Погоня за судьбой
Шрифт:
Действие рождало противодействие – и широкое распространение получили нейросети, призванные вычислять другие нейросети. Настоящая война самообучающихся алгоритмов разразилась в информационном пространстве, целые лавины выдуманных и чрезвычайно правдоподобных «фактов» и их опровержений обрушивались на головы людей, заставляя их пребывать в густом тумане лжи, сводя с ума целые сообщества людей, а самых прозорливых и вовсе сподвигая держаться подальше от сети.
«Эра информационных фейков» оживила практику ведения переговоров с глазу на глаз, давным-давно задвинутую в угол на фоне регулярных вирусных эпидемий. Любой финансовый контракт или политический договор обсуждался лицом к лицу, вживую. Деловые встречи «по удалёнке» почти исчезли как класс, чартерное авиасообщение получило второе дыхание, а многочисленные частные перевозчики считали прибыль…
Я старалась пользоваться сетью только по делу. Единственное, на что с горем пополам ещё можно было полагаться в большой вонючей куче рекламного мусора пополам с дезинформацией, именуемой Интернет – это география. Карты, маршруты, фотографии мест, нейтральная историческая справка… Даже когда дело касалось истории места или личностей, с ним связанных – нельзя было точно сказать, что из перечисленных исторических «фактов» было правдой, а что – ложью. Как однажды, пару веков назад, сказал Джон Нейсбитт – мы тонем в информации и задыхаемся от нехватки знаний. В конечном итоге мы просто захлебнулись…
Двигатель взревел, машина подпрыгнула на насыпи и грузно ухнула на песок, а нас подкинуло в воздух. Чуть не вывалившись за борт, я стукнула кулаком по крыше кабины и прокричала:
— Полегче там, Софи! Не дрова везёшь!
Мы втроём – я, Оливер Уэст и болтун Ричард – сидели в открытом кузове возле обтянутых крепёжными тросами газовых баллонов, ящиков с оружием и тюков со снаряжением, обозревая протянувшуюся во все стороны оранжевую пустыню. Чуть в стороне, позади нас мелькал в пылевом облаке второй вездеход, замыкающий пару. В его корму крепко вцепился прямоугольный бронированный прицеп на трёх парах таких же, как и у машины, двухметровых колёс. Обратным рейсом в прицепе планировалось увезти всё, что нам удастся собрать, будь то документы, научные образцы, объекты испытаний или даже ценные заложники.
Третий крытый вездеход с десятком вооружённых наёмников на борту отстал на пару километров и мчал за нами во весь опор, поднимая пыльные столбы где-то позади. Белое небо, палящая оранжевая тарелка Мю Льва, клонившаяся к горизонту, и злобный горячий ветер, бросавший в лицо горсти песка – эта троица была нашими постоянными спутниками последние двое суток, пока мы неслись на юг, в сторону лавовых полей Пироса…
На юге, прямо перед нами темнел грозовой фронт. Серая полоса росла и ширилась на глазах, а вместе с ней усиливался ветер. Я включила коммуникатор:
— Сколько нам ещё осталось, Софи?
— Километров четыреста, не меньше. — Звонкий голос Софи Толедо, пилота головного вездехода, звучал отчётливо и бодро. — Перед нами то, о чём я подумала?
— Да, песчаная буря прямо по курсу, и объехать её уже не получится. Фронт очень широкий… Вокруг совсем пусто, и спрятаться тут негде.
— А что ты хотела здесь увидеть? Гостиницу со спа-салоном? — сострила Софи.
— Мне хватит мягкого кресла. От твоего вождения я уже весь зад себе отбила, — заметила я. — А пока что давай тормознём где-нибудь между барханов и бросим якорь… Эмиль, вы на связи?! Делаем остановку, подтягивайтесь!
Мне пришлось покрепче схватиться за борт – транспортёр сделал крутой поворот и устремился в низину меж двух покатых холмов. Командир наёмников Эмиль Дюпре из второго вездехода подал голос:
— Да, мы слышим… Крис, давай параллельно Софи, и поближе… Ребята, готовьте пока крепежи…
Здоровяк Эмиль был любителем комфорта и простора, поэтому, оставив своих бойцов в третьей машине, он предпочёл ехать вдвоём с Крисом, вальяжно развалившись на обоих пассажирских сиденьях.
