Чтение онлайн

— Боже, Отригг, очнись! — я начала легонько шлёпать мальчика по щеке дрожащей рукой, пытаясь привести его в сознание. Внезапно на моё плечо легла чья-то тяжёлая рука, заставляя меня вскрикнуть от неожиданности и резко отпрянуть. — Спокойно, это я, — возле меня сидел Рагнард и вытянул руки ладонями вперёд, пытаясь успокоить меня. Он посмотрел на мальчика и нахмурился. — Я думал, ты уже не очнёшься. — Ч... Что? — я ошарашенно продолжала смотреть на него, совершенно не понимая, что происходит. — Почему ты в моём... видении? Я была в полном недоумении, ведь это был первый раз, когда кто-то вмешивался в мои видения, и это очень сбивало с толку. Рагнард задумчиво нахмурился и долго смотрел на меня, словно пытался подобрать нужные слова. Затем он встал на ноги и подошёл к мальчику. Достав кинжал, он порезал палец и начал вырисовывать руну на одежде Отригга. Я следила за его движениями, как завороженная, в ожидании хоть какого-то ответа. Закончив рисовать руну, Рагнард надел перчатки и подхватил Отригга, взяв его себе под мышку.

— Когда ты потеряла сознание, я всячески пытался привести тебя в чувство, но внезапно ты резко встала и пошла в лес. Я пытался говорить с тобой, но ты молчала, будто и вовсе не замечала меня. Просто смотрела вперёд и шла, ни на что не реагируя, — он нервно дёрнул челюстью, снова посмотрев на меня своим серьёзным взглядом. — Естественно я решил проследовать за тобой. Я продолжила сидеть на земле, внимательно слушая его слова и пытаясь осознать, как такое возможно. Я ведь отчётливо помню, что, когда пришла в себя, вокруг никого не было. — Как это возможно? — пробормотала я себе под нос, переводя взгляд на мальчика. — Вставай, — он подал мне руку. — Нам нельзя здесь надолго оставаться. От духов я поставил защиту, а вот от хищников придётся самим отбиваться. К тому же, — он замолчал на мгновение, задумавшись, — возможно, нам понадобится помощь вёльвы. Не до конца понимая, о чём он говорит, я попыталась встать, опираясь на его руку, и почувствовала, как колени подгибаются от слабости. Но нужно было идти вперёд, времени на размышления не оставалось.

Когда я поднялась на ноги, голова закружилась от резкого движения. Рагнард мгновенно подхватил меня за локоть, удерживая от падения, но его внимание было приковано к Отриггу. Тело мальчика казалось безжизненным, и, хотя видимых ран не было, его состояние вызывало у меня лёгкую панику. Как он здесь оказался? Почему один? Мысли метались в голове, усиливая чувство тревоги. Только что рядом со мной никого не было, кроме птицы. — Как он мог сюда попасть? — я судорожно сглотнула и начала озираться вокруг. Неужели тот человек замешан в этом? А куда подевалась птица?

