Чтение онлайн

Это ослабило обеспокоенность Ника и Лайкаса.

Фэйт перевела взгляд на Тарли Волверлона. Он с каждым днем становился все бледнее. Было ясно, что его дни сочтены, и Нерида не оставит его. Целительница проводила все свое время с травами и журналом, хлопоча над Тарли, когда он пытался уверять ее, что с ним все хорошо. С ним было все что угодно, только не хорошо.

Она обменялась взглядами с Ником, который, несмотря на свои обычные неприязненные чувства к принцу Олмстоуна, выражал собственную озабоченность.

— Мы уедем завтра ночью, — решила Ливия. Она пересекла пространство к Нику, вытащила небольшой кинжал и передала ему. — Ты можешь приходить ко мне в ночных хождениях, чтобы оставаться в курсе дел в Хай Фэрроу. В интересах всех избежать любых ненужных конфликтов внутри нашего последнего оплота.

Ник нахмурился на кинжал — ее вещь, которая позволила бы ему совершать ночные хождения на такое большое расстояние к ней, — но что-то еще было у него на уме. Он потянулся к чему-то, спрятанному внутри куртки, и глаза Фэйт уловили клинок, который он достал, с пропущенным ударом узнавания в груди.

— Он хотел бы, чтобы у тебя это было сейчас, — сказал Ник. — Он дал его мне перед нашей разлукой в Хай Фэрроу по той же причине.

Это был кинжал Джэкона. Фэйт никогда не спутала бы старую, потертую деревянную рукоять первой вещи, которую она когда-либо смогла позволить себе подарить своему лучшему другу. Фэйт взяла его рассеянно, и хотя она была рада иметь эту частичку его с собой, клинок, хранивший столько воспоминаний в своей стали, раскрыл в ней пустоту. Ей тогда хотелось, чтобы у нее был еще один кинжал — тот, что подарила ей Марлоу перед ее первой схваткой с фэйри — чтобы иметь частичку их обоих с собой, пока они в разлуке. Она надеялась каждой болью в себе, что они оставались в безопасности в замке Райенелла.

— Спасибо, — прошептала она.

Ник без слов обнял ее за плечи.

Каждый начинал находить свою роль в движении к концу этой войны, и каждый вздох задерживался в надежде, что они все будут стоять, когда он настанет.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Зайанна

Зайанна хорошо выспалась. Это должно было быть облегчением, но сам факт держал ее на колючем краю.

Ее сон был реальным.

Демон сна обещал погрузить ее в глубокий отдых, и он сделал это. Она не знала, чего он хотел. Хуже всего, она не сможет остановить его, если он действительно не закончил с ней, и он снова проникнет в ее разум.

Зайанна маршировала по залам Райенелла, словно они были изогнутыми, пещерными стенами Гор Мортис. Она позволяла себе стать слишком мягкой из-за ростков слабости, которые начали мучить ее. Больше нет.

Маверик повернул за угол по направлению к ней, и Зайанна разрывалась между желанием убить его или потребовать объяснений, в какую игру, по его мнению, он играет.

Зайанна намеревалась пройти прямо мимо, не вступая в контакт, устремив взгляд вперед и в сторону от него. Ублюдок танцевал со смертью, шагнув в сторону и преградив ей путь.

— Уйди с моей дороги, — прошипела она, подняв глаза на его темные радужки, которые сузились при ее реакции.

— Куда ты идешь?

Зайанна положила руку ему на грудь, чтобы оттолкнуть, но он не отступил. Его рука обхватила ее запястье, скручивая, чтобы прижать к стене, и она пришла в ярость.

Она только поняла, что это не стена, к которой он ее прижал, когда он наклонился, и в следующую секунду она отдалилась от ее спины. Ее внимание оторвалось от него лишь для того, чтобы развернуться и избежать неловкого падения через дверной проем.

Ненависть закипела в ней. Обернувшись к нему, она не могла видеть полностью, так как тьма поглотила их, когда щелчок запечатал их в комнате. Неизвестность сжала горло — всего на секунду, прежде чем синее пламя вспыхнуло, и Зайанна вздохнула легче, поскольку освещение позволило ей осмотреть окружение.

Не тесное заточение.

Они были в маленькой гостиной.

Выражение лица Маверика было встревоженным под светом его пламени. Затем он прошел мимо нее, остановился у стола и зажег два фонаря, стоявших там.

— Я убью тебя, — пообещала Зайанна.

— Я никогда не сомневался, что ты станешь причиной моей смерти, — сказал он так спокойно, в contrast с ее яростью.

— Почему ты спас меня? — резко спросила она.

Это мучило ее — как он поймал ее в небе, когда она могла бы рухнуть на смерть.

Маверик сделал длинный, скучающий вдох, прислонившись к столу и скрестив руки. — Я очень настаиваю на том, чтобы ты осталась жива.

— Чтобы ты мог убить меня сам?

— Что-то вроде того.

Ноздри Зайанны раздулись. То, что крутилось у нее в голове с момента пробуждения, теперь хлынуло на поверхность, чтобы использовать как оружие.

— Должна похвалить тебя за то, что все эти годы притворялся дураком, Маверик. — Энергия заряжалась между ними, нарастая с его медленными шагами к ней, против которых она стояла непреклонно. — Или мне следует сказать, *Каллен*?

Его взгляд заострился при этом имени. Она не могла перестать вспоминать крик Фэйт во время битвы, и Зайанна наконец вспомнила, почему оно было знакомо.

— Этот человек умер давным-давно.

— Этот *принц*.

— Это имеет значение?

— Ты притворялся, что не знаешь. — Зайанна ненавидела тот факт, что ей было *больно* из-за этого. Что во время их пребывания в пещере он заставил ее поверить, что он был полностью лишен своей фэйской жизни.

Или она просто упустила это? Приняла его отстраненность и боль за потерянные воспоминания, а не трагические, о которых он размышлял?

Он был Калленом Озирионом, павшим Принцем Далруна.

— Они думают, что я ничего не помню, — признался он. — Они забрали у меня все, и память о том, что они сделали, — единственное, что у меня есть против них.

В этом был смысл. Только она не могла понять, почему он так долго ничего не предпринимал с этим.

— Что ты планируешь делать? Вернуть свое королевство?

Маверик рассмеялся — обиженный, горький звук. — Нет королевства, которое можно было бы вернуть. Те земли опустошены и захвачены темными фэйри. Их монархия уничтожена.