Подвиги Рокамболя, или Драмы Парижа (полная серия)
Шрифт:
Вдруг из-за широкой драпировки вышел его старший сын Паец и, устремив на него проницательный взгляд, сказал:
– Я слышал все.
Дон Педро схватился за шпагу, но мальчик выхватил пистолет, говоря:
– Одно движение – и я вас убью! Милостивый государь! – продолжал он. – Я ношу имя герцога де Салландрера, и хотя я еще ребенок, но умею ценить это имя и обязанности, связанные с ним. Первая из этих обязанностей – это сохранить замок моему государю; вторая состоит в том, чтобы предать смерти изменника, который согласился ввести неприятеля через подземный ход.
– Чего же вы хотите? – пробормотал капитан, задрожав.
– Вы умрете!., клянусь в этом прахом моих предков!..
Дон Педро, видя свое беззащитное положение, бросился перед Юным герцогом на колени и начал молить о пощаде.
– Нет, – сказал Паец решительно, – если я вас пощажу, вы при первом удобном случае отдадите замок, а поэтому вы немедленно должны умереть. Выбирайте род смерти: вам остается жить всего несколько минут. Выбирайте: или умереть смертью, которую припишут несчастной неосторожности и которая вместе с тем сохранит вашу память безупречною, или же умереть от этого пистолета; в последнем случае я должен буду громогласно объявить, что дон Педро д'Альвар был низкий, подлый изменник.
– Так убейте меня, – прошептал капитан, – но не позорьте моего имени.
– Извольте, – отвечал мальчик, указав на одно из окон залы.
– Идите за мной! – прибавил он повелительным тоном и начал задом отступать к окну.
Перед этим окном был висячий мостик, выдвинутый над страшною пропастью. Юный герцог вывел осужденного на смерть на середину этого мостика и затем велел ему стать на небольшую площадку, находящуюся сбоку мостика.
– Пощадите! – пробормотал капитан.
Мальчик, который в продолжение всего времени держал пистолет, направленный против капитана, быстро нагнулся и выдернул болт, находящийся сбоку. Доска опустилась, и изменник стремглав упал в пропасть, не успев даже вскрикнуть.
Спустя два дня раздробленное на куски тело злополучного капитана было найдено французами в скалах.
Через три дня осада была снята. Кончину капитана все приписали несчастному случаю.
Юный герцог никому не выдавал своей тайны. Он воспитывался и вырос вместе со своим младшим братом Рамоном, которого нежно любил.
Герцог дон Паец де Салландрера и дон Рамон д'Альвар сделались офицерами гвардии его величества Карла IV. Рамон женился на молодой девушке, донне Луизе, от которой родились двое сыновей-близнецов, их назвали Педро и Хозе. Дон Рамон возведен был королем в графское достоинство.
Но недолго радовался он своему счастию: вскоре он погиб, подобно своему отцу, таинственною смертью.
Молодая графиня Луиза д'Альвар уехала гостить к своей матери.
В это время герцог де Салландрера и граф д'Альвар последовали в Эскуриал за своим государем.
Однажды вечером граф д'Альвар получил записку следующего содержания:
«Дон Рамон! Один старый солдат, которого я сейчас причащал и которому остается жить только несколько часов, умоляет вас поспешить к его смертному одру. Имя его Яго Перетц. Он хочет открыть вам важную тайну».
– Кто принес эту записку? – спросил дон Рамон солдата.
– Крестьянин, который ждет ответа.
Спустя час дон Рамон сидел уже у изголовья умирающего солдата.
– Мне осталось жить всего несколько минут, – проговорил солдат, когда все, кроме Рамона, удалились, – а поэтому я должен открыть вам тайну, касающуюся смерти вашего отца…
– Он случайно упал в пропасть.
– Нет, я стоял в это время на часах и видел все: ваш отец, капитан дон Педро д'Альвар, сброшен с площадки висячего моста доном Паецем де Салландрера.
– Моим братом! – вскричал в ужасе дон Рамон. Он выбежал из избы, вскочил на лошадь и во весь опор поскакал домой.
– Что с тобой, Рамон? – спросил его Паец. – Ты ужасно расстроен.
– Потому, – отвечал Рамон, – что сейчас я слышал из уст умирающего о смерти моего отца.
Герцог вздрогнул.
– Яго Перетц мне сообщил, – продолжал Рамон, что отец мой сброшен с висячего моста доном Паецем герцогом де Салландрера.
– Отец твой был изменник: я убил его, чтобы не заклеймить тебя и нашу мать.
– Лжешь, подлец! – вскричал вне себя – Рамон и, кинувшись на своего брата, дал ему пощечину.
Герцог, не сознавая, что пощечина была ему нанесена братскою рукою, обнажил шпагу, и братья с ожесточением бросились друг на друга.
Через две минуты дон Рамон упал, не испустив даже крика: шпага дона Паеца прошла ему в сердце, и он умер под ударом.
Убийца, просидев всю ночь над трупом своего любимого брата, несколько раз решался покончить с собою, но его останавливала мысль, что после дона Рамона осталась вдова и двое малолеток и что он должен быть их покровителем.
Труп Рамона был скрыт в подземных темницах замка, и вскоре разошелся слух, что дон Рамон умер во Франции.
Донна Луиза никогда не узнала о трагической смерти своего мужа.
Дон Паец действительно сделался ей и детям ее покровителем.
Через несколько лет он женился на моей матери, и спустя год родилась я.
Отец мой поклялся, что дон Педро будет моим мужем; и когда мне исполнилось двенадцать лет, нас обручили. Тут он поклялся еще раз, что в случае смерти дона Педро, я сделаюсь женой дона Хозе.
Братьям-близнецам теперь двадцать шесть лет. Они. остались после смерти матери десяти лет, и тогда отец мой взял их к себе на воспитание. Пять лет мы жили вместе в нашем замке Гренадьер, близ Гренады. Дон Педро был кроткого, благородного характера; после того как нас помолвили, мы полюбили друг друга всем сердцем. Дон Хозе, напротив, был сурового, деспотического, честолюбивого характера и с юных лет начал питать к своему брату вражду, соединенную с ревностью ко мне.
Однажды в саду он открылся мне в любви и сказал, что если я не откажусь от дона Педро, то он решится на все, чтобы только завладеть моей рукой. Мне сделалось страшно, и я убежала.
Впоследствии я убедилась, что дон Хозе вовсе меня не любил и не любит, а льстится лишь на мое приданое и на. наследство по смерти моего отца.
Однажды ночью мне не спалось, и я вышла в сад подышать свежим воздухом. Просидев несколько минут под прикрытием мрака, я вдруг услышала приближающиеся шаги и затем сдержанные голоса, между которыми узнала голос дона Хозе.
– Итак, милый мой, – проговорил женский голос, – дон Педро женится на Концепчьоне и наследует все достоинства и богатства своего тестя, а ты останешься безо всего.