— Сейчас не время, — сухо отрезал Рагнард, напряжение отчётливо читалось на его лице. — Надо как можно быстрее вернуться в город. Потом всё узнаем. Я кивнула, стараясь собраться с мыслями, но внимание неожиданно привлекла окружающая природа, которая вдруг ожила в моих глазах. Шорох листвы под ногами, шёпот ветра, вой волков вдалеке — всё это наполнило воздух новыми оттенками и звуками. Почему я раньше не замечала этого? В видениях всё было менее ярким и живым. Рагнард дёрнул меня за руку, возвращая к реальности. — Не отвлекайся, всё потом, — он кивнул на мальчика, затем в сторону, указывая путь, и направился вперёд, потянув меня за собой. Мы двигались через лес, ноги взбивали пушистый снег, изредка натыкаясь на ветви деревьев. Я оглядывалась по сторонам, словно надеясь найти ответы на свои вопросы в первых лучах солнца, проникающих сквозь густую листву. Очертания деревьев становились всё отчётливее, но каждый раз мне казалось, что из-за них выпрыгнет кто-то, или я снова увижу чей-то силуэт. С каждым шагом моё сердце замирало в ожидании чего-то неизвестного. Хотя рядом с Рагнардом мне, вероятно, ничего не грозило, тревога не покидала меня, и я продолжала внимательно осматриваться, стараясь не терять бдительности. Рагнард тоже был напряжён. Его острый взгляд метался из стороны в сторону, высматривая врагов. Было видно, что он прислушивался к каждому шороху, каждому необычному звуку, готовый в любой момент ринуться в бой. На мгновение мне показалось, что он весь стал больше, как медведь, готовый защищать своё. Мои мысли невольно вернулись к вёльве, о которой упомянул Рагнард. С чем она может помочь? Может, это что-то вроде местной шаманки или ещё кого-то? Тогда почему я ничего не слышала о ней? Когда мы наконец вышли к опушке леса, напряжение в Рагнарде заметно ослабло. Его движения стали более расслабленными. Именно в этот момент я решилась задать вопрос, который не давал мне покоя. — Кто такая вёльва? — стараясь вспомнить, слышала ли я ранее что-то об этом. Рагнард сбавил шаг, его взгляд на мгновение встретился с моим. — Провидица, — он остановился и дёрнул головой, словно услышал что-то в кустах. Я невольно дёрнулась вместе с ним. Но он почти сразу двинулся дальше. — Она обладает особым даром видений и предсказаний. Может видеть то, что скрыто от обычных глаз. — А почему мне никто ничего о ней не рассказывал? — удивление звучало в моём голосе. Я нахмурилась и попыталась освободить руку из его хватки, но он держал меня слишком крепко. — Она ведь могла бы мне помочь. — Потому что другим не стоит знать, что одна из вёльв живёт в наших краях. Это может плохо кончиться. Их очень мало, и многие захотят использовать её силу в корыстных целях. Мы не можем этого допустить, — Рагнард крепче прижал меня к себе и ускорил шаг. — К тому же, это небезопасно. Логично, раз у них такой дар, всякий захочет воспользоваться их способностями. Но вдруг она сможет помочь мне понять мои видения и странные события вокруг? Эта мысль зажгла во мне искру надежды. — Где она живёт? — спросила я, в голосе прозвучало воодушевление. Если бы Рагнард не так крепко держал мою руку и не двигался такими рывками, я бы пошла в припрыжку. Он замедлил шаг, нахмурился и дёрнул головой, словно пытался сдержать эмоции. — На Ветренной скале, — ответил он, челюсть его сжалась, будто ему не хотелось продолжать разговор. — Но чтобы она согласилась помочь, нужна жертва. Жертва? Моё сердце замерло. Я попыталась встретиться с взглядом Рагнарда. — Какая ещё жертва? — удивление пробивалось сквозь мой голос. — Неужели нужно убить кого-то?! — Нет. Но вёльвы забирают одну из девушек на свой выбор к себе в ученицы. Я задумчиво посмотрела вперёд. — Не понимаю, разве это плохо? Она ведь станет, ну... особенной, — в моём голосе прозвучала нотка непонимания. — Нет, Элла, эта девушка станет отшельницей, — Рагнард строго взглянул на меня. — Она больше не сможет вернуться в город, увидеть близких и жить как все обычные люди. Она станет следующей вёльвой, а я не могу позволить этому случиться с одной из наших. Я медленно кивнула, пытаясь переварить услышанное, и сжала губы. Мне больше не хотелось продолжать разговор, и, похоже, Рагнарду тоже. Я подняла голову и увидела, как все воины стояла у палаток, их силуэты выделялись на фоне заснеженного пейзажа. Сердце пропустило удар. Они нашли колдуна? Мы с Рагнардом обменялись взглядами. Когда мы подошли ближе, воины что-то бурно обсуждали. Некоторые касались оружия, другие жестикулировали, выражая свои мысли и беспокойство. Их взгляды напряжённо метались, словно каждый пытался донести что-то важное. Нас заметил Ингвар, он махнул рукой, выходя из толпы. Увидев тело своего младшего брата в руках у Рагнарда, глаза его расширились, и он ринулся к нам. Остановившись возле нас, он посмотрел на брата, затем на нас. — Что произошло? Он жив? — Ингвар забрал Отригга из рук Рагнарда, его лицо наполнилось смесью волнения и гнева, пока он осматривал его. Убедившись, что пульс есть, он тяжело выдохнул, опустив голову. — Жив, остальное расскажу по дороге. Нам нужно вернуться в