Чтение онлайн

Наконец, один из столичных, кажется, Стен сообразил, что лавэ Восточных от них двоих просто отмахивается, чуть ли не зажимая второй клинок под мышкой. Неуверенная магическая атака ясно показала, что Шенол недаром считается самым сильным магом в королевстве после собственно королей. Раим подарил соперникам сочувственную улыбку и даже не стал гасить пусть робкие, но весьма убойные конструкты. Просто позволил стечь остаткам заклинаний по щиту.

Намек был более чем красноречив — дайте мне повод, и тогда…

И тогда Стен решился. Он достаточно давно служил и считал наработанный контакт со своим зверем идеальным. Послать нгурула в зазор между слишком опытным противником и вздорной щеной-недоучкой показалось ему остроумным. Обозначить Шенола, как цель для нгурула Стен не посмел, хотя желание было почти непереносимым. Правда, жить хотелось еще невыносимей. А вот оттеснить щену, а при удаче хоть чуток ее помять и тем самым отплатить за унижение, было вполне в пределах правил. А то выдумали тоже — низкоранговую самку против боевого зверя… Вот тогда и посмотрим, так ли хорош легендарный Шенол в драке. С прикрытыми флангами и спиной всякий может непобедимого изображать.

Пашка момент этой атаки проморгал — слишком увлекся наблюдением за схваткой. В кои-то веки он сумел… почти… удержать магическое зрение. И пленку щита командира разглядел и темное нечто, стекающее по этой пленке, как струйки птичьих какашкек по лобовому стеклу автомобиля.

Оля просто наблюдала. Всякие там выпады, батманы, атаки и прочие пируэты ее не интересовали от слова «абсолютно». Из многообразного режущего она разбиралась в сверлах-фрезах да в кухонных ножах. Зато на уровне почти профессионала. Пока ей было достаточно, что Раим невредим.

Даже на таком расстоянии — диагональ футбольного поля, не меньше — эмоции обожаемого шефа считывались вполне отчётливо. Магия любящего сердца не иначе. Раим был спокоен и очень собран. Недаром он считался лучшим и уже несколько минут это доказывал, не позволяя обоим противникам пересечь некую границу… Такое чувство, что Рэм просто не мог решить, как свести поединок к победе, не свалившись при этом в избиение младенцев. Увлеклась любованием отточенными движениями Рэма и атаку на шипастую роднулю даже осознать не успела.

Стремительный бросок вражеского зверя засек Свап. Непреодолимая воля альфы — и Тырю кубарем снесло в сторону, а вражина на полном газу пролетел дальше. Стоптать маленькую щену оказалось не так уж просто. Зар-раза вертлявая!

Испуг и злость малявки продрали Олин позвоночник шоковым электроразрядом.

— Я! — послышался невнятный сип, но Оля поняла — Пашка брал бой на себя. Он стоял с непроницаемым лицом, только капелька пота на виске поблескивала. Ольга вцепилась в его локоть, напоминая — для всех наблюдателей Тырей рулит она. Закушенная в волнении губа только способствовала образу работающей с менталом наездницы. Она действительно работала. Только не с Тырей, а со Свапом — то ли приказывала, то ли заклинала: стой на месте, не вмешивайся, тут мы сами. Охраняй!

Вражий зверь, подгоняемый хозяином, уже развернулся и диким туром пер по ристалищу к указанной цели — отогнать козявку от Шенола, тем самым открыть дополнительный простор для нападения.

Это понимала даже Ольга и, разумеется сам Шенол. Палашами в него уже пытались потыкать, магией атаковали, осталось только копье метнуть, а этого лучше не допускать. Недаром наездничьи копья делают с наконечником из бивня нгурула. Эти магически выведенные создания иммунны к магии. А если совсем честно, их тела эту самую магию разрушают. Даже в посмертии нгурулья кость сохраняет антимагические свойства, потому и щиты может пробить. Не всякие. Раим много лет наращивал себе непробиваемую защиту, но до конца так и не преуспел. При ударе наездничьим копьем его боевые щиты слабели. Частично. Он, разумеется, мог укрепить их снова, но для этого нужно несколько драгоценных мгновений. Даже для такого сильного мага. Если в момент удара копьем добавить какое-нибудь убойное заклинание, то может стать неприятно. Старый Метoк об этом знал, а вот поделился ли инфой с новыми учениками — вопрос. А потому пришло время одного из противников, как говорит Пашка, гасить. Не наглухо, а так, до утраты боеспособности. Стен рвется в бой? Ну, значит шельмы так решили. Малый импульс силы сорвался с кончика Шенолова пальца и аккуратно ткнулся промеж бровей Стена. Трибуны взвыли. Те, кто мог видеть магически, а на трибунах таких было большинство, включая женщин, выдохнули в восхищении. Так точно запустить боевым заклинанием, не прерывая схватки на палашах с другим противником, это уметь надо! Бессознательная тушка поверженного бойца никого не заинтересовала. Зато боевой зверь Стена как взбесился, когда потерял ментальный контакт с хозяином.

Все из-за мерзкой малявки! Растоптать, раздавить, вцепиться в шею так, чтобы хрустнули в зубах слабенькие молочные иголки, а потом и позвонки…

— Ботинки, мухой, але-ап! — мысленно орал Пашка Тыре, на голых инстинктах угадывая побуждения вражины.

