Чтение онлайн

– Вот как?

– Да. До конца предвыборной гонки осталось всего два месяца, не так ли?

– Совершенно верно.

– Я хочу сделать так, чтобы по ее окончанию вы пили ваш любимый надорский бренди.

– Вы хотите помочь мне победить?

– Этого я не сказал. Насколько я вижу, вы слишком устали для того, чтобы еще пять лет возглавлять местную администрацию. Я же хочу, чтобы, потрудившись еще пару месяцев, вы спокойно отправились отдыхать и поправлять свое здоровье.

Он озадаченно посмотрел на меня.

– Видимо я недостаточно хорошо вас понимаю...

– А мне кажется наоборот. Вы слишком хорошо меня понимаете. Нельзя же оставлять объединенный регион на растерзание вашего давнишнего оппонента, этого Вэйна. Как у вас идет ваша кампания?

– По предварительным оценкам я уступаю Вэйну почти на двадцать пунктов. Радует только то, что я все равно впереди этого сопляка Стерна.

– По моим сведениям, не так уж вы и впереди. И за эти два месяца он вас в любом случае обгонит.

– Даже если так, это ему не поможет. У Вэйна полно "мертвых душ".

Я задумался.

"Мертвыми душами" в предвыборных кампаниях называли реально не существующих избирателей. Такое практиковалось сплошь и рядом - фиктивные личности, выращенные специально для фальшивого устройства на работу. С них официально платились налоги, и все выглядело так, что если кому-то было бы необходимо затеряться, он мог спокойно достать из ящика стола документы очередной "мертвой души" и стать совершенно другим человеком, притом с настоящими документами и реальной историей жизни. Доходы каждой "мертвой души" поступали, разумеется, на счета владевшего ей человека.

– Можете назвать хотя бы их приблизительное количество?

– Если бы он подключил их сейчас, то опережал бы меня на пятьдесят пунктов, а то и более.

– Любопытно. Просто идеальная ситуация для того, чтобы мы могли выиграть выборы.

Кэйлис оторопело уставился на меня.

– Извините, но мне кажется, что наши с вами понятия об идеальной ситуации несколько расходятся...

Я рассмеялся.

– Спросите уж просто, не сошел ли я с ума. Нет, мой дорогой друг, с ума я не сошел. Ситуация и впрямь идеальная. Как я понимаю, он еще и скупает всех, кого может, в полиции?

– Он уже давным-давно их купил, как и большую часть журналистов.

Я продолжал улыбаться.

– Просто великолепно. На чем играете вы?

– Как обычно, разгул преступности, коррупция... А у вас на уме что-то другое?

– А Вэйн?

– Профсоюзы и рабочие места. Постройка новых комплексов, как исследовательских, так и развлекательных.

– Тогда моей Идеей будет несколько более глобальный вопрос. Но до этого мы еще дойдем. Пока что я хочу сделать вам следующее предложение. Вы играете под моим руководством, и по моей команде отходите в сторону. Это гарантирует вам то, что вас не тронут. После этого вы удаляетесь на покой, заслуженно получая один процент прибыли со всего региона до конца своих дней.

– Слишком щедро, чтобы быть правдой. И слишком неправдоподобно.

– Увидите, что все так и будет. Мне нужен на этом месте Стерн.

– Он же глуп как пробка!

– Но он исполнителен. И именно ему вы передадите своих избирателей.

– Вы, кажется, во всем уверены...

Он довольно долго обдумывал мое предложение, после чего сказал:

– Хорошо. Я согласен. Что вы будете делать теперь?

– Как это что?
– улыбнулся я.
– Выигрывать выборы, разумеется.

Вечером того же дня, я сидел в своем номере вместе с Кэйлисом и Уиссоном Стерном. Предвыборный штаб последнего представил ему меня как потенциального инвестора в его кампанию, и он просто не мог отказаться от того, чтобы лично меня поблагодарить.

Лично мне этот молодой человек, нравился все больше и больше. Над его речью трудились явные мастера ораторского искусства, которые приучили его даже думать так, чтобы все, что он говорил, превращалось в восхитительно прочувствованную речь. Его родные были представителями одной из лучших актерских школ во всем мире, и это тоже давало о себе знать - он мог в любой момент пустить слезу, если это было необходимо, или улыбнуться настолько заразительно, что ему улыбались в ответ. К сожалению, за всем этим не скрывалось ни намека на глубокий интеллект, который мог бы сделать его действительно значительным политиком, способным сделать карьеру и более высокого уровня.

– Я очень признателен вам, господин Клауд, за любой вклад который вы сможете сделать. Что я могу сделать для вас?

Он просто дышал участием, пока произносил эти слова.

Стряхнув наваждение и напомнив себе, что я здесь по делу, я ответил.

– Многое. Примерно на размер моего вклада.

– А он будет...

Я улыбнулся.

– Насколько мне известно, фонд вашей избирательной компании составляет почти полмиллиона далнов?

– Совершенно верно.

– Это неплохая сумма.

– Я смогу победить и с ней.

Мысленно покачав головой, я ответил.

– Мы хотели бы внести в вашу кампанию два миллиона.

Глаза Стерна резко округлились, и мне показалось, что сейчас его хватит удар.

– Два миллиона? А кто "мы"?

– Я и Кэйлис.

– Но господин Раут ведь тоже баллотируется...

Кэйлис Раут подался вперед, и доверительно сказал:

– Я буду идти до конца, мой мальчик, но всех моих избирателей получишь ты. А вам надо развернуться по полной, чтобы даже последняя собака во всем регионе знала о том, что скоро ей будет командовать такой замечательный человек как ты.

– А вы...

– Я уйду на покой. А вот господин Клауд крайне заинтересован в развитие этого региона.

Я вежливо кивнул. Раут, получивший на свою избирательную кампанию такую же сумму, играл свою роль просто превосходно.

– Я очень вам благодарен, господа.

Паренек просто лучился счастьем. По его внешнему виду можно было с уверенностью сказать, что все его мечты уже сбылись, и он...

– Разумеется, теперь нам предстоит выиграть эти выборы, - я вернул его на землю, - и пока я сюда не прибыл, то даже не подозревал, насколько печальна ситуация здесь с распространением производимых вами товаров в соседних регионах. Это просто уму непостижимо, как ставленники Совета Высших душат свободную торговлю налогами и таможенными ставками. Сборы в сорок шесть процентов! Неудивительно, что при таких ставках вы не можете спокойно реализовывать ваши продукты и повышать их качество. Куда только смотрит Совет...

Паренек мигом стал крайне озабочен.

– Вы совершенно правы, господин Клауд. Этому надо положить конец, ведь это бьет по карману даже рядового обывателя. В конце концов, мы производим здесь товар для половины материка. Совету давно пора обратить на это внимание, и я, когда стану главой местной администрации, обязательно займусь этим вопросом со всей надлежащей...

– Я рад, что такой молодой человек как вы понимает всю важность данного вопроса. А сейчас, с вашего позволения, мы хотели бы остаться с господином Раутом наедине, у нас еще есть много дел.