Чтение онлайн

Григорий вернулся и снова взял ракетку, как единственное доступное им оружие. Морозов велел ему посторониться, давая понять, что не стоит стоять напротив двери. Мало ли… Преступник может быть вооружен и начать палить, осознав, что его обнаружили. Поэтому, распахнув резко дверь, Морозов сам тоже спрятался за шкафом, прижимаясь к нему.

Выстрелов не последовало. Никакой реакции вообще, как если бы внутри было пусто. Морозов осторожно заглянул в небольшую комнату. Григорий сделал то же самое.

– Женя? – удивился он и попытался шагнуть к жене, но Морозов удержал его на месте.

Женя развалилась в кресле у окна, запрокинув голову на его спинку Ее глаза сначала показались закрытыми, а сама она – спящей, но потом Морозов разглядел, что веки ее лишь полуопущены. Под ними виднелись безжизненные глаза.

Жена Григория была мертва.

Сначала Григорий ничего не понял. Лишь в раздражении посмотрел на Морозова, мол, чего ты меня держишь-то? Однако через секунду выражение его лица переменилось, он снова перевел взгляд на жену и дернулся к ней с большей силой.

– Женя!

Морозову удалось удержать его и в этот раз, хотя это оказалось нелегко, все-таки Григорий – довольно крупный мужчина.

– Не надо! – осадил его Морозов все тем же приказным тоном, надеясь, что тот и сейчас поможет. – Не подходи к ней. Ты ей уже ничем не поможешь, а важные улики можешь затоптать.

Трудно было сказать, что подействовало больше: суть слов, тон, которым они были произнесены, или просто осознание случившегося, заставившее Григория безвольно обмякнуть, но рваться к жене он перестал. Его лицо скривилось, как у человека, готового заплакать, глаза, неотрывно смотрящие на жену, заблестели от слез.

– Женька… – выдохнул он тихо, качая головой. – Как же так?..

– Идем, – велел Морозов, оттаскивая его от двери и подталкивая к выходу из мансарды. – Надо собрать всех. Оставаться по одному теперь небезопасно.

Григорий рассеянно кивнул, хотя Морозову показалось, что тот не до конца понял сказанное. Однако главное он уловил и послушно спустился по лестнице, позволил направить себя к холлу.

Морозов чуть задержался, когда они оказались рядом с дверью санузла, открыл ее, щелкнув выключателем, заглянул внутрь. Там, конечно, было пусто.

– Что случилось? – Встревоженный голос Дарьи прозвучал с порога их комнаты: она со страхом и любопытством высунулась в приоткрытую дверь.

– Выходи, надо собрать всех внизу, – велел Морозов в ответ, не торопясь ничего объяснять. – Только подождите, не уходите без меня, вместе спустимся.

Говоря это, он уже стучал в дверь комнаты Вероники. Не дожидаясь ответа, нажал на ручку и вошел.

– Вероника! Вы здесь?

В комнате царила полутьма, горели только прикроватные лампы в самой спальне да свет за приоткрытой дверью санузла, но Вероника довольно быстро откликнулась и вышла на его зов.

– Да, а что?

Она была бледна и выглядела больной. Возможно, оказавшись здесь одна, еще плакала, но сейчас ее лицо и глаза были сухи.

– Что-то случилось? – спросила Вероника напряженно, увидев его лицо.

– Да. Идемте, надо собрать всех в одном месте.

Она тяжело сглотнула и спросила:

– Кто еще?

– Женя, – машинально ответил Морозов, лишь потом слегка нахмурившись.

Однако сейчас было не время разбираться. Ему не хотелось надолго оставлять Дарью наедине с Григорием. Поэтому он просто шагнул к Веронике, взял ее под локоть и повел к выходу из комнаты. Она, в общем-то, и не сопротивлялась.

– Давайте вниз, в гостиную, – велел Морозов всем, снова оказавшись в холле. – Не задерживаемся!

Григорий пошел первым, за ним Морозов подтолкнул к лестнице Веронику, а Дарья принялась спускаться только вместе с ним.

У подножия лестницы их встретила Олеся. Она выглядела почти так же бесстрастно, как во время их разговора, но слегка сдвинутые к переносице брови выдавали то ли напряжение, то ли недоумение.

– Что происходит? – спросила она, но Григорий и Вероника проигнорировали вопрос и прошли мимо.

– Что вы здесь делаете, почему вышли из комнаты? – спросил Морозов таким голосом, словно Олеся тем самым нарушила пару десятков законов.

В ответ та лишь дернула плечами и развела руками.

– Услышала, что наверху что-то происходит, вот и вышла! В чем дело?

– Идите в гостиную вместе с остальными, я сейчас все объясню, – пообещал Морозов, а сам направился в кабинет к Павлу.

Последний был на месте: лежал на кушетке и, кажется, дремал. По крайней мере, это объясняло, почему он на шум и суету никак не отреагировал и не вышел из комнаты. На полу у кушетки стоял пустой стакан, а на столе – бутылка виски, содержимого в которой стало заметно меньше, чем было, когда Павел забирал ее с собой.

– Эй, вставай! – Морозов потормошил его за плечо.

– М? – Павел распахнул глаза, но далеко не сразу смог сфокусировать взгляд на Морозове. Когда ему это удалось, он нахмурился, словно не узнал его, а потом заметно напрягся и не слишком четко выдохнул: – Че такое?

– Общий сбор, – лаконично объяснил Морозов. – Вставай!

Павел тихо и весьма витиевато выругался, сел на кушетке, потер глаза и несколько неловко встал, слегка пошатнувшись. Однако к двери направился весьма уверенно: дезориентация после резкого пробуждения почти прошла.

Вскоре все шестеро оказались в гостиной. Григорий, сжав голову руками и упершись локтями в колени, сидел на диване. Олеся, скрестив руки на груди, стояла у окна, а Вероника и Дарья – рядышком у елки. Они явно о чем-то говорили, но замолчали, едва Морозов вошел вслед за Павлом. Тот сразу тоже плюхнулся на диван, явно не чувствуя в себе сил долго стоять.

– Так чего случилось-то? – спросил он, обводя собравшихся мутным взглядом. – Где Женька?

– Женя мертва, – негромко и нарочито спокойно сообщил Морозов, стараясь следить сразу за всеми, чтобы понять реакцию каждого. – Убита, как и Марк. Это означает две вещи: во-первых, Марк был не единственной целью убийцы, а во-вторых, убийца где-то рядом, а точнее – в доме. Поэтому никто больше не остается один. Это понятно?

Пять пар растерянных, испуганных глаз молча уставились на него, ни у кого не нашлось ни слов, ни даже междометий, чтобы как-то отреагировать. Через несколько секунд оставшиеся в живых друзья смогли лишь переглянуться, словно спрашивая друг у друга: «Ты понимаешь, что вообще происходит?» Однако ответа ни у кого не было.

– Хорошо, вижу, что понятно, – тихо добавил Морозов и направился в кухню за новой парой перчаток. Первую он выбросил, когда снял.

– Постой, куда ты?!

Дарья схватила его за руку, когда он вернулся в гостиную и направился к выходу из нее. Морозов ободряюще улыбнулся ей.