Чтение онлайн

Шлепки по ягодицам – три.

Порка тростью – два.

Рабское подчинение – пять.

Бондаж – три.

Вылизывание ботинка – ноль.

Секс. Нет ответа.

Вообще-то все в категории «секс» пусто, от мастурбации до фистинга – ноль в последнем случае, если бы мне нужно было ранжировать и это.

Мне кажется, что он читает уже целую вечность, и меня тошнит от предвкушения. Я все жду, когда меня отругают, как ребенка. И жалею, что не поставила под категориями «секс» хотя бы тройку или четверку, но как я могла?

Если я чему-то и научилась за последние полтора месяца, так это тому, что должна просить о том, чего хочу, и что секс не обязательно обязан быть таким серьезным. Это должно быть весело и приятно, и я мечтаю об этом… Так почему тогда не попросила?

У моего босса.

Отца Бо.

Боже, о чем я думаю?

– Интересно, – говорит Эмерсон, не глядя на меня. Затем он просто кладет лист на стол и переводит взгляд на мое лицо. – Меня не интересуют физические наказания, так что тебе не нужно беспокоиться о подобных вещах. Но ты оставила несколько клеток пустыми, Шарлотта.

Я прочищаю горло.

– Я не знала…

– Секс не обязателен, ты это понимаешь, да?

– Да.

– Вообще-то, – добавляет он, – я готов научить тебя тому, что тебе нужно знать, чтобы быть настоящей «рабыней», но мы должны поддерживать соответствующие отношения. Ты по-прежнему моя сотрудница и подруга Бо.

На меня накатывает волна разочарования.

– Понятно.

– А сейчас я хочу, чтобы ты вернулась к столу и выполнила свои задачи на день. Ты будешь молчать, а если у тебя возникнут вопросы, то обращайся ко мне только «сэр». В противном случае ты останешься за своим столом, и, когда ты мне понадобишься, я позову тебя, и ты будешь делать то, что я скажу. Тебе все ясно?

Разочарование становится сильнее. Просто молчать за столом? Вот и все?

– Да, сэр, – послушно отвечаю я.

– Хорошая девочка. Тогда поднимайся.

Он протягивает руку вниз. Кладу свои пальцы в его руку, и он поднимает меня. Как только я встаю, его взгляд перемещается с моего лица на блузку, снова замечая мой черный лифчик, как и в первый мой день здесь.

– Тогда вперед. Принимайся за работу, – говорит Эмерсон, и его голос звучит слегка натянуто, как будто это не совсем то, что он хотел сказать. Как будто он сдерживается.

Весь следующий час мне не по себе. Он просит принести ему кофе и заказать ланч, но по большей части это обычный рабочий день. Правда, в отличие от любого другого дня, я молчу и скучаю по общению с ним.

После обеда у него запланирована видеоконференция с Гарретом, Хантером и Мэгги. Похоже, им нужно что-то обсудить со своим адвокатом, и я немного нервничаю из-за того, что он ждет от меня, пока разговаривает по телефону.

– Шарлотта, подойди сюда.

Встав из-за стола, я иду к нему, и он жестом приглашает меня подойти к нему ближе. Как только я делаю это, Эмерсон берет меня за руку.

– Я хочу, чтобы ты встала на колени рядом со мной, пока я разговариваю по телефону, хорошо? Тебя никто не увидит.

– Ладно, – бормочу я, и он вопросительно смотрит на меня. – Я имею в виду, да… сэр.

– Отлично. Иди за своей подушкой.

Возвращаюсь с подушкой для коленей и падаю на пол. Я стою рядом с его стулом, но спрятана за столом… и мне это ненавистно. Жду, пока он что-то делает на компьютере, и начинаю сомневаться в своем решении. Это вовсе не то, чего я ожидала. Я думала, что он уделит мне внимание. Рассчитывала, что это будет приятно, и в какой-то момент я надеялась на что-то, от чего мне будет хорошо. Где это хваленое подпространство, которым все восторгаются в Сети?

Начинается собрание, и Эмерсон с совладельцами клуба болтают, а я ничего не могу сделать. По крайней мере, раньше я бы писала заметки и была полезна. Это смешно. Я просто смотрю на его стол, спрятанная, как некий маленький грязный секрет. Но я собираюсь довести это до конца. Позже я скажу ему, что мне не нравилось, когда он меня игнорировал. Он поймет.

Когда адвокат берет трубку, большую часть времени говорит Мэгги, и я замечаю, что Эмерсон начинает напрягаться. Он, нахмурив брови, смотрит на меня сверху вниз, и я отвечаю на его взгляд. Происходящее кажется мне неправильным. Разве я не должна что-то делать?

В этот момент он наклоняется и убирает с моего лица волосы. Не сводя с меня полных желания глаз, он снова и снова гладит меня по голове.

Я хочу сопротивляться. Хочу дать понять, насколько это унизительно и как глупо я себя чувствую, но в каждой капле его внимания есть нечто такое, чего я не ожидала. Между нами существует некая внутренняя связь, и она сильнее, чем все, что я испытывала раньше с другими парнями. Он прикасается ко мне с обожанием, и я вижу, как его плечи смягчаются, а с лица сходит напряжение.

На заднем плане Мэгги и адвокат продолжают говорить, но Эмерсон их не слушает, как и я. В данный момент мы существуем в собственном отдельном мире.

Он осторожно откатывает стул, поворачивается ко мне и подставляет ногу. Я инстинктивно прижимаюсь щекой к его бедру.

– Идеально, – почти беззвучно шепчет он. И я купаюсь в его похвале.

Он не требует ничего, чего я не даю добровольно. Наши отношения напоминают симбиоз, и они на редкость сильны. До опьянения.

Эмерсон проводит рукой по моим волосам, и я закрываю глаза, пытаясь впитать его уверенность и спокойствие, которые омывают меня. Интересно, он тоже это чувствует? У меня есть ощущение, что да, и я почти уверена, что эта связь взаимна.

– Эмерсон! – зовет Мэгги из компьютера, разрушая этот момент, и я почти ненавижу ее за это. Эмерсон замирает. – Пусть Шарлотта перешлет мне эти файлы после нашей встречи, хорошо? Я собираюсь просмотреть их сегодня вечером.

– Да, да, я ей скажу, – отвечает он, и я смотрю на него снизу вверх.

Они не видят меня по камере, и мне внезапно начинает нравиться чувствовать себя его грязным маленьким секретом. Потому что теперь это кажется преднамеренным. Его внимание преднамеренно. И это то, чего мне очень хочется, – даже больше, чем я готова признать.

Это заставляет меня задуматься, подозревают ли остальные, что я здесь, внизу, и делаю это для него каждый день. Они знают, что нравится Эмерсону. Им известно, что он нанимает для этого девушек, и, хотя он сказал им, что я всего лишь его секретарша, они могут заподозрить, что я тоже это делаю. Мне почему-то очень хочется, чтобы они знали. Внезапно я желаю, чтобы знали все.

Раньше у меня никогда не было желания кому-то принадлежать. И вдруг мне нужно, чтобы мир знал, что я принадлежу Эмерсону Гранту. Это смешно.