Чтение онлайн

— Андрюшенька, сынок, оправился! — каркающим голосом загрохотала бабка.

По силе звука с ней никто не мог сравниться. Ее легко можно было услышать и с соседних улиц, и даже с другого конца футбольного поля. Ответ я не расслышала.

— Знамо дело! Мы ж всем миром за тебя молились. И за имуществом приглядывали, не боись. Я лично учёт всех визитёров вела, Лизавет Петровна не даст солгать. Комар у нас тут неучтенным не проскочил… Кстати, вот эта! — без всякого предупреждения старуха ткнула клюкой в мою сторону, — шастала к тебе каждый день.

Андрей обернулся. Я застыла в немом удивлении.

— Я сам её попросил, — сказал он, украдкой подмигивая. — Но спасибо вам, Таисия Тимофеевна, за проявленную бдительность.

Я попыталась обойти эту странно дружественную парочку, и тут баба Тося как рубанула словцом:

— Погоди кланяться, сначала с воровки спроси, кой ляд она со вчера на сегодня у тебя в доме орудовала. Целую ночь просидела, я аж глаз не сомкнула ни на минутку.

Я опешила от возмущения.

— И вовсе я не воровка, чего вы обзываетесь?

— А ты чего по чужим домам орудуешь, нахалка! — напустилась на меня соседка, грозя клюкой. Не знаю, в шутку или взаправду, да только выяснять не хотелось.

Увернулась от палки и ее безумной владельцы и шагнула в мрачную темноту подъезда. Вот и делай после этого добрые дела! До полуночи наводила порядок в чужой квартире аки золушка, а вместо благодарности получила обвинение в краже! Превосходно!

Кипя праведным гневом, никак не могла совладать с замком на входной двери. Пригнулась, чтобы заглянуть в замочную скважину, не застряло ли чего, как вдруг позади послышалось:

— Так ты спала на моей кровати?

Ага, и помяла её! Как в дурацкой сказке.

Рывком обернулась и уткнулась взглядом в сияющую физиономию.

— Нигде я не спала! — зашипела разъяренной кошкой и ткнула Андрею в грудь ключом. — У бабки заскок. Я приходила навести порядок и только.

"Ничего не крала, деньги свои можешь пересчитать и с чеками сравнить, я всё оставила на кухонном столе вместе со сдачей", так намеревалась закончить свою отповедь, но его указательный палец лёг на губы, обрывая поток слов.

— Я вовсе не против, малая, — вкрадчиво проговорил Андрей, и от его взгляда щеки разгорелись румянцем. — Мы как-нибудь повторим. А это, кстати, моё.

Не дав опомниться, он перехватил мою руку со связкой ключей, которой я грозилась проткнуть его грудь, и мягко забрал ключи. Так вот почему дверь не открывалась.

А потом меня догнало ещё большее смущение. Он и впрямь сказал, что мы что-то повторим? Мы?

Моему разочарованию нет предела. Кажется, будто меня обманули, обвели вокруг пальца и вместо обещанного и такого долгожданного подарка, на новый год я получила ЭТО. Полуметровую куклу в очаровательном белом платьице. Милое личико, пшеничные кудри, кокетливая шляпка и трость с музыкальной коробушкой вместо ног. Жмешь на кнопку, и кукла начинает кружиться на месте под пиликающую мелодию. Вот, что убивало меня больше всего — отсутствие конечностей. Мне не нужна красивая подставка с музыкой, я хотела настоящую куклу.

Да, за пару месяцев до семнадцатых именин мне вдруг приспичило заиметь куклу. Вот такая я инфантильная, ничего не поделаешь. Милке, вон, родители подарили настенную игру "Дартс", как она и просила. А почему к моему желанию отнеслись так поверхностно?

К слову, о подарках. Андрею я приготовила скромный, но интересный презент — томик Терри Пратчетта. Завернула в хрусткую бумагу, перевязала алой лентой и стала ждать случая вручить. По всей видимости, сосед отмечал начало года вне дома, и встретились мы ближе к Рождеству, столкнулись прямо у подъезда. Он парковал свой джип, а я со всех ног бросилась на четвертый этаж и вернулась назад с подарком.

Нежно прижимая к груди свёрток, набрала в грудь побольше воздуха и приготовилась произнести маленькую речь, когда всё окружение вдруг поплыло перед глазами.

Он был не один. С девушкой. Они разгружали забитый пакетами багажник, перешучивались и в унисон хохотали. Облачка пара кружились над головами.

— Ксюх, этот не бери, тяжёлый, — услышала я голос, любимый мною до каждой нотки. Голос предателя.

Андрей забрал у девушки пакет, просунул в ручки свою ладонь и свободной рукой обнял девицу за талию, привлёк к себе и поцеловал липкие от блеска губы.

Меня они не видели, потому что находилась за их спинами.

— Ты мой герой, — кокетливо отозвалась девица, — тогда давай мне вон тот с сувенирами и тортик. Ты его раздавишь своими ручищами.

Смотрю на этих двоих, на её красивую коротенькую шубку из норки, высокие белые сапоги и стройные коленки. Волосы цвета кофе с молоком распущены и картинными волнами ниспадают по хрупким плечам. Эффектная, ухоженная. Сглатываю тугой ком в горле.

Хлопнула крышка багажника, и я опомнилась. Бежать, куда глаза глядят, лишь бы подальше.

И плевать, что на мне тоненькая куртка и малоподходящие для снежных сугробов осенние туфли. Я ведь мусор пошла выносить, даже шапку не захватила. Вынесла, называется.

А она красивая. Высокая, нарядная. Совсем не такая, как те девушки, что появлялись прежде. Одета с большим изыском и будто совсем не пользуется косметикой. А те, что до неё, были выкрашены, словно попугаи. К ним я уже привыкла и считала кем-то вроде зверушек. От этой — Ксюши, так он её назвал, — за версту несло опасностью. Наверное, я поняла это неким женским чутьем, которым и пользоваться-то толком не умела.

— Стой, малая, стой! Да постой же ты, кому говорю!

Андрей вцепился в мой локоть и рывком развернул к себе.

— Ты что вытворяешь, а? Носишься по дорогам, как сумасшедшая.

Он говорил, а я ничего не слышала, и видеть его не хотела. Тошно.

Почти четыре года мы играем в эти странные кошки-мышки. То мы друзья, то какие-то намеки туманные, которые дают мне, глупой, надежду.

"Надежда — самообман, но это всё, что у нас есть. Она ходит по рукам, продавая свою честь. Эта лживая тварь пыль пускает в глаза, исчезая в тот момент, когда она так нужна… Я без надежды убит, тоской навылет прострелен, потому что я надеялся, а не был уверен".

Прав был Андрей Лысиков, более известный под псевдонимом Дельфин. Прав в каждом слове.

С удивлением заметила, что мы в паре кварталов от дома. Стояли посреди шумного проспекта, мимо мчались машины, сновали редкие прохожие.

Холодный воздух прочистил мозги, и я осознала, хоть и с огромным опозданием, какую несусветную глупость вычудила. Ну зачем побежала? Чтобы выяснить, бросится ли вдогонку. Выяснила, а дальше что? Вывалить перед ним вагон упрёков? К чему они.

Господи, сама себя загнала в угол. Нет, в тупик. Со всего размаху влетела в кирпичную стенку, и понятия не имею, как пройти сквозь эту преграду с достоинством.