город, — ответил Рагнард, осматривая всех вокруг. — Вы нашли его? — Нет, — Ингвар небрежно провёл рукой по волосам, взъерошив их. — Понятия не имею, как он так быстро смог ускользнуть. И как вообще выжил в лесу? Это ведь невозможно. — Вот и мне интересно, — задумчиво добавил ярл. — Отригг ведь тоже как-то выжил, — я посмотрела на мальчика. — Может быть, это колдун его сюда притащил? — К сожалению, мы этого пока не узнаем, — из толпы вышел Йорунн, его обычный озорной оскал сменился серьёзным выражением лица, а низкий голос звучал грубее обычного. — Мы прошерстили весь лес поблизости, но эта падаль сбежала. Я нашёл только это, недалеко отсюда, — он показал маленький кусок тёмной порванной ткани. — Этот выродок, скорее всего, зацепился за дерево, пока сбегал. Йорунн подошёл ближе, протягивая ткань. Рагнард взял её и внимательно осмотрел, словно пытался найти какую-то подсказку. Но его досадливое выражение говорило о том, что всё бесполезно. — Надо возвращаться, — Ингвар сжал кулаки, его лицо стало ещё мрачнее, когда он снова посмотрел на Отригга, который всё ещё был без сознания. Ещё бы, его брат чуть не погиб, и неизвестно, что с ним произошло. — Верно, — резко сказал Рагнард, затем крикнул всем остальным. — Возвращаемся! Под его руководством дружина начала быстро разбирать лагерь. Воины суетились, снимая шкуры с палаток, складывая снаряжение и готовясь к отъезду. На каждом из них была заметна смесь облегчения и тревоги. Они словно радовались, что наконец-то могут покинуть это место. Шум и движение наполнили воздух, и вскоре лагерь превратился в пустое место, где остались лишь следы нашего пребывания. Спокойная зимняя природа казалась невозмутимой, словно не замечала нашего ухода. Мы молча двигались, каждый на своей лошади, погружённые в мысли. Снег хрустел под копытами, ветер игриво трепал волосы, создавая лёгкую пляску снежинок в воздухе. Я время от времени оглядывалась на Отригга, который ехал вместе с Ингваром. Сам Ингвар выглядел как безжизненная статуя, на его лице не было той дружелюбной улыбки, к которой я привыкла. Мысли о том, что вёльва, вероятно, сможет помочь мне, не покидали голову. Может, она сможет разгадать загадку моих видений и помочь разобраться с мужчиной, угрожающим мне смертью. Но в голове звучали слова Рагнарда: эта помощь может стоить слишком дорого. Я не хотела ставить под угрозу жизнь другого человека. Страх навредить кому-то порождал внутренний конфликт между желанием получить помощь и страхом последствий. Погружённая в раздумья, я не заметила, как мы дошли до города. Проходя сквозь городские ворота, я ощутила себя, словно вернулась домой после долгого отсутствия, хотя прошёл всего день. На улицах, оживлённых и шумных, мелькнули знакомые лица. Я сразу узнала Бьорна, который спас меня и Грету — он стоял живой и здоровый. Теплота радости окутала меня. Рядом с ним стояла Грета с корзинкой, её улыбка была как луч света после долгого зимнего дня. Она помахала мне, и я ответила тем же. — Вы вернулись, — Бьорн обратился к Рагнарду и подошёл ближе. — Почему так скоро? — его взгляд упал на Отригга. — Что произошло? — Непредвиденные обстоятельства, — бросил Рагнард, его взгляд скользнул по окружающим. — Собери всех на совет, надо обсудить кое-что, — он кивнул воинам в сторону конюшни и направился туда же. Конюшни находились рядом с городскими воротами. Деревянное строение было добротно выстроено, с просторными стойлами и соломенной крышей. Воздух вокруг был пропитан запахом сена и прочими прелестями живой природы. Рядом с конюшнями располагался небольшой загон, где лошади могли отдыхать после долгих путешествий. — Подожди, — я схватилась за руку Рагнарда, управляющую лошадью, и обернулась. — Я же тоже пойду с вами? — На совет? — он нахмурился. — Да, я хочу присутствовать. — Нет. Я сам тебе всё расскажу, — серьёзно ответил он, и моя рука слегка дрогнула от раздражения, но я сдержалась. Мы дошли до конюшен, он передал коня конюху и помог мне спуститься. — Это несправедливо! Позволь мне пойти с тобой, это ведь касается и меня! — от возмущения я прикусила губу до крови. — Нет. — Почему нет? — Ты пойдёшь к лекарю, пусть он тебя тоже осмотрит, разговор окончен, — невозмутимо ответил он и потянулся, чтобы взять меня за руку, но я резко отступила, глядя на него исподлобья. Я заметила, как его плечи напряглись, он выдохнул и обратился к Ингвару: — Отведи их к Вальгарду. Когда Отригг очнётся, сразу сообщите мне. В моей голове кипели обида и разочарование. Почему он так упёрся? Это несправедливо! Я знаю, что могу принести пользу на собрании, могу высказать ему своё мнение, могу быть полезной. Как минимум я просто хочу посмотреть, как они проводятся. Ощущение беспомощности росло. Возможно, он хочет защитить меня, но это не оправдывает его действий. Я решила, что при первой же возможности попробую ещё раз убедить его, что я способна на большее. А пока мне нужно остыть. Грета, почувствовав моё напряжение, подошла ближе и положила ладонь на моё плечо. В её взгляде читалось сочувствие. — Ингвар, — Рагнард вновь обратился к нему. — Я знаю, не волнуйся.

