Чтение онлайн

или не смотри на то лицо, или, коли увидел, не смейся весело.

О таком мерзком и мятежном лице

сказал Бог: «Мы схватим его за хохол» [102] !

605 Когда они, расспросив, нашли его дом,

как родственники, к дверям поспешили.

Заперли дверь обитатели его дома,

хваджа стал от такого криводушия как безумный.

Но не было это и временем, когда надо проявлять грубость:

когда ты упал в колодец, что толку от резкости?

У дверей его оставались они пять дней,

ночью – на холоде, днем – опаляемы солнцем.

Не от беспечности они оставались и не из ослиной глупости,

но вынужденно и от нехватки ослов.

610 С подлецами связываются хорошие люди вынужденно,

лев поедает мертвечину от лютого голода.

Он (хваджа) то и дело видел его, приветствовал,

мол: «Я такой-то, меня так-то зовут».

Говорил [селянин]: «Ладно, но откуда мне знать, кто ты,

грязен ты или приближен к чистоте?»

Говорил [хваджа]: «Этот миг стал на Страшный суд похож,

раз брат стал убегать от брата [103] ».

Объяснял он ему: «Я тот,

с чьего стола ты ел пищу за двоих;

615 В такой-то день купил я тебе такой-то товар,

всякая тайна, известная более чем двум, распространилась!

О тайне нашей любви слышали люди,

лицо испытывает стыд, если глотка поглотила блага».

Тот ему говорил: «Что ты говоришь ерунду?

Ни тебя я не знаю, ни имени твоего, ни места твоего[, где ты живешь]!»

На пятую ночь [пришли] тучи и пошел такой дождь,

что само небо тому, как он лился, удивилось.

Когда тот нож достиг кости,

постучал в дверное кольцо хваджа, мол: «Зови главного!»

620 Когда после сотни увещеваний пришел тот к дверям,

сказал: «Ну что еще, дорогой?»

Ответил: «Я отказался от тех прав,

оставил то, о чем думал.

Пятилетние страдания испытала за [эти] пять дней

моя бедная душа в этом жаре и огне».

Одна обида, причиненная родственниками, друзьями и семьей,

по тяжести подобна тремстам тысячам [обид].

Оттого что он не ожидал в сердце от них насилия и обид,

душа его была привычна к их милости и верности.

625 Все, что для людей – напасть и испытание,

знай достоверно, что это из-за того, что оно противоречит [их] привычке.

Говорил он: «О ты, чье солнце любви закатилось,

если бы ты пролил мою кровь, я бы это счел дозволенным!

В эту дождливую ночь дай нам какой-нибудь угол,

чтобы обрел ты к Страшному суду припас!»

Ответил: «Есть один уголок, принадлежит садовнику,

он это место от волков сторожит.

В руках его – лук и стрелы для волков,

чтобы выстрелить, если придет огромный волк.

630 Если ты послужишь так, то место – твое,

а если нет – другое место изволь искать».

Сказал: «Сто служб я исполню, ты [только] дай место,

этот лук и стрелы в мою руку вложи.

Я не буду спать, виноградные лозы буду сторожить,

а если поднимет свою голову волк, пущу в него стрелу.

Ради Истинного, не бросай меня сегодня ночью, о лицемер,

с дождем[, льющимся] на голову, и глиной внизу [под ногами]».

Один угол был освобожден, и он с семьей

отправился туда – место тесное и без возможностей.

635 Друг на друга они взгромоздились, как саранча,

[что собирается] из-за страха перед потоком в уголке пещеры.

Всю ночь все они говорили: «О Господи!

Мы это заслужили, мы это заслужили, заслужили!»

Этого заслужит тот, кто подружится с подлыми

или поступит по-человечески с нелюдями.

Этого заслужит тот, кто из-за незрелых желаний

покинет службу праху щедрых людей.

Пусть пыль от чистых людей ты оближешь и стены их,

это лучше, чем простолюдин, их виноградники и цветники.

640 [Если] ты станешь рабом одного мужа с просветленным сердцем,

это лучше, чем если на макушку головы царей ты взойдешь.

От царей праха кроме барабанной дроби

ты не обретешь ничего, о гонец дорог.

Даже горожане – разбойники по отношению к духу.

Селянин же, ошеломленный и беспомощный, тогда кто?

Этого заслуживает тот, кто без руководства разума,

[как только] зов гула достиг его, решил пуститься в путь.

Если раскаяние от [середины] сердца распространилось до его оболочки,

после этого нет пользы от признания [своей ошибки].

645 С тем луком и стрелами в руках

волка ищет он (хваджа) ночь напролет повсюду.

Волк возобладал над ним, как [вспыхнувшие] искры;

ищет он волка, но о волке не ведает.

Каждая мошка, каждая вошь стала как волк,

в этой развалине наносила им раны.

И возможности прогнать этих мошек не было

из-за страха перед нападением своевольного волка,

Не то волк нанесет ущерб,

селянин [тогда] бороду хвадже вырвет.

650 Так они мучились (досл.: «рвали зубы») до полуночи,

душа их от пупка поднималась к устам.

Вдруг подобие покинутого [стаей] волка

высунуло голову над вершиной какого-то холмика.

Стрелу выпустил тот хваджа с большого пальца,

выстрелил в то животное, так что оно упало вниз.