Чтение онлайн

Он резко поднял голову на звук шагов:

– Я позову медсестру и её отц... – Заминка. – Я сейчас.

Когда шаги затихли, я чуть отстранилась, вдыхая его запах.

– Исайя... где я?

Наши взгляды встретились. Облегчение накатило волной, но я боялась ему верить. Снова прижалась к его груди.

– Скажи, что мы далеко от того места. Пожалуйста.

– Мы в больнице. Ты в безопасности. Чёрт, ты вся дрожишь... Успокойся, ладно? Иначе тебя снова уколят транквилизаторами. – Его руки скользили по моим рукам, и воспоминания хлынули с новой силой: пальцы Ричарда на моей шее, его голос…

Я разжала пальцы на его рубашке: – Исайя, где Ричард? Он убьёт тебя! Он знает всё! Он сказал мне, что видел фото, где мы… Он... Бэйн... Он вел вас в ловушку! – Я задыхалась, судорожно потирая шею. – Они убьют и твоего отца! Я слышала... Бэйн был там... Он... развязал меня? И потом...

Мои слова оборвались, когда Исайя мягко отвел мою руку от шеи, заменив ее своей. Его пальцы скользнули по коже, когда он закончил за меня:

– Я знаю. Я знаю всё.

Он опустил голову, будто ему было стыдно смотреть мне в глаза.

– Есть вещи, о которых ты не догадываешься. Но сейчас важно только то, что ты жива и впервые за недели у меня на руках.

– Недели? – Я сглотнула, ощущая, как пересохло горло. – Мне нужно воды...

– Давай, я тебя подержу.

Я подняла взгляд – и в его голубых глазах было столько скрытых историй. Те самые глаза, что я представляла, когда меня тащили из Святой Марии в белую камеру. Те самые, что всплывали в памяти каждый раз, когда я приходила в себя после ударов, уколов или чего похуже.

Его большой палец нежно провел по моей дрожащей нижней губе, и я сжала губы, чтобы не разрыдаться.

– Не делай так, – прошептал он. – Если заплачешь – я вытру слезы. Если будут кошмары – разбужу. Если сломаешься прямо здесь – соберу по кусочкам. Я не отойду от тебя ни на шаг, и ты никогда больше не оставишь меня.

Дрожащий выдох вырвался из моей груди, когда он, убедившись, что я поняла, подхватил меня на руки и понес обратно в палату, на ходу отчитывая медсестру:

– Она наконец очнулась, а тут даже проверить давление некому! Просто невероятно!

Он усадил нас обоих на кровать, не выпуская меня из объятий ни на секунду.

Исайя

Она не сломалась. Ни когда комната наполнилась людьми, ни когда Джейкоби обрушил на неё шквал фактов, от которых любой другой закрыл бы уши. Джемма просто сидела, крепче сжимая мою руку под одеялом.

Сильнее меня.

Сильнее всех, кого я знал.

Когда медсестра наконец извлекла катетер из её руки, на щеках Джеммы выступил слабый румянец – от этого что–то перевернулось у меня внутри. Она снова становилась собой. И мне безумно хотелось оградить её от всего мира.

Она откинула прядь каштановых волос, обнажив хрупкую линию скулы. Синяки на шее почти сошли, хотя следы пальцев исчезали мучительно долго. Каждый раз, замечая их, я чувствовал, как красная пелена застилает глаза. Ричарду, наверное, казалось, что он в аду – могущественный судья за решёткой. Но если бы он дышал где–то рядом, я бы своими руками сжал его глотку, как он сжимал её.

– Итак... – Джемма нервно приподнялась на кровати.

С момента её пробуждения прошло несколько часов. Врачи настаивали на постепенном погружении в информацию, но Джемма требовала правды здесь и сейчас. А я – как всегда – был на её стороне. Она заслуживала знать всё. Когда сама захочет.

Когда–то она пришла в Святую Марию на трясущихся ногах, но покидала ее, твердо стоя на земле. Больше не бежала от прошлого, а принимала его с распростёртыми объятиями.

– Значит... мою маму отправили в приют из–за проблем с законом? И так она встретила Ричарда? – Джемма повторяла слова Джейкоби, будто проверяла, не мираж ли эта абсурдная головоломка.

Дядя (хотя технически он мне не дядя) беспокойно пересел на подоконнике, избегая её взгляда:

– Вообще–то, они познакомились в суде, когда...

– Он отправлял девушек в приют вместо тюрьмы, – кивнула Джемма. – Я догадывалась... но не знала наверняка, что мама была среди них. По детским воспоминаниям – мы жили в его доме, а не в приюте.

Вена на лбу дяди пульсировала. Где–то в глубине он винил себя за то, что Эмили вообще оказалась там.

Это была услуга судьи Сталларда – последняя ниточка, связывавшая его с моим дедом. Сделка: дед спасает Эмили от тюрьмы через своего приятеля–судью, а дядя Тейт уничтожает компромат на семейный бизнес и исчезает. Хотя вины дяди здесь не было. Я понимал, почему он так чувствовал, но сейчас это не имело значения. Сколько же правды ещё предстояло узнать Джемме...

– Верно, – подхватил Джейкоби. – Судя по всему, у твоей матери и Ричарда был роман, что противоречило всем принципам идеального судьи Сталларда. Поэтому он скрывал это – как и ваше с братом существование.

– Мама хотела уйти от него. – Голос Джеммы дрогнул. – Я помню, как она говорила нет, а он... назвал её сумасшедшей и оставил в психушке. Потом объявил, что она покончила с собой.

Джейкоби кивнул. Я почувствовал, как напряглась Джемма, и прошептал:

– Хочешь передохнуть?

Она резко покачала головой. Я лишь крепче сжал её руку.

– С точки зрения психологии, – продолжил Джейкоби, – Ричард был одержим твоей матерью и идеей идеальной семьи. Когда она отвергла его, объектом одержимости стали вы с братом. А учитывая его расстройство личности и положение...

– Вы о чём? – Перебила Джемма.

– Он просто ебнутый, – бросил я вместо брата.

Джемма рассмеялась. По–настоящему. С румянцем на щеках.

– Ну, это я поняла. Но что теперь? – Она внезапно посерьёзнела, глядя на Джейкоби. – Вы говорите, вы из ФБР...

– Мы работали с АТФ, – он слегка улыбнулся. – И ты, Джемма, невольно помогла нам разрубить этот гордиев узел. Благодаря тебе мы взяли крупнейшего поставщика оружия и их главного клиента – судью Сталларда и Ковен с его услугами. А ведь этот сервис был мегапопулярен в даркнете. Ты оказалась в эпицентре.

Комплимент Джейкоби пролетел мимо. Пальцы Джеммы нервно теребили край одеяла:

– Но сколько людей у него в подчинении? Даже в ФБР? Он везде...

Я накрыл её руку своей, и она замерла, глядя на меня с той самой уязвимостью, от которой сжималось сердце.