую он снимал у старичка, звонаря местной церкви, вынес на свою особую карту и место прииска, и шахты, а также ручей Порожистый. Он тогда ещё не знал, что на эту карту через несколько лет лягут совсем другие знаки — знаки золотых кладов из иной его жизни.

Однажды Константин Демьянович, будучи в хорошем расположении духа, заглянул в светёлку старца Василия. Слуга оставил в прихожей поднос с аглицким портвейном и шустовским коньяком, лёгкой закуской и удалился, закрыв дверь.

— А что, Василий Авенирович, побалуй меня какойнибудь историей из твоей беспокойной жизни.