Чтение онлайн

— Вот, — протягиваю стакан. — Айяка приготовила, а я не хочу… не смогу и глотка сейчас выпить, наверное.

Рики коротко улыбается. Черные глаза полны тревоги. Обводит по ободку граненое стекло, касается тетрадей. Пальцы ненадолго зависают над обложкой прежде, чем открыть, достать сложенный до пухлого прямоугольника лист кальки.

— Восьми.

— Что это? — в гуще слоев видны заштрихованные фигуры и цифры.

— Кагта белых пятен, о кото-ых не знают в Унивеситете. Выбеите любое, чтобы сп'ятаться.

— Метки покажут, где мы.

— Нет, — Рики поднимает брови. — Ты не знаес? Белые пятна дгобят и исказают сигналы от меток. Попавшие в зону помех отобазаются с'азу в десятках мест по всему мииу, пг'ичем дажзе спустя некотоое въемя после выхода из пятна. Совет сгазу поймет, в цем пъичина, и отпгавит искателей пгочесать известные им пятна. Вам стоит занять дугие.

— Нам? А ты? — Наас оборачивается, жестом показывает: идем. Киваю: сейчас. Рики должен сделать глоток.

— Я останусь. Вам понадобится человек внутги Унивеситета.

— Зачем тебе это?

Парень дует на чай. Долго смотрит на людей впереди. Хмыкает:

— Я всегда ненавидел магов.

— Что?…

— Не из гевности… зависти. Нет. Вы создаете чудовищ, котоых не хотите понимать. Вы загнали магию в дгемучие леса, запегли, как даконов под земгей. Вы месаете чудесам. Без вас они вегнутся. Постепенно, неского — чегез века, но нисего. Одназзды магия снова будет зыть среди людей. Я вегну ее.

— Чушь.

— Сто имено? Сто ты вообсе знаешь о магии? — кривится он.

— Больше, чем когда-либо поймешь ты, — улыбаюсь Илаю. Огненный маг хмурится, сжимает кулаки, но не подходит. Наблюдает.

Рики выдыхает:

— Туше, — надпивает зеленоватую жидкость.

— Значит, ты помогаешь нам из-за мира с тварями. Чтобы они были в безопасности.

— …а Унивегситет законсился. Без исследований огден быстго газвалится.

— Или найдет альтернативу.

Рики слепо улыбается:

— Я не позволю.

— Как?

— Не твоя забота. Вы должны спгятаться, чтобы Совет не нашел вас и не убил, нагушив миг. Займите белое пятно. Иг'айте в магию, пегеманивайте людей. Пусть Унивегситет опустеет. Ученые газбегутся, Совет гастегяет силу и сгинет. Охотники насладятся свободой и пгиключениями — бесплатными, пгавда, — Рики умолкает, встряхивает головой. Продолжает плавно, почти воркуя:

— Но ничего, найдут нормальную работу. Сейчас они перебиваются охранниками, грузчиками. Живут в общежитиях, едят бесплатно в кафетерии. Носят форму… а тут денег станет не хватать. Придется искать что-то солидней должностей вышибал в клубе, вспоминать, на кого учились до Университета. Там уже заведут новых друзей, семьи и нормальную жизнь, в которой со временем не останется места колдовству. Все закончится, даже огненные маги — вы уже исчезаете.

— Тогда никто не удержит тварей от нарушения мира, — его взгляд стекленеет. Непенф подействовал.

Если Рики говорит правду — сейчас я совершаю ошибку: наши цели пока совпадают. Но если он лжет, то представляет угрозу.

Он умен, изворотлив. Мог бы такой искренне привязаться к твари? По- настоящему мечтать вернуть миру жизнь, описанную в сказках и легендах? Вполне.

Но и привести Айяку к ученым смог.