Они заговорщицки переглянулись, и это разозлило меня ещё больше. Ну да, иногда моё поведение оставляет желать лучшего, но это ведь не значит, что я не учусь на ошибках!

Я отвернулась к Грете, скрывая эмоции, но чувство обиды находило отклик в сердце. — Пошли, — Ингвар взял брата на руки и перевёл взгляд на Грету, но она сделала вид, что не заметила этого. Поглядывая на Грету и Ингвара, я заметила, как напряжены они рядом друг с другом. Ингвар пару раз посмотрел в нашу сторону, но Грета упорно делала вид, что совершенно не замечает его. Это выглядело очень странно, учитывая, как хорошо они ещё недавно ладили. Интересно, что произошло между ними. Мы двинулись за Ингваром в сторону дома лекаря, Грета шла рядом и рассказывала последние сплетни. Я благодарила судьбу за неё — её присутствие хоть как-то разгоняло мрачные тучи моего настроения. Я обернулась, чтобы посмотреть на Рагнарда, и заметила, что он тоже смотрит на меня.

Глава 12

Мы шли по заснеженным улицам, и я так погрузилась в свои мысли о случившемся, что не заметила, как быстро подошли к небольшому дому с каменной кладкой, окружённому деревьями и кустарниками. Снег лежал плотным покрывалом на их ветвях, добавляя ощущение зимней сказки. Каждый шаг по хрустящему снегу напоминал о суровости настоящей зимы — холодной, безжалостной, но в то же время пронизанной волшебным покоем. Грета крепко держала меня под руку, словно опасаясь, что я могу упасть. Мысли о недавней ссоре с Рагнардом, как тяжёлые чёрные тучи, заполнили моё сознание, затмевая радость и покой окружающей зимней сказки. Каждое слово, сказанное в порыве эмоций, эхом отозвалось в моей душе, оставив лишь горький привкус бессилия. Меня снова оставили в стороне — это было несправедливо. Ингвар подошёл к дому и сильно постучал в дверь, удерживая другой рукой брата, который всё ещё находился без сознания и казался похожим на куклу. Эта ассоциация вызвала у меня неприятные чувства. Я стояла с Гретой немного позади, когда краем глаза уловила движение — тёмный силуэт промелькнул сбоку дома. Внутри меня начала нарастать тревога. Внезапный порыв ветра закружил снежинки в танце, заставив меня вздрогнуть. Я метнула взгляд в ту сторону, но там уже никого не было. Тёмный силуэт, мелькнувший на периферии зрения, был настолько неясен и призрачен, что я не могла быть уверена, было ли это реальностью или лишь плодом моего воображения. Я начала оглядываться вокруг. Люди, завернутые в тёплые меховые накидки, спокойно шагали по дорожкам, не обращая внимания на мои резкие движения. Рядом бегали дети, играя в снежки и строя маленькие крепости. Их радостные крики и смех, похожие на нежный звон колокольчиков, резко контрастировали с моим внутренним состоянием. Снег под их ногами хрустел, дополняя звуки общей зимней симфонии, которая, казалось, была безразлична к моим тревогам. Показалось? Нет, это слишком просто. Я уже поняла, что в этом мире не может что-то просто показаться. Всё имеет свой смысл. Мой взгляд снова метнулся в ту сторону, где я заметила тень, и сердце сжалось от нехорошего предчувствия. Она словно преследовала меня, будто добивалась своего, настойчиво оставаясь в укрытии, заставляя мои нервы натягиваться, как струны. Покажись уже, хватит прятаться, чёртов трус. — Ты чего? — обеспокоенный голос Греты вырвал меня из мыслей. Её взгляд, полный заботы, переместился туда, куда я только что смотрела. — Тебя что-то напугало?

