Чтение онлайн

Мы смотрели друг на друга слишком долго. Сердце болело, но в то же время будто сшивалось заново. Оно было избито, и некоторые шрамы никогда не заживут. Боль потери останется… Но часть меня все еще могла любить. Доверять. Этому научил меня Исайя.

– Джемма... – Джейкоби прервал наш момент. – Есть кое–что еще, что ты должна знать.

Он встал, переведя взгляд с Исайи на директора. В жилах застыл ледяной ужас.

– Что еще? – Спросила я, чувствуя, будто стою на краю пропасти.

– Как я сказал, это не просто ваше слово против его.

Джейкоби перебирал документы, прежде чем продолжить:

– У нас есть фотографии из дома, где ты росла, а также показания тех, кого Ричард пытался подкупить. Например... – он нашёл нужную страницу, – мисс Энн Скова. Социальный работник, которая взялась за твоё дело после того, как девочки из приюта заговорили о «девчонке из большого дома».

Я кивнула, вспомнив её строгое лицо:

– Именно из–за неё Ричард отправил меня в Веллингтон. Говорил, что вынужден отдать меня в школу из–за её проверок. А потом – в Святую Марию.

– Верно. И... – Джейкоби снова посмотрел на Исайю, и я почувствовала, как он напрягся за моей спиной.

Я повернулась и увидела тень тревоги на его обычно непроницаемом лице.

– Джемма... – Исайя приподнялся на кровати, его колено касалось моей спины. – Что Ричард говорил тебе о Тобиасе?

Его брови сдвинулись.

– Ты же говорила мне, что знала – он жив. Поэтому пошла в Ковен той ночью, да?

Моя голова бессильно опустилась. Но я решила не прятать боль. Подняв взгляд, я позволила Исайе прочесть правду на моём лице:

– Ричард сказал, что убил его. И да, я знаю, о чём ты думаешь. Почему ты веришь ему? Но ты не видел его глаз, Исайя.

Я пожала плечами, вынуждая себя озвучить то, что подозревала годами:

– В том доме не осталось ничего, что связывало бы меня с братом. Ни намёков, ни подсказок. И ты сам подтвердил – его нет в Ковене. Где же он ещё мог быть?

Сердце колотилось так сильно, что, будь здесь сейчас медсестра, тонометр наверняка показал бы запредельные цифры.

– Он убил его.

– Джем… – Голос директора Эллисона был мягким, и, как прежде, его присутствие приносило мне спокойствие – почти такое же, как и Исайя. – Твой брат жив.

По моим рукам пробежали мурашки, но на этот раз не от страха – от шока. Сердце бешено колотилось.

– Он... жив?

– Он один из наших ключевых свидетелей. Ни один здравомыслящий человек не отпустит Ричарда Сталларда на свободу после ваших показаний и собранных доказательств. Даже с учётом его судебного статуса. Слишком много против него. И я не позволю этому случиться.

– Как не позволишь выйти на свободу и нашему отцу? – Встрял Исайя, и я вдруг вспомнила, что его отец тоже замешан во всём этом.

Но его слова пролетели мимо меня.

Тобиас жив. Мой брат–близнец жив.

– Он... он с вами? – Я резко поднялась, игнорируя боль в теле. – С ним всё в порядке? Где он был? Он здесь?

Слова вылетали пулемётной очередью, а ноги уже сами несли меня к двери, пока Исайя не обхватил мою талию и не притянул обратно.

– Джемма, полегче. Ты ещё не оправилась.

Я повернулась к нему – и знала, что он видит, как во мне расцветает надежда.

– Тобиас жив, Исайя! Мой брат жив!

Его губы дрогнули в полуулыбке, но в глазах застыла тень печали. Я знала Исайю слишком хорошо, чтобы не заметить: что–то не так.

– Я знаю, малышка. Но...

– Но что?

Он вздохнул, притягивая меня ближе, будто в комнате никого больше не было.

– Он... всё это время был в Ковене. – Исайя облизнул губы. – И сейчас он... работает над собой.

– То есть...

– То есть он не готов тебя видеть. Пока нет.

Мои плечи обмякли, словно всё внутри рухнуло и сгорело дотла. Он не хочет меня видеть?

– О...

– Эй, он придёт в себя, ладно? Просто сейчас он...

– Он хочет побыть один.

Я повернулась к директору... к моему отцу. Нашему отцу.

– Он... знает? Что ты его отец?

Тот кивнул:

– Он знает всё.

Я машинально кивнула в ответ, пытаясь осмыслить этот водоворот эмоций и откровений. Взлёты и падения – отчаяние, надежда, снова отчаяние – голова раскалывалась. Я не знала, что чувствовать. Должна была радоваться, что жива, что рядом Исайя... но внутри была лишь пустота, будто все эмоции заблокировались, не выдержав перегрузки.

– Всё, вон. – Исайя указал на дверь, словно прочитал мои мысли.

Я бессознательно прижалась к его груди. Джейкоби встал, бросая на меня последний взгляд. Они с Исайей были похожи, но если Исайя – красивый бунтарь с дерзкой ухмылкой, то Джейкоби – образец спокойствия и благородства.

– Ты в безопасности, Джемма. Ты и Тобиас. Отдыхай.

Он вышел, а директор Эллисон потрепал меня по ноге и медленно направился к двери, выглядя ещё более растерянным, чем я.

– Директор... – я запнулась. – Т... – Снова пауза. Как мне его называть?

– Если увидишь моего брата... – Голос дрогнул от непривычной уязвимости, – передай, что я люблю его. И что... всё хорошо, что бы он ни чувствовал.

Его губы дрогнули в улыбке, напряжение исчезло.

– Передам. Отдыхай.

Когда дверь закрылась, Исайя приподнял моё лицо. Его пальцы скользнули по моей дрожащей нижней губе.

– Ты невероятна. Сильнейший человек из всех, кого я знаю.

Слёзы застилали глаза, но я моргнула, разгоняя их. В голове бушевал хаос – шок, страх, миллион вопросов... но вместо разговоров о брате или отце я выдохнула то, что казалось единственной правдой в этом хаосе:

– Я люблю тебя.

Эти три маленьких слова прорвались сами – и стало так легко.

Исайя замер на мгновение, будто время остановилось. Мои глаза снова наполнились слезами, и я уткнулась лицом в его грудь.

– Я просто хотела, чтобы ты знал. Не говорила раньше, но чувствовала это. Давно.

– Я знаю. Я тоже.

Его руки обвили меня, а ноги переплелись. Мы лежали так долго, что я начала думать, будто он заснул.

– И что теперь? – Прошептала я скорее себе.

– Будет ещё сложнее, – он ответил без паузы. – Мы всё ещё в этой паутине. Суды. Допросы. Вся империя моего отца рухнула. Кто–то из его людей в бегах, кого–то уже арестовали. Имя Ричарда на первых полосах – настоящий скандал.