Подлинные мемуары поручика Ржевского
Шрифт:
Рязанцы всегда были в первых рядах защитников отечества. На Куликовом поле плечом к плечу с москвичами, ярославцами, белозерцами сражались воины Рязанского высшего воздушно-десантного училища имени Ленинского комсомола, созданного на базе остатков добровольной народной дружины Евпатия Коловрата, отпущенных правоохранительными органами на поруки.
Новый этап исторического развития начинается в 1521 г., когда к Рязани решило присоединиться Московское княжество. Уже в 17 веке здесь начинается строительство правового государства, первым этапом которого стало введение крепостного права и приватизация крестьян. А в 18 веке, когда рязанцы раскатали губы на петровские реформы, образовалась Рязанская губерния. С 19 века на Рязанщине начался бурный рост капитализма, который и продолжается по сей день, периодически перемежаясь бурным ростом социализма.
Город издавна был крупным культурным центром, вдохновляя писателей и поэтов. Так, А.С. Грибоедов по дороге из Персии в Москву издали увидевший факел Рязанского нефтеперерабатывающего завода, написал волнующие строки “и дым отечества нам сладок и приятен”, в честь чего одна из красивейших улиц была названа именем Грибоедова. А Пушкин писал о русалках и следах невиданных зверей на неведомых дорожках Лукоморья, имея в виду пляж и зону отдыха в районе Луковского леса. В 1858 г. вице-губернатором Рязани был назначен М.Е. Салтыков-Щедрин, но прожил здесь всего два года, а потом глупо захихикал в кулачок и умчался писать “Историю одного города”. О, страна березового ситца и березовой каши! Только здесь мог родиться и пить, не просыхая, самобытный, уникальный талант Сергея Есенина. Родным местам он посвятил свой патриотический цикл “Москва кабацкая”. А Солженицын, любуясь на разливы и острова в пойме Оки, создавал свой живописный “Архипелаг ГУЛАГ”…
Рязань с полным правом может гордиться земляками, прославившими отечественную науку. Например, в конце 19 века здесь однажды встретились и крупно погуляли Павлов, Мичурин и Циолковский. Причем после вечеринки Циолковский остался за столом считать звездочки на этикетках и совсем улетел, Павлов зарезал свою первую лягушку и ушел на речку ловить других, а Мичурин, желая разобраться, как же все-таки деревья размножаются, засунул сучок яблони в дупло груши.
Уроженец микрорайона Борки поручик Гобято, размышляя о том, как можно оттуда в часы пик попасть в центр города, изобрел миномет, обеспечивающий попадание навесным огнем в любую точку.
С 1893 г. в городе образовалось марксистское подполье. В частности, в это подполье ушла речка Лыбедь и до сих пор оттуда не вернулась. Рязань мечтал посетить Володя Ульянов, но ему объяснили, что он ошибся, и что университет находится в Казани, а не в Рязани. Тогда-то он и сказал свое знаменитое: “Что ж, мы пойдем другим путем”. В память об этом событии одна из главных улиц получила имя Ленина. Где-то приблизительно в 20 веке в Рязани существовала Советская власть, установленная решением обкома КПСС и им же потом отмененная. В этот период город посетила Н.К. Крупская, разыскивая В.И. Ленина, сбежавшего от нее куда-то с Инессой Арманд. А в годы первых пятилеток здесь родилось и пошло шириться на всю страну знаменитое стакановское движение.
В тяжкую годину испытаний, когда немецко-фашистские полчища рвались к Москве, И.В. Сталин принял решение о переносе в Рязань столицы советского государства. Московские кремлевские звезды уже были упакованы для отправки их сюда и установки на соборных главах и колокольнях Рязанского кремля вместо крестов, а бригада строителей уже начала разметку, чтобы перед кремлем построить мавзолей и уложить в него рязанский памятник Ленину. Кроме того, были разработаны и утверждены проекты строительства гранитных набережных Оки и Трубежа, а также Рязанского метрополитена, первая линия которого, Кольцевая, должна была соединить вокзалы Рязань-1 и Рязань-2. Но реализации этих планов помешала победа в Великой Отечественной войне и начало строительства Берлинской стены, куда и ушли все лимиты материалов.
