Чтение онлайн

Эйдан удивился, заметив Амелию, но все встало на свои места, когда рядом с ней увидел черноволосую подружку. О да, эта была способна на что угодно. Редко думала наперед и считала, что ей нечего терять.

У Эйдана возникло к ним очень много вопросов, и он с трудом подавил желание задать их прямо сейчас. Он ведь обещал не оставлять Анни в театре одну.

Но какого демона они это устроили? И как рисковали! Сомнительное счастье — угодить на каторгу за шуточку прямо в тронном зале.

Эйдан устало потер лоб. Когда жизнь успела превратиться в сплошной бред? Его это не бесило. Смешило даже. С грустью он понимал, что не способен разозлиться на Амелию. А стоило бы, чтобы заодно преподать ей хороший урок. Но он увидел девчонку, и все, что ему теперь хотелось, — сжать в пальцах ее талию через тонкую ткань платья. Еще лучше — немного испортить то платье, чтобы коснуться нежной кожи без лишних преград.

Тьфу.

Эйдан погладил Анни по плечу, давая понять, что он еще здесь, а не в своих идиотских мыслях.

— Со мной что-то не так, — пожаловалась она, но голос прозвучал безразлично. — Кажется, я истратила все силы. Даже ауры не вижу.

— Тебе надо отдохнуть, это стресс, — начал Эйдан и вдруг осекся.

Поднялся с кресла, вглядываясь в толпу внизу. Анни тоже вскочила на ноги: она прекрасно знала брата и без слов понимала его поведение. Он почуял опасность.

— Что такое?

— Ничего, — медленно отозвался Эйдан, растягивая звуки. — Нет, Анни, дело не в тебе. Я не чувствую ничего.

— Запаха давно нет.

С ужасом Эйдан понял, о чем она говорила. Вокруг них оставалось множество магов, а он больше не ощущал их стихии. Как будто все исчезло, но на смену не пришло ничего. Никто не замечал: зрители слишком увлеклись представлением, а актеры — игрой.

Эйдан уже встречал такое. В догорающей усадьбе месяц назад. Тогда он тоже не ощутил… ничего.

Не раздумывая, он подхватил сестру на руки и выскочил в коридор. Не тратя время на поиски выхода, остановился у ближайшего окна и разбил его. Казалось, на счету каждая секунда.

Так и было.

— Лети, — приказал он ей.

— Куда? — пискнула Анни.

— Наружу, немедленно! — рявкнул он. — Задавай вопросы оттуда.

Она послушалась, и Эйдан подсадил ее на подоконник. С души упал камень, когда Анни расправила крылья и зависла перед окном, не касаясь его.

— Обернешься полностью — и не успеешь замерзнуть. Нужно привести помощь.

— Какую? Куда мне лететь?

Куда он мог послать ее? Эйдан лихорадочно соображал. Спасать их бросятся и без нее, а лезть им под руку бессмысленно.

Они не станут слушать девчонку, не станут отвлекаться на нее, будь она хоть трижды драконом.

— В полицейский департамент, — решил он. — Лети. Найди дознавателя, который приезжал в Восточную академию месяц назад по делу Эйдана Конте. Скажи ему, что все повторяется здесь. Скажи, что, если будет взрыв или огонь, его не затушить, пока все не догорит само. Не нужно тратить время на пламя — только на спасение зрителей.

— А ты?

— Я останусь. Лети.

Эйдан покачал головой. Вопрос вообще не требовал ответа, даже не будь здесь Амелии. Его долг — помогать. Вытаскивать людей. Как обладатель стихии огня, он продержится дольше остальных. Эйдан еще не знал, что происходит, но чутье предупреждало о худшем. Прежде чем поднимать панику, он должен был найти источник опасности, потому что в его наличии был уверен и так.

Но сначала — она.

На улице я очутилась в одном платье, пальто осталось далеко, где-то в недрах большой гардеробной первого этажа. Я цеплялась за мысль о холоде, который должен был вот-вот охватить меня. Но и он не приходил. Ничего нормального и правильного не существовало в эту ночь.

Люди не регулируют свою температуру, как и не обладают повышенной способностью к регенерации. Я вдруг подумала, что если сейчас с моей магией опять что-то произойдет, то замерзну до смерти и даже не замечу. Но я не ощущала ничего плохого. Более того, чувствовала себя совсем как раньше и отчего-то точно знала, что, если сейчас начну злиться или попытаюсь кого-то вылечить, мой резерв начнет привычно расти. Впервые это успокаивало, а не напрягало.

Мы так долго спускались, что, казалось, уже должны были достичь подземелья. В воображении всплыли тюремные камеры и каторжники. Интересно, какое наказание полагалось за срыв смотра во дворце? Лучше не знать.

Затем мы снова поднялись, протиснулись в дыру прямо в стене и оказались на улице. Эйдан поставил меня на снег и принялся осматривать.

Я задрожала, но не от холода. Мне все еще чудились чешуйки на теле, хоть я и успела убедиться в их отсутствии, быстро взглянув на свои руки. Слишком живы были воспоминания о тронном зале и всех этих людях. О драконах, что рассматривали Аланнис. Обо всем, что они говорили, не стесняясь и не приглушая голоса.

Магический комитет мог считать полукровок чудом, но они судили со своей стороны. Для них такие, как я, представляли научный и селекционный интерес. Для остальных мы были мерзостью.

«Ошибка древней магии», — так они говорили. Зачастую — еще и плоды измен.

Конечно, теперь у меня были основания предполагать, что Эйдан отнесется к моей истории иначе. Возможно, я даже

расскажу ему все. Но как-нибудь потом, в безопасности и если мы еще хоть раз останемся вдвоем.

Но все же… я бы предпочла остаться человеком. Жить так гораздо проще.

В груди тут же собрался клубок недовольства, сдавливая легкие и мешая нормально вздохнуть.

— С ним, — пообещала я. — Настолько, насколько будет зависеть от меня. К сожалению, от меня зависело не все.

— Ты что-то сказала? — наклонился ко мне Эйдан.

— Нет.

Он стянул с себя пиджак и накинул мне на плечи, будто заворачивая в свое тепло. Заправил мои волосы за уши. Движения казались дерганными и какими-то нервными. Эйдан сам не знал, что хочет сделать. Или не решался сделать на глазах у всех?

Обхватил мое лицо руками и коротко коснулся губ своими. Больше походило на извинение, чем на поцелуй.

— Подожди здесь, хорошо? Мне нужно поговорить с сестрой, — вдруг попросил Эйдан и побежал прочь.

Я подняла руку, растерянно провела пальцами по губам и посмотрела Эйдану вслед. Чуть поодаль на землю опускался красивый темный дракон.

С сестрой…

Я обняла себя за плечи, борясь с внезапным оцепенением. Вокруг были люди. Много людей. Те, кто еще мог, брели прочь.