— Нет, всё нормально, — ответила я, стараясь скрыть беспокойство, но ощущение зловещего присутствия не покидало меня. Нужно быть настороже. Словно не замечая нас, Ингвар снова постучал в дверь. Почти сразу раздался скрип, и дверь распахнулась перед нами. На пороге стоял мужчина преклонного возраста. Его лицо, покрытое глубокими морщинами, было беспристрастным, но в то же время свидетельствовало о том, что перед нами стоял упрямый и мудрый человек. Несмотря на возраст, его стойка, как у человека, которого не трогают недуги старости, заставляла его выглядеть гораздо моложе своих лет. Это особенно бросилось мне в глаза; я знала, как старость может изнурить человека, ведь сама ухаживала за своей бабушкой. Его длинные седые волосы ниспадали на его плечи, дополняя образ, а густая седая борода придавала ему вид мудреца. Особенно выделялись его синие глаза и шрам, пересекающий лицо от брови до щеки. Этот светлый, грубокий шрам, словно оставленный клинком, создавал жестокий контраст с его спокойным выражением лица. Он пристально посмотрел на Ингвара своими синими глазами, затем перевёл взгляд на Отригга, которого тот держал в руках, и, наконец, на нас с Гретой, но задержал его на ней. В этот момент выражение старца смягчилось, и на его лице появилась нечто вроде лёгкой улыбки.

Я незаметно бросила недоумённый взгляд на Грету. Девушка не отрывала взгляда от старца, и мне показалось, что на её лице отчётливо читался... страх? Сжав её ладонь крепче, я попыталась вернуть её к реальности. Грета, почувствовав моё прикосновение, часто заморгала и взглянула на меня с виноватым выражением лица. — Пришла-таки, — раздался низкий голос старца, от которого я вздрогнула и снова перевела на него взгляд. Он смотрел уже на меня, так же спокойно и учтиво. Он ждал меня? Мужчина приоткрыл дверь шире и завёл руки за спину, позволяя Ингвару внести брата внутрь. В проёме двери я увидела тёплый свет, мягко обволакивающий комнату и резко контрастирующий с морозным холодом снаружи. — Это он, верховный лекарь Вальгард, — тихо произнесла Грета, идя совсем рядом со мной, пока мы преодолевали порог чужого дома. — Он спас тебя, когда Рагнард впервые привёл к нам. Вальгард уже давно не занимается целительством — его замещает Хельмар, его ученик. Но лучшего лекаря на фьордах не найти. Он... — Грета осторожно посмотрела на старика, затем придвинулась ко мне вплотную, шепча на ухо: — Когда-то он был колдуном, и говорят, что даже с духами может говорить. Но он давно оставил магию и решил стать целителем. — Почему? — Никто не знает. — девушка пожала плечами, всё так же тихо отвечая. — Возможно, ему надоело быть изгоем, а может, он просто решил встать на правильный путь. Я слышала, что его молодость была очень... захватывающей. Я обернулась к ней, чувствуя, как в груди зарождается странное волнение, постепенно перерастающее в острое любопытство. Старик выглядел загадочно, этого не отнять, и его безмятежное лицо, словно он знал, что я приду, вызывало во мне противоречивые чувства. Его присутствие словно окутывало меня невидимыми нитями, одновременно настораживающими и притягивающими. Говорит с духами? А что, если он сможет мне помочь? Мы вошли в помещение, где пахло травами и жжёной древесиной, горящей в камине. В комнате было тихо, и каждый шорох казался громким. Дом лекаря оказался удивительно просторным и не был завален травами и склянками, которые я ожидала увидеть на каждом шагу. Вместо этого здесь царил порядок, каждая вещь находилась строго на своём месте. На стене висел древний гобелен, напоминающий тот, что висит в доме ярла. На нём были изображены ритуалы и старинные символы, придавая комнате особый шарм. В углу стоял большой дубовый стол, аккуратно уставленный книгами и свитками, рядом с которым мерцали свечи, освещая старые страницы. Их мягкое свечение придавало комнате золотистый оттенок, создавая впечатление, что свет исходил не только от свечей, но и от самих стен. Тени от пламени танцевали по гобелену, оживляя сцену, изображённую на нём. Я заметила изображения древних обрядов, в которых, судя по всему, участвовали шаманы или кто-то подобный, держащие в руках травы и какие-то штуки, похожие на артефакты. Я невольно залюбовалась домом, и напряжение, сковавшее моё тело, начало медленно улетучиваться. Сильное чувство усталости окутало меня, словно тёплое одеяло, и я слегка пошатнулась. Казалось, что тревога и страхи, которые я несла с собой, растаяли ещё за порогом, уступив место глубокому чувству покоя.

