Чтение онлайн

— Я имею в виду, какой уже срок? — совершенно убитым голосом переформулировала Сора. — Потому что я не имела ни малейшего понятия!

Брови Иэррея взлетели вверх.

— Конец третьего месяца примерно, — сказал он. — Если позволите вас осмотреть, скажу точнее. Несомненно, скоро вы бы заметили рост плода в любом случае. Я полагаю, зачатие произошло вскоре после того, как глава Коннах так тяжело пострадал, если не в тот же день. У нас на островах считается, что женщины всегда зачинают ребенка легче, если провожают супруга на войну или знают об иной угрозе для его жизни… Но в вашем случае… Признаться, я был уверен, что Пророк сотворил для вас чудо Творца — специально, чтобы обеспечить беременность. Иначе я не могу это объяснить. Я ведь сам вас осматривал все эти годы. Кроме того, вы Великий мастер. Никто и никогда не слышал о беременном Великом мастере.

— Конечно, чудо было! — серьезно сказала Сора.

Только я подавил неприличную шутку насчет моих чудесных умений (не при лекаре же!), как Сора обернулась ко мне и воскликнула:

— Вот видишь! А ты сомневался, имеешь ли ты право проповедовать учение Творца на этой планете! Чуда нашего… переноса памяти тебе было мало, чуда коллективной молитвы тебе было мало! Сколько еще чудес тебе нужно, чтобы убедиться — Творец тебя полностью одобряет?

Весна и лето 18 года правления императора Энгеларта Седьмого, 10 555 год от сотворения мира

Ория родилась в конце мая, и порадовала меня отменным здоровьем и невероятно громкими воплями. У меня даже мелькнула мысль, что не стоило все же называть дочку в честь Ориса: напророчил, однако! А если она будет теперь вопить, не замолкая? Впрочем, эта двуязычная шутка не была понятна никому, кроме Соры. Саму же Сору дочка огорчила совсем по другой причине.

На сей раз я на родах присутствовал — с полным магическим резервом, естественно. Однако этот резерв ни для чего не пригодился, разве только для диагностики ребенка и для ускорения заживления у Соры. Так-то она родила очень легко: четыре часа — и готово. Новый красный и возмущенный житель явился в этот мир. По ее невозмутимым словам, чего-то такого она и ожидала: предыдущие роды у Соры тоже проходили примерно так же.

Как только мы с Ясой в четыре руки отмыли дочку, запеленали и положили матери в руки, Сора уставилась на нее с удивлением и как бы не отвращением. А потом — зарыдала!

Это Сора-то, которая на восьмом месяце выполняла полный тренировочный комплекс с алебардой! (Зрелище не для слабонервных: я лично старался не смотреть.)

Яса в ужасе тут же выскочила из комнаты, не желая иметь дело со своей вновь проигравшей эмоциям наставницей, а я, наоборот, обнял своих девочек.

— Ну, что случилось?

— Она… она слишком… слишком похожа… на меня! — кое-как, почти нечленораздельно выдавила Сора. — Опять! Опять блондинка! Я по-прежнему фабрика клонов! И это именно я! Дочери Соры были похожи на их отца!

— О Творец… — только и мог сказать я.

Ну да, девочка выглядела копией Соры: даже по младенческому личику было понятно. Примерно как все наши дети из «предыдущей партии» выглядели моей копией (да, даже младшая дочка! Правда, потом ей полегчало). И действительно блондинка.

— А чего ты ожидала? — мягко спросил я. — У двух родителей, один из которых блондин, другой рыжий, почти наверняка будут дети-блондины! Если только у Соры не было в предках рыжих. Теперь уже не узнаешь, учитывая, что она сирота из городского приюта…

Есть такое местечко в Тверне, довольно мрачное. Оттуда «рекрутируют» городские Школы, они же его в складчину содержат. На самом деле условия там не такие и плохие — детей, по крайней мере, кормят досыта, а зимой там тепло. Но особенно ими никто не занимается. Даже ухаживают за малышами, в основном, беременные женщины, которым некуда пойти, и которым разрешают перекантоваться там последние месяцы перед родами и несколько месяцев потом.