Назвать имя. Стереть воспоминания:

— Максимилиан. Рамон Хайме. Члены Совета. Ученые. Администрация. Ты забудешь их слабости. Секреты. Мотивы. Перестанешь понимать. Доверять. Восхищаться. Запомнишь: Университет опасен для тебя. Маги опасны. Магия опасна. Непостижима. Безгранична. Она повсюду. Как ты и мечтаешь. Как ты и боишься, — расплескивая кипяток, стакан выскальзывает и разбивается об асфальт. Рики не замечает, хоть бледные кисти расцветают красными пятнами. — Ее больше, чем ты способен осмыслить — но не хватит, чтобы заполнить пустоту внутри тебя. Ты должен искать спасение вне чудес и драконов. Этот путь не для тебя, — встаю. Щелкаю перед его носом. Парень, вздрогнув, подскакивает. Судорожно отряхивает брюки:

— Твою мать!

— Обжегся? — замерев в неловкой позе, растерянно щурится:

— Я… да… ты что-то спашивала?

— Да. Я спросила: ты отдал Айю ученым потому, что думал — она маг огня? Хмурится. Поднимает тетради и прижимает к груди:

— Такие, как вы, не долзны сусествовать.

— Она была твоим другом.

Рики засмеялся:

— Дугом! Как будто я д'гужить хотел! — отступаю. Под ботинками хрустит стекло. Парень трет висок, глядит мимо. Осмысливает свою новую реальность.

— Возвращайся в дом. Тебе опасно выходить за барьер, — с шумом втягивает воздух. Повторяю напугавшее его слово:

— Опасно.

Прячу кальку с картой в карман шорт и перехожу дорогу.

— Что случилось? — спрашивает Илай. Обещаю:

— Потом.

— Да. У нас мало времени. Надо уничтожить старое заклинание, — говорит Наас. Откидывает тяжелую косу за спину. Волнение высветлило золотистый загар, прорисовав каждую веснушку. Белый как кость Илай протягивает закованную в перчатку руку.

Смаргиваю: призрак, нет — картинка, которую показывала мне девочка. Прозрачная фигура с отчего-то закрашенной в черное ладонью.

Даже улица — та.

— Птицы улетели, — Илай облизывает яркие от новых ран губы. Всматриваюсь в отражающее облака окно: фермы под арочной кровлей пусты.

— Они у фонтана, — предвкушают финал.

— Ненавижу, — шипит Наас.

— Пойдем, — смеется Янни и первым скрывается в сизом полумраке. Замороженная формула колется с сухим лязгом, вроде сминают консервную банку. Мария сбивается с шага, когда расчлененные трещинами линии впитываются в бетон. Мы обходим знак, продолжая дробить остистый скелет и пол подвала. С потолка сыпется известка. Наас отфыркивается и звонко чихает.

— Тут меня стошнило, — топчась по засохшей луже, счастливо сообщает Янни. — Надо тоже убрать. Почему не убирается?

Останки тварей исчезают без следа.

— Забей. Идем, — отмахивается рыжеволосый маг. Идем. В последний раз взбежать по узкой лестнице. Скользнуть сквозь столп пыльного света: полукруг окна выгнулся прямо на начерченных мелом чарах.

— Это тоже я сделал! — мальчишка хохочет, раскидывает руки и, изображая самолет, облетает полустершееся колдовство.

— Да. Ты молодец, — почти ощущаю жалящие брызги прибоя. Что случилось на озере в сосновом лесу? Сколько еще историй оборвалось в молчании мертвого города?

Снаружи Айяка застыла у размытого бурого пятна. Широкая юбка вьется в коленях: ветер усиливается. Магия или непогода? Облачный фронт подкрался совсем близко, вот-вот сомкнется.

Девушка вертит сияющий киноварью осколок витража.

Выкидывает, а Янни зачем-то подбирает.

Вон остальные — вдалеке, совсем крошечные. На ресницах повисают разноцветные блики, мешая разглядеть людей и запертую временем улицу.

Айяка спрашивает:

— Вы поговорили с Рики? Чего он хотел? Он странно себя ведет. Будто напуган.