В период экономического соревнования двух систем Рязань оставила далеко позади страны Запада. Если тамошние капиталисты привыкли драть только три шкуры, то рязанцы научились драть со своего скота три плана по мясу. В 1978 г. за особые заслуги на пути исторического развития, весомый вклад в разгром немецко-татарских захватчиков и в связи с 883-летием Рязани было присвоено высокое звание Город-Герой с вручением ордена Ленина и очередной медали Золотая Звезда Леониду Ильичу Брежневу.
Рязань — город-курорт. Это любимое место отдыха рязанцев, которые проводят здесь не только свои уик-энды, но и все свободные вечера. Плывут века над седыми главами городского правления. Но всегда молодой остается красавица-Рязань. Ведь недаром гласит рязанская народная мудрость: “Седина в голову — ну и бес с ней!”
НАВСТРЕЧУ ЗНАМЕНАТЕЛЬНОЙ ДАТЕ
Первого мая все прогрессирующее человечество отмечает исторический праздник международной солидарности — Вальпургиеву Ночь. В мрачные годы реакции и застойного средневековья лучшие сыны и дочери разных стран в эту ночь на метелках пролетали над угнетенной землей, отчего и заслужили гордое название “пролетариев”. На тайных сходках своих кружков они имели возможность пожать друг дружке руки и другие места, прослушать доклад представителя глубокого подполья или подземья, отчитаться о проделанной работе и получить инструкции для дальнейших действий против самодержавия и церковного засилья. А также спеть революционные песни, станцевать революционные танцы, после чего пролетарии всех стран соединялись. Сгорая на кострах правительственной охранки, они твердо верили в светлое будущее, в победу нового социального общества — общества чертовщины, мракобесия, хаоса и бардака.
В эпоху бурного роста капитализма и беспощадной эксплуатации паровых машин люди не забывали о своих заветных чаяниях. Все более массовыми становились традиционные шабаши, которые пролетариат любовно назвал “маевками”. В укромных местах собирались работники и работницы, дабы вкусить запретных учений, поклониться эмиссарам из потусторонних центров, поучиться у них заговорам и формулам заклинаний, отправить ритуалы культа темной личности и другие естественные надобности.
Только 1917 год открыл широкую дорогу прогрессивным течениям средневековой мысли. Огромной Лысой Горой стал маленький, неприметный человечек, сняв кепку и забравшись на броневик.
Социализм сделал возможным претворение в жизнь извечного стремления человека к строительству земного ада. Наконец-то празднование Вальпургиевой Ночи смогло открыто и всенародно совершаться при свете дня, выплеснувшись из лесных чащ и катакомб, с пустырей и заброшенных кладбищ на главные улицы и площади городов пред лицом непогребенных мумифицированных трупов или их истуканов из гипса и бронзы. Человечество получило неотъемлемое право многотысячными толпами демонстрировать поклонение старшим иерархам своего культа, совершать ритуальные беснования с портретами мертвецов, флагелляцию с флагами и камлания с другими шаманскими атрибутами. Только при социализме человек обрел возможность открыто целовать задницы своих владык.
Люди получили широкий доступ к трудам классиков чернокнижия, с пеленок и детского сада заучивая из них заклинания на все случаи жизни. Благодаря этому человек обрел власть над силами природы, поворачивая вспять реки, превращая леса в болота, высевая в снег семена и собирая богатые никем не виданные урожаи. Он научился прорицать с потолка планы и прогнозы на будущее, высасывать из пальца изобилие и создавать благосостояние из воздуха и цветущей липы. Всего лишь написав несколько тайных слов на бумажке, каждый смог безотказно поражать своих врагов, опуская эту бумажку в почтовый ящик и обрушивая на их головы громы небесные. Крепли братские интимные связи с родственными странами Европы, Азии, Африки и Латинской Америки. Человек получил даже силу оживлять неодушевленные предметы, повторяя в их адрес слова “да здравствует”.
“Шабаш” и “шабашка” стали любимыми словами трудового народа, а “зашабашить” и “пошабашить” — его любимыми занятиями. Для широких слоев общественности открылся доступ к приворотным зельям, распиваемым при каждых воротах, причем люди научились употреблять и зелья, способные одним глотком перенести их в мир потусторонний. Весь народ научился летать безо всяких метелок, вечно оставаясь в пролете. Сплошной веселой оргией стала жизнь, трахавшая каждого по сто раз на день всеми способами. А призывы принести очередную жертву всегда вызывали в народных толщах горячие отклики поддержки и одобрения.