— Это просто слухи или...? — осмелившись задать вопрос, я произнесла его шёпотом, наблюдая, как Ингвар аккуратно укладывает Отригга на кровать возле камина. От безжизненного вида мальчика моё сердце сжалось, и тревога, казавшаяся ушедшей, вновь накатила, как холодная волна. — Конечно, это могут быть лишь слухи, — Грета вся сжалась, опустив глаза в пол, словно её слова не должны были услышать даже стены этого дома. Затем она едва слышно добавила: — Он хороший, давно с нами, многим помог за просто так, даже моей маме, но... мне рядом с ним не по себе. — Почему? — Не знаю, просто... я чувствую себя странно, когда оказываюсь рядом с ним. — Не понимаю, ты о чём? — Давай потом об этом поговорим. Я не стала больше задавать вопросов, ведь заметила это ещё когда мы только пришли. Очевидно, что Грета чувствует себя не в своей тарелке: она постоянно ёжится и погружается в свои мысли. — Присядьте, — голос Вальгарда нарушил тишину, и он жестом пригласил нас сесть на шкуры у камина. Его голос звучал спокойно, но властно, словно он привык командовать. Мы с Гретой обменялись короткими взглядами и, чувствуя некоторое облегчение от тепла огня, сели на предложенные места. Тепло камина окутало нас, и напряжение постепенно начало отступать. Я заметила, как Грета немного расслабилась, но её взгляд оставался настороженным. В свете пламени её лицо казалось ещё более бледным, а глаза — ярче.

Ингвар стоял у кровати и смотрел на брата. На его лице читалось сильное беспокойство, несмотря на все его усилия держаться стойко. Руки были крепко сжаты, а нахмуренные брови выдавали внутреннюю борьбу. Он следил за каждым движением Вальгарда, как будто от этого зависела жизнь его брата. Вальгард тем временем склонился над Отриггом, его движения были уверенными и точными, как у человека, который уже не раз спасал жизни. Он аккуратно проверил пульс мальчика, затем осмотрел его глаза и прислонился лбом к его грудной клетке, простояв так целую минуту. Это было необычно. Я невольно задержала дыхание, наблюдая за его действиями. Затем старик взял с полки одну из бутылочек, открыл её и капнул несколько капель на лоб мальчика. Комнату заполнил резкий, сладковатый аромат, от которого я невольно поморщилась.

Я повернулась к Грете и заметила, как её взгляд, полный серьёзности, был устремлён на Вальгарда. В её глазах не было ни тени сомнения — лишь холодная решимость. Она колебалась лишь мгновение, как будто взвешивая свои мысли, и, стиснув губы, медленно встала, направляясь к Ингвару. Её шаги были тихими, но уверенными, как у человека, который точно знает, что делает. Подойдя ближе, она хмуро взглянула на старика, словно пытаясь проникнуть вглубь его мыслей, чтобы убедиться, что он всё делает правильно.