Чтение онлайн

Придя в себя, он не смог больше оставаться здесь, не видя никого и ничего вокруг, он начал пробираться на балкон. Все что ему хотелось, это остаться одному.

Сгустившиеся сумерки, делали пространство объемней, оставшись, наконец, на едине с самим собой, он не сразу разглядел женщину, стоявшую в углу балкона. Миша уже хотел уйти, когда Энна повернулась.

– Не помешаю? – спросил он, делая несколько шагов в ее направлении.

– Нет, конечно.

Они постояли молча, всматриваясь в темноту. Он положил руки на холодные каменные перила, и это прикосновение немного успокоило безжалостно колотящееся сердце.

– Шикарный праздник – Энна говорила тихо, прислушиваясь к песням сверчков и птиц, в палисаднике под балконом.

– Это не моя заслуга.

– Как ты?

– Плохо, - так вышло, что она стала единственным человеком, которому он готов был сказать правду, вот так сразу, не раздумывая и не взвешивая.

Энна не ответила, лишь положила свою ладонь на его руку, сжимавшую перила до побелевших костяшек.

И опять толпа мурашек в испуге разбежалась по их телам. Прячась на спине и шее, заставляя тело вздрогнуть от искр, появившихся в глазах от этого прикосновения.

– Нельзя опускать руки – прошептала Энна, завороженно рассматривая, как сплетаются их пальцы.

– Нельзя, - прошептал он, наслаждаясь ее прикосновением.

Тишина, висела вокруг них непроницаемым заслоном, испуганные мурашки разбегались по телу и то и дело выглядывали, что бы убедиться – это не сон, так действительно бывает!

Они стояли поглощенные собственными ощущениями, лишавшими мыслей. Не заметив, как на балкон вышел Саша, как померкла его улыбка. Никто из них не повернулся на звук разбивающегося о мраморный пол бокала.

Сердце дрожало и падало, от его близости. Спазм сжимал горло лишая возможности говорить, но сказать было не чего. Сила, с которой встрепенулось сознание, от дружеского прикосновения, обездвижила тело и лишила мозг способности мыслить.

С усилием воли она отняла руку. И ушла, не проронив ни слова. Оставив за собой ароматный след духов. В комнате было шумно, лица мужчин, женщин и детей сливались в одну картину. Сердце то бежало куда-то, то останавливалось, и эхо его ударов отдавалось в ушах.

Саша стоял на кухне, спиной ко всем опираясь руками на стол.

– Поехали домой – прошептала она, обнимая мужа и пряча лицо на его широкой спине.

– Поехали – его голос был лишен красок. Сухой и далекий, казалось, что его обладатель стар как этот мир.

Они ехали молча, такси подвезло прямо к подъезду, и так же молча поднялись в лифте домой.

В темноте квартиры и ее тишине, она осталась один на один со своими мыслями, не желавшими расходиться по своим местам, чувствами и ощущениями, сбившимися перепуганными пташками.

– Обними меня – она прижалась к мужу, не дав включить свет. Они так и стояли в темном коридоре, и она слушала, как равномерно бьется его сердце. Он хотел разжать руки, но она не отпустила его.

Энна вдыхала аромат его одеколона, смешанный с запахом тела. Как она любила раньше вот так, вдохнуть, уткнувшись носом в его рубашку. Но теперь этого стало мало. Хотелось большего, хотелось другого… чужого.

Она подняла руки и начала расстегивать пуговицы на его рубашке, а он так и стоял, не поощрял и не останавливал, просто наблюдал.

– Поцелуй меня – попросила она, и он выполнил ее просьбу, заставляя сердце успокоиться и забыть ту боль, что преследовала его весь вечер. Она здесь, с ним, позволяет обнять себя. «Все хорошо, все будет хорошо». Но в глубине души звучал голос, мешавший ему, нашептывающий, что хорошо уже никогда не будет.

Когда она проснулась ночью, в комнате было темно, но света от бивших в окно фонарей хватало, что бы видеть спящего рядом мужа. Он лежал на боку, обнимая подушку. Энна провела рукой по его спине, обвела маленький шрам под лопаткой, родинку на пояснице. Он пошевелился, и она убрала руку, не желая будить его. Энна прикрыла глаза рукой, и сердце подпрыгнуло, когда, носа коснулся аромат, чужой аромат, чужого человека. Рука до сих пор хранила тонкий и спокойный аромат Мишиного одеколона.

***

– Не нужно, я сама, - Марина встала пораньше, что бы приготовить завтрак. С тех пор, как муж вернулся из больницы, она старалась измениться. Стать такой, какой он хотел ее видеть. Не обращала внимания на его придирчивость. Улыбалась, когда он ворчал. «Он не видит моих усилий, не помнит, какая я была, и не понимает, что я пытаюсь измениться».

Она приготовила тосты, омлет с овощами, накрыла стол. Когда вышел Миша, она заварила чай.

– Доброе утро, - он не понимал, что происходит. Стасик говорил, что готовит Ольга, но Марина всегда сама на кухне, когда он выходит.

– Доброе, - она взяла тарелку, и Миша не удивился, когда увидел вилку, на которую она сверху положила омлет. Он промолчал, но она умудрилась туда же положить и салат.

«Кухня – это не ее» - констатировал он.

– Дай мне, пожалуйста, другую вилку, а то эта вся в еде – он искренне старался говорить ласково, но она все же обиделась.

– Знаешь, наверное, это действительно безнадежно – она подала чистую вилку, и села напротив.

– Что безнадежно.

– Я, ты. Не могу я. Понимаешь?
– ей хотелось сказать, что она все это время пытается измениться, старается для него, прося взамен лишь малейшего одобрения.

Он молчал.

– Прости Миш.

**

Марина проснулась поздно, на часах было уже практически двенадцать. Встав с кровати, она накинула длинный белый шелковый халат. Что-то изменилось в комнате, присмотревшись, она заметила. Чемодан. Его не было. Значит Миша ушел.

– Доброе утро, - она вышла на кухню, и Ольга сразу же поставила перед ней большую чашку капучино.

– Доброе, Марина Львовна.

– А где все?

– Михаил Игоревич ушел с утра, Стасик тоже. Антон гуляет.

– Ясно.

Входная дверь открылась, и неожиданно для Марины в кухню зашел Миша.

– Доброе утро.

– Доброе, – отозвались жена и повар.

– Михаил Игоревич, чай, кофе?

– Кофе, с лимоном.

Он сел напротив жены. Ольга поставила перед ним кофе с лимоном и удалилась.

– Ты вернулся?

– Я не уходил.

– Где чемодан?

– В шкафу.

– Что так?

– Марин, ради детей я готов попробовать еще раз. Я хочу изменить все, понимаешь?

– Еще раз. Ради детей. – она повторила его слова и слегка улыбнулась, - знаешь, сегодня утром я проснулась и увидела что чемодан больше не стоит в углу. Как ты думаешь, какая первая мысль появилась в моей голове? Какое чувство я испытала?