То есть так было, но с год назад мне удалось провести через магистрат что-то вроде небольшой реформы и по крайней мере нанять туда нормальный персонал.

Сора подняла на меня мрачный взгляд.

— В этот раз я хотела, чтобы она была похожа на тебя!

— Зачем ты хочешь для девочки такой страшной судьбы?!

— Да ладно, ты симпатичный…

— Не более того, — твердо сказал я. — Симпатичный, и настолько простецкая рожа, что надпись «шельма» так и просится, — Сора неохотно улыбнулась, видно, признавая правоту моих слов. — Я себя в зеркало видел. А ты — настоящая красавица! Лучше уж дочка будет такой же!

— Соре ее красота особого счастья не принесла… — вздохнула Алёна, вытирая глаза одной рукой.

— Как это не принесла? А я?

— Вот поэтому я и хотела, чтобы она была похожа на тебя! А лучше — на нас обоих! А тут! Опять получится как в плохом сериале, где одна актриса играет и маму, и дочку!

— Скорее уж, как в «Горных сказках». Помнишь, где Хозяйка Хребта двоиться начала? Впрочем, чтобы вас действительно начали путать, ей тоже придется стать Великим мастером…

Алёна только глаза закатила. Я благоразумно не стал развлекать ее условно забавными историями, как меня пару раз перепутали с сыновьями, а их — со мной. Вроде бы Алёна об этих случаях не знала, и слава Творцу.

— Может, хоть глазки будут карие? — с сомнением спросила Сора.

— Наверняка! — с энтузиазмом согласился я. — К осени потемнеют, вот увидишь!

К осени глазки остались ослепительно-голубыми, хотя в остальном Ория радовала большим прогрессом: уже начинала понемногу лепетать, активно ползала и даже вставала, держась за опору. Росла малютка в основном в поместье Коннах: мы решили, что там обстановка для ребенка более здоровая. Ульн и Бер были без ума от маленькой «племянницы», а Эмас — от «тети». Даже спорили между собой, чья очередь с ней играть или держать ее. Тильда, которая до сих пор относилась к Соре с вежливой настороженностью, окончательно оттаяла и очень радовалась внучке, постоянно шила и вязала ей всякие милые кружевные вещички.

— Я всегда хотела еще и дочку, сын, — сказала она мне как-то, обнимая. — Ее можно баловать так, как не побалуешь сыновей!

— Только надо быть осторожнее, а то она нам всем еще покажет! — со вздохом сказал я, вспоминая свою капризную и темпераментную терранскую дочку. — Все мы слишком с ней носимся! Надо ее все же приучать, что она не пуп земли.

Тильда улыбнулась:

— Говоришь, как опытный родитель!

Ну что ж, я такой и есть, пусть даже опыт у меня по большей части из серии «как делать не надо».

— И именно поэтому ты кидаешься ее целовать, как только увидишь, и повсюду таскаешь с собой, даже когда занимаешься делами в поместье? — с улыбкой продолжила мама.

Я вздохнул и развел руками.

— Что я могу поделать, если она такая миленькая? Пусть привыкает к обязанностям Главы Школы! Если будет хорошо учиться и не будет капризничать, отдам ей в управление какой-нибудь филиал.

Тильда только головой покачала.

Но Ория казалась совсем не похожей на нашу Афину: очень солнечная, всегда радостная и очень послушная девочка. Она почти никогда не вопила, если только не была голодна, ее легко было отвлечь от всякой шалости, она послушно засыпала, когда надо было спать, радовалась прогулкам по расписанию, без труда переносила поездки из поместья в Тверн и обратно примерно раз в два месяца и легко перешла на прикорм, как только Сора сочла это необходимым.