В переводе на человеческий команда означала уплотнить подошвы лап — «ботинки» и прыгнуть на спину противнику — «але-ап». А так, как противник стремительно приближался, то прыгать нужно из подпространства. За это отвечала команда «мухой». Пашка понимал, что фокус сложный, но крепко рассчитывал на врожденный Тырин радар и бесконечные тренировки.

По нервам Оли плеснуло чудушкиным боевым восторгом. Можно подвигаться и всыпать этому большому дурню, чтоб не пугал слабых девочек. Свое исключительное место в стае Тыря усвоила хорошо, а тут вдруг пугают.

Ольга стремительно просчитывала варианты. У Пашки не спросишь, не до нее Пашке. Ну прыгнет щена на спину чужому зверю, и что? Ну, удивит до полного изумления, ну, отвлечет от Раима. И что дальше? На спине ей долго не удержаться, это Раш да наф-нуфики приучены баланс держать, чтобы малышка не свалилась. А зверюгу нужно выводить из игры. Наездник его — товарищ, сугубо положительный — где завалили, там и лежит без признаков сознания. А это значит, что зверь испуган, растерян и зол до невменяемости. Его бы тоже в положительные… А как? Тыря, если поднатужится, вражину и убить сможет, есть пара приемчиков. Их до автоматизма не отрабатывали — поостереглись. А ну как заиграется маленькая? Но и забывать это упражнение не давали. Бивень в глаз в прыжке из подпространства смертелен даже в исполнении козявки. А нужна ли смерть этого зверя Раиму? И чего уж там, их величествам.

В это время Тыря прыгнула. Прыгнула вполне удачно, но ожидаемо свалилась.

Публика вскочила с мест, над ристалищем шелестело:

— Так не бывает!

— Еще раз, — забывшись Ольга орала вслух на русском. Массивный нгурул разворачивается по дуге, чтобы ринуться в новую атаку, — мухой, але-ап, кто там!

На миг шелест перешептываний прекратился и стало слышно, как натужно скрипит песок под огромными лапами.

Щена выпала из-под пространства прямо на спину бегущему и долбанула бивнем прямо в темечко — точно так, как показала в мыслях дорогая подруга. Шутливая команда «кто там» родилась на хуторе, в память о незабвенном Простоквашино. Тогда предоставленная сама себе щена шлялась по дворам и выпрашивала пуйфинов. Выпрыгивать из пустоты в тесных помещениях ей было строжайше запрещено, а вот вежливо постучать бивнем по ступенькам крылечка… Когда начались тренировки, лафа закончилась. А теперь вдруг вспомнилось.

Игра Тыре понравилась. Тюк.Тюк.Тюк. Трибуны ревели, а вражий нгурул взбеленился окончательно. От Свапа пришла волна острой тревоги. Оля как-то поняла, чего страшится вожак. Бесконтрольный зверь может перекинуться в боевую форму, и тогда хана. На Олину растерянность — что делать-то? — пришел ответ-образ. Раим продолжал изматывать хамоватого Вита и успевал отслеживать Тырино циркачество. Сумел и совет через Свапа дать.

— Бегом. Мухой. Бегом. Мухой, — без особой нужды руководила Ольга. Игрой в догонялки щена владела в совершенстве. Ходить через пустоту в полшажочка большие звери не умели, поэтому вражина гнался за Тырькой во все четыре, гнался во весь опор. И каждый раз, когда казалось что вот-вот, вот сейчас страшные зубы ухватят беглянку хотя бы за хвост, и публика обмирала от страха, маленькая хулиганка ныряла в пустоту, чтобы вынырнуть через три шага дальше. А потом дикая гонка продолжалась снова и снова. Даже публика уже поняла, чего добивается наездница нгурулы, но остановить обезумевшего от ярости зверя было некому. Жесткий удар огромного тела о гудящую от защитной магии решетку. Той самой, особой магией, которая единственная действовала на всех живых, включая нгурулов, болевым разрядом и единственная была способна удержать обезумевшего боевого зверя. От удара длиннющая, с толстенными металлическими прутьями решетка содрогнулась, но уникальный артефакт устоял. А вражина нет. Оля смотрела на бронзово-медную тушу и все ждала, что нгурул вскочит. Свежи еще были в памяти метания осиротевшего Раша. Но то ли удар был слишком сильным — лобешником да в стальные прутья, то ли беспамятство хозяина так подействовало, но страшный зверь, похоже, приобрел-таки «положительные» свойства.

Все смотрели на драму большого зверя, и мало кто обратил внимание, что Шенол спокойно стоит рядом со Свапом, а его мечи покоятся в ножнах за спиной. Этот поединок тоже был закончен. Раиму хватило мудрости не лишать измочаленного Вита сознания, чтобы не провоцировать еще один забег или того хуже, бой взрослых нгурулов. Лечить Виту будут не только отбитые «бубенчики», но и наполовину отрубленную руку. Даже для целительской магии не просто и не быстро, а значит, Вит больше не появится на ристалище в качестве бойца. Один из лучших, говорите, лавэ Меток?