— Рич, хватай трос, — приказала я. — Да смотри, не вывались за борт!
Мы с Ричардом вытянули из ящика пару мотков толстых канатов с металлическими крюками и принялись развязывать крепёжные узлы. Дёрнувшись и едва не заглохнув, наш вездеход остановился. Транспортёр Криса замедлился, аккуратно подкатил почти вплотную к нашему и, поравнявшись колёсами, скрипнул тормозами.
Скинув вниз моток толстого троса, я спрыгнула на песок и в десяток быстрых шагов оказалась на вершине бархана. Полоса непогоды быстро приближалась, затмевая едва синеющее к вечеру небо, а Мю Льва уже скрылась в пыльном мареве. Тут и там в клубящейся грязно-серой пелене сверкали молнии, вызывая безотчётный страх.
Наверное, то же самое чувствовали древние люди перед лицом неумолимой стихии, принимая её за божественные проявления. Мы, люди современные, взявшие в свои руки технический прогресс и вышедшие к звёздам, так и не смогли избавиться от первобытных инстинктов. Впрочем, возможно, именно они до сих пор позволяли нам, как виду, выживать из века в век…
По пустыне бродили сильные ветра, рождая лютые бури. Шанс того, что шквальным ветром огромный вездеход опрокинет набок, был невелик, но он был, поэтому не стоило недооценивать опасность и пренебрегать возможностью придать прочность конструкции с помощью тросов. Но кто окажется быстрее на этот раз – мы или буря?
Я скатилась с бархана вниз, обежала вездеход и очутилась позади гигантских колёс параллельно припаркованных машин. Нырнув под днище одной из них, прицепила крюк к рычагу подвески, провела канат под вторым вездеходом и, как следует натянув его, замкнула петлю. Проделав то же самое со второй парой колёс, я нос к носу столкнулась с Ричи, который закончил с двумя передними парами.
— Хватит копаться! — крикнул откуда-то сверху Оливер. — Давайте уже внутрь, гроза совсем рядом!
— Это не гроза, а пыльная буря, — хмыкнул Ричард. — А про грозы я знаю всё. Там, где я родился и вырос, грозы были о-го-го, и пропавшее на несколько суток электричество было меньшей из неприятностей.
— Здесь мы и сами можем запросто пропасть. — Я стукнула его кулаком в плечо. — Заканчивай трепаться, пошли!
Подгоняемые шквальными ударами ветра, мы вернулись к кабине. Ричи пропустил меня вперёд, я взобралась по ребристым шинам, цепляясь за мощный протектор, вскарабкалась по лесенке и оказалась внутри. Тут же в салон брызнул песок, колко стеганув по лицу.
— Давай, Рич! — Я протянула руку и помогла ему взобраться.
Оказался в кабине, Чеддер хлопнул дверью. Тут же из-за бархана вырвалась плотная серая стена и захлестнула покачнувшийся вездеход валом пыли и песка. Сразу же стало темно, по металлу мелко застучала кварцевая пыль, а я стянула с головы защитные очки, бросила их на приборную панель и шумно выдохнула. Смуглая Софи Толедо изящным движением распустила каштановые волосы с разноцветной прядью, расстегнула разгрузочный жилет и закинула ноги в армейских ботинках на торпеду. Ловко коснулась сенсора на панели.
Из колонок зарокотал гром, и под аккомпанемент шума дождя заиграла старинная рок-музыка. После адской жары шелест воды в динамиках нёс облегчение – нужно было лишь закрыть глаза и дать волю воображению. Мужской голос под ненавязчивый ритм отрешённо запел:
… Оседлавшие шторм…
Мы в этом доме рождены,
Мы в этот мир водворены,
Как дворняга, у которой отобрали кость,
Словно лицедей, живущий взаймы;
Оседлавшие шторм…
Душегуб